Марис Янсонс: <br>Концерты Зальцбургского фестиваля – залог высочайшего качества и аристократического музыкального вкуса Интервью

Марис Янсонс:
Концерты Зальцбургского фестиваля – залог высочайшего качества и аристократического музыкального вкуса

На Пасхальном фестивале в Зальцбурге Марису Янсонсу (МЯ) была присуждена премия Герберта фон Караяна. Накануне Пасхи Виктор Александров (ВА) встретился в Санкт-Петербурге и побеседовал с маэстро.

ВА Марис Арвидович, позвольте поздравить вас с присуждением столь почетной международной музыкальной награды. Что означает она для вас?  Какую роль сыграл в вашей жизни Герберт фон Караян?

МЯ Имя Караяна и все, что связано с этим легендарным человеком, для меня священно. Я был знаком с ним. Он пригласил меня в Австрию. В Зальцбурге я был на трех фестивалях его ассистентом и многому у него научился. Никогда не мог представить себе, что стану обладателем премии Караяна, особенно в те времена, когда начинал свою дирижерскую карьеру. Караян был очень доброжелателен ко мне. Энергия этого человека вдохновляла, его мысли и слова производили неизгладимое впечатление, которое я навсегда сохранил в памяти. Так что эта премия мне очень дорога.

На Пасхальном фестивале мне удалось впервые услышать выступление Караяна. Я впервые оказался за границей, для меня все было новым и непривычным. Помню, зашел в зал Фестшпильхауса, где репетировали «Гибель богов» Рихарда Вагнера. Солисты пели в сопровождении Берлинского филармонического оркестра. У меня было ощущение такой эйфории, будто на небесах очутился. В Зальцбурге я переслушал много репетиций концертов и оперных постановок. Караян сам был превосходным режиссером. Кроме того, на меня колоссальное впечатление произвел в те годы фильм Дэвида Лина «Доктор Живаго». Почему я об этом говорю? Тогда в Зальцбурге после таких выдающихся концертов мне было трудно заснуть. Я полночи гулял по городу, переполненный самыми разными музыкальными эмоциями. И когда впервые посмотрел этот фильм, который произвел на меня сильнейшее впечатление, тоже долго не мог спать. Я счастлив, что мне удалось пережить один из таких прекрасных периодов моей жизни.

ВА Каждый интендант предлагает новые художественные идеи в развитии концепции фестиваля. На ваш взгляд, с приходом Маркуса Хинтерхойзера  изменилась ли политика программ?

МЯ Маркус Хинтерхойзер – интересный музыкант, ориентирующийся во всех направлениях музыки, прежде всего современной. У него всегда много интересных необычных идей, которые он постепенно воплощает в жизнь. Я наблюдаю за ходом изменений программы. Если обратить внимание на афишу предстоящего фестиваля, там заявлено много малоизвестных произведений самых разных композиторов. Маркус привносит в программу фестиваля немало свежих и оригинальных идей. Когда я его спрашивал, не боится ли он такого чрезмерного количества новых названий, он мне возразил: «Наоборот, публика приобретает билеты больше на неизвестные концерты и оперные постановки».

ВА  Зальцбургская публика – самая требовательная  и внимательная?

МЯ В Зальцбург съезжаются люди со всех стран мира, которые по-настоящему ценят и любят музыку. Они считают своей миссией побывать на этом фестивале, приезжают они туда отнюдь не из-за так называемой принятой формы времяпрепровождения, посещения каких-то особых мероприятий. Они просто боготворят музыку!

ВА Зальцбургский фестиваль – время дебютов и премьер. Вы впервые дирижировали там оркестром Саксонской государственной капеллы. Какие остались впечатления от работы с прославленным дрезденским коллективом?

МЯ Это действительно мое первое выступление с замечательным старейшим музыкальным коллективом. Дрезденская Штаатскапелла – оркестр необычайно тонкий, со своим специфическим, я бы сказал, выровненным звучанием, оркестр, который замечательно чувствует стиль музыки, которую он исполняет. Музыканты Саксонской капеллы никогда не форсируют, у них настолько тонкое восприятие музыки, равно как и ее исполнение. Выбор двух симфоний Гайдна и Малера оказался неслучайным. Ведя диалог с интендантом Пасхального фестиваля композитором и дирижером Петером Ружичкой, мы приняли решение исполнить перед Четвертой симфонией Малера  «Военную» симфонию (№ 100) Гайдна. Музыка этого произведения производит огромное впечатление. Гайдн вообще очень интересный композитор с присущим ему юмором и оптимизмом жизни. Я до сих пор не перестаю восхищаться его творчеством, еще с той поры, как начал заниматься дирижированием. В Ленинграде с Камерным оркестром старинной и современной музыки я впервые продирижировал двенадцать лондонских симфоний Гайдна на сцене Малого зала филармонии. Ну а финал Четвертой симфонии Малера – песня «Мы вкушаем небесные радости» – тоже задает тон пасхальному празднику. Малер повествует в своей музыке о том, как ребенок грезит о своем счастье, представляя, что такое небесная жизнь. Это вообще очень сильное произведение! Считаю третью часть Четвертой симфонии лучшим сочинением, которое Малер написал, равно как и Адажио финала Третьей симфонии. Эти две части симфоний стоят на недосягаемой высоте его творчества.

ВА Марис Арвидович, мы беседуем с вами накануне православной Пасхи. Какое отношение испытываете к этому светлому празднику?

МЯ Я всегда воспринимаю этот день как что-то духовно мне близкое и связанное с моим внутренним миром, с моим отношением к религии. Человек должен оставаться на этой духовной высоте с такими мыслями и убеждениями каждый день, не только во время пасхальных торжеств. К сожалению, сегодня люди забывают о духовности и порядке. Пасхальное Воскресенье – один из тех дней, когда Всевышний еще раз нам об этом напоминает! Человек погружается в свои мысли и раздумья, показывая свое отношение к родным, близким и вообще к окружающим людям. Хорошо, если бы каждый из нас задумывался о таких правилах жизни каждый день.

ВА Как вы думаете, способна ли музыка возвысить человека, очистить его от бремени жизни и внутренних бытовых проблем?

МЯ Конечно! В этом и состоит основное предназначение искусства. Представьте себе человека, который послушал грандиозный концерт, оперный спектакль, посмотрел фильм или побывал на уникальной выставке. Внутреннее состояние его души после этого становится совершенно другим и поднимается на три-четыре ступени вверх. Он видит и чувствует все это с большой положительной энергией, даже если это, допустим, произведение, которое в программной музыке повествует о каких-то страшных событиях, как, например, Седьмая симфония Шостаковича или «Военный реквием» Бриттена. Но сама по себе музыка влияет настолько эмоционально, что, я думаю, те люди, которые понимают, что я имею в виду, на следующий день иначе воспримут жизнь. Они приходят на работу одухотворенными и энергичными. Само произведение и ощущение этой мистической атмосферы во время исполнения совершенно иначе влияют на человека, прежде всего на его душу.

ВА Марис Арвидович, в одной из наших бесед вы рассказывали о том невероятном оркестровом движении музыкальной Германии во второй половине прошлого века, в то время, когда там работал ваш отец Арвид Янсонс.

МЯ Я действительно очень хорошо помню те времена, когда существовала Германская Демократическая Республика (ГДР). Артисты приезжали туда с концертами, в том числе, немало музыкантов из нашей страны. Там существовала высочайшая музыкальная культура! В одной только Германии был задействован 81 симфонический оркестр! Представляете? Расстояние 10-30 километров между городами, в каждом из которых был свой симфонический оркестр, а где-то и оперный театр. Невероятно интенсивной была музыкальная жизнь там, во многом благодаря существовавшим немецким симфоническим традициям. Сегодня оркестров стало существенно меньше ввиду сложной экономической ситуации. И все-таки, в Германии до сих пор музыка является необходимой потребностью в жизни людей. Единственная страна, которая может сравниться с ней, – Австрия. В Германии концерты классической музыки, оперные и балетные спектакли посещает в основном интеллигентная публика. Каждый человек считает это необходимой духовной потребностью.

на меня колоссальное впечатление произвел фильм Дэвида Лина «Доктор Живаго». Я полночи гулял по городу, переполненный самыми разными музыкальными эмоциями

ВА Предстоящий юбилейный сезон хора и оркестра Баварского радио совпадает со знаменательными датами музыкального календаря – днями рождения Людвига ван Бетховена и Густава Малера. Произведения этих композиторов составят основу большинства концертных программ. И все же, что вы сами ждете от нового сезона, и на какие события хотели бы обратить особое внимание?

МЯ Составляя программу нового сезона, я очень долго думал о том, какие же произведения Бетховена можно будет повторить? Его симфонии и инструментальные концерты звучат непрерывно, играть их в юбилейный год композитора – неоригинально. У меня возникла идея исполнить все симфонические увертюры Бетховена, включая его знаменитые опусы: «Эгмонт», «Кориолан», «Фиделио». Но ведь есть же увертюры, которые редко звучат на концертной сцене, такие как «Освящение дома», «Творение Прометея». В течение трех вечеров я продирижирую все увертюры Бетховена. В одном из отделений прозвучит его Скрипичный концерт и Тройной концерт для фортепиано, скрипки и виолончели (солисты: Анне-Софи Муттер, Ефим Бронфман и Максимилиан Хорнунг). Особое место в череде бетховенских празднеств займет исполнение Торжественной мессы, совершенно уникального произведения. Я очень жду этого события, также как и исполнения Шестой «Трагической» симфонии Густава Малера. Я записал почти все симфонии композитора в Амстердаме с Королевским оркестром Консертгебау, намерен завершить запись цикла симфоний и с оркестром Баварского радио. Для меня это продолжение моей большой любви и преклонения перед Малером. Я не мыслю ни единого сезона в своем концертном графике, чтобы не продирижировать хотя бы одну из его симфоний. Музыка Рихарда Штрауса – неотъемлемая часть репертуара оркестра Баварского радио. В новом сезоне я планирую продирижировать ряд малоизвестных произведений композитора, среди которых: сюита «Мещанин во дворянстве» (по Мольеру), симфоническая фантазия на тему из оперы «Молчаливая женщина», оркестровая сюита из оперы «Женщина без тени», четыре интермеццо из оперы «Каприччио». Эти все замечательные произведения ничуть не уступают по своему мелодическому языку, богатой изощренной оркестровке известным опусам Штрауса. Все они вызывают большой эмоциональный отклик у слушателей, музыка композитора трогает сердца людей. Рихард Штраус действительно был великим виртуозом и чародеем оркестра.

Марис Янсонс и Герберт фон Караян в Большом зале Ленинградской филармонии

ВА Желание выступать в концертах с русскими исполнителями продолжите снова? Я знаю, солистом-резидентом нового сезона оркестра Баварского радио выбран молодой талантливый пианист Игорь Левит. Вы сотрудничали с ним раньше?

МЯ Это будет наша первая совместная встреча. Я слышал об Игоре немало теплых слов, мне очень интересно будет с ним поработать на одной сцене. Прозвучат  фортепианные концерты Моцарта и Прокофьева.

ВА  А к опере планируете вернуться на Зальцбургском фестивале?

МЯ Да, летом 2020 года в Фестшпильхаусе я буду дирижировать оперу «Борис Годунов» Мусоргского в постановке известного немецкого оперного режиссера Кристофа Лоя.

ВА Какую редакцию сочинения выберете?

МЯ Об этом пока еще рано говорить. Мы с постановочной командой находимся в поиске выбора версии. Естественно, прежде чем принять решение, необходимо познакомиться со всем, что есть вообще у Мусоргского. Наряду со множеством авторских версий, есть редакция «Бориса» Римского-Корсакова и Шостаковича. Существует еще одна интересная редакция, осуществленная британским дирижером, опытным знатоком русской музыки Дэвидом Ллойдом-Джонсом. Он не вмешивается в авторский материал Мусоргского, но сохраняет в основе партитуры оперы первые две авторские редакции. Так что пока я еще окончательно не решил проблему выбора, надеюсь сделать это в самое ближайшее время.

ВА В Латвии, на вашей малой родине, интерес к классической музыке не ослабевает. Очередные летние музыкальные уикенды нового фестиваля «Рига – Юрмала» скоро украсят афиши выступлений мировых музыкальных знаменитостей. Вам предстоит честь открывать этот фестиваль в Риге с оркестром Баварского радио…

МЯ Отрадно, что субсидирование осуществляют состоятельные люди, горящие желанием возродить активную музыкальную жизнь в Латвии. Ведь экономическое положение страны отнюдь не из легких, организовать фестиваль классической музыки сегодня там очень непросто. Слава Богу, что находятся энтузиасты. Идея состоит в том, чтобы большая часть выступлений проходила в Юрмале. Там очень хороший зал, идеально подходящий для летних променад концертов, чудесной атмосфере которых способствует прекрасная природа – Рижское взморье, сосны, дюны. Рига тоже останется летним концертным домом фестиваля. Симфонический оркестр Баварского радио под моим управлением выступит в Латвийской национальной опере. Я очень надеюсь, что судьбе этого фестиваля уготовано светлое будущее. Не сомневаюсь, что он даст колоссальный заряд и энергию следующим музыкальным проектам в Латвии.

Регула Мюлеман (сопрано) солирует в финале Четвертой симфонии Г. Малера

ВА В советское время летние концерты классической музыки на побережье Юрмалы имели невероятный успех. Почти все знаменитые оркестры нашей страны приезжали туда выступать.

МЯ Какие только именитые солисты, оркестры и дирижеры не бывали там: Мравинский, Кондрашин, Рождественский, Ростропович, Рихтер, Гилельс, Ойстрах! В то время там работал замечательный директор Рижской филармонии Филипп Швейник. Он сумел так интенсивно и увлекательно организовать концертную жизнь в летней Юрмале! Туда съезжались лучшие исполнительские силы. Кроме того, публика очень активно посещала концерты классической музыки. Причем, это были не только жители Юрмалы и Риги, но и многочисленные туристы, отдыхающие на Рижском взморье. Действительно, какое это было потрясающее время!

ВА А как обстоят дела со строительством нового концертного зала в Мюнхене? Есть ли какое-то продвижение?

МЯ Да, движение началось. Мы наконец-то выбрали одного из лучших инженеров-акустиков современности японца Татео Накадзима. Он участвовал в выдающихся проектах по всему миру и известен тем, что планировал акустику концертных залов в Бреслау и Монреале. Теперь у нас начинается интенсивная плановая подготовка. Необходимо пройти точный анализ, сверку экономических расчетов. Думаю, этот процесс затянется надолго. Сложностей, конечно, не миновать, но не хотелось бы, чтобы этот дорогостоящий проект походил на стройку не менее грандиозной Эльбской филармонии в Гамбурге, которая продолжалась столько лет! Ошибок возникнуть не может! Через два года начнется строительство нового зала в баварской столице. Мы очень надеемся, что он будет с лучшей акустикой и дизайном, ни в чем не уступающим мировым музыкальным брендам в области современной концертной индустрии.

От теории –	к «Практике» Интервью

От теории – к «Практике»

Московский композитор Алексей Сюмак (АС) возглавил в театре «Практика» музыкальное направление. Конкретные тренинги и программы со свеженабранным Ансамблем музыкантов готовит и проводит певица с дирижерско-хоровым образованием Ольга Власова (ОВ). Интервью с ними музыкальный критик Елена Черемных (ЕЧ) начала с подслушанного сюжета о покупке шариков.

Мартина Пастушка: Открытие забытых сочинений – большая привилегия Анонсы

Мартина Пастушка: Открытие забытых сочинений – большая привилегия

14 июня в Концертном зале им. П.И. Чайковского состоится российская премьера оперы «Сигизмунд, король Польши» Леонардо Винчи (1690–1730), которая завершит международный фестиваль вокальной музыки «Опера Априори»

Александра Филоненко: <br>Кардинально чуждое всегда становилось мне ближе всего Интервью

Александра Филоненко:
Кардинально чуждое всегда становилось мне ближе всего

В 1996 году немецкое музыкальное сообщество приняло в свои ряды выпускницу Московской консерватории Александру Филоненко (АФ). Композитор рассказала Юлии Чечиковой (ЮЧ) о своих новых проектах и о дальнейших перспективах.

Пааво Ярви: К традициям надо относиться с осторожностью Интервью

Пааво Ярви: К традициям надо относиться с осторожностью

Концерт цюрихского симфонического оркестра Тонхалле под управлением маэстро Пааво Ярви (ПЯ) в Национальной филармонии в Варшаве стал одним из кульминационных событий XXIII Пасхального Бетховенского фестиваля. Пааво рассказал музыковеду Владимиру Дудину (ВД) о том, почему такая программа смотрится выигрышно.