От языка до пят События

От языка до пят

Дальновидная Московская филармония, заботящаяся о том, чтобы у классической музыки и завтра был достойный контингент слушателей, запустила обучающий абонемент «Язык музыки». Он адресован подросткам, но на открытии собралась публика разных поколений. Похоже, понравилось всем

В роли ведущего выступил разносторонний музыковед Ярослав Тимофеев. С одной стороны, он руководит научным журналом «Музыкальная академия», поэтому знает историю и теорию музыки как профессионал. С другой стороны, он играет в поп-группе, поэтому прекрасно чувствует молодую аудиторию. На филармоническую сцену Концертного зала Чайковского Ярослав вышел в джинсах и майке – правда, на майке был изображен как раз Чайковский. С ним вместе появилась соведущая проекта – неотразимая блондинка Мария Холкина в ярко красном. На ее майку был помещен Рахманинов. Ведущие промаршировали в центр сцены под песню британского дуэта Pet Shop Boys, прозвучавшую из динамиков – хотя на сцене уже сидела струнная группа Российского национального, но не плетневского, а молодежного симфонического оркестра, а место в кулисе в ожидании выхода на сцену уже занял дирижер Даниэль Райскин.

Песня Go West, звучавшая под выход полуакадемично выглядящих лекторов – хит еще прошлого столетия, которого юная публика, вероятно, и не знает. Зато он весьма напоминает музыку, известную всем, хотя и еще более почтенную по дате изготовления – Гимн СССР, через паузу на Глинку вернувшийся к нам в качестве гимна России. Ярослав Тимофеев указал публике на это сходство и даже сыграл тему гимна на рояле, предупредив, что на этот раз можно не вставать. Но оказалось, что экскурс в историю может завести нас гораздо глубже – в толщу барокко, когда Иоганн Пахельбель создал свой Канон. Забытый и заново открытый в ХХ веке, канон Пахельбеля стал идиомой масскультуры и, как пример, основой песни Go West («Дуй на Запад»), в 1980-е годы в США ходившей в роли манифеста свободы для однополых пар, а в 1990-е в Британии ставшей сатирой на коммунизм.

Не обо всем из этого ведущие рассказали незрелой публике перед тем, как оркестр сыграл знаменитый Канон Пахельбеля. Зато перед исполнением увертюры к «Свадьбе Фигаро» детям было конкретно объяснено, что означает право первой ночи, за неприменение которого борются весь спектакль низкородные персонажи оперы Моцарта.

Не только Ярослав и Мария в этот вечер держали слово: Даниэль Райскин объяснил, зачем нужен дирижер: вовсе не для того, чтобы размахивать руками, если он настоящий музыкант – и даже показал, как можно управлять оркестром одними лишь мановениями глаз и бровей. Концертмейстер скрипок скромно разъяснила свою миссию. Первый гобой весело и важно подтвердил, что весь оркестр настраивается именно по нему. Арфистка выступила апологеткой традиции, согласно которой на ее тяжелом и крупногабаритном инструменте обычно играют представительницы слабого пола. Концертмейстер ударных представил немалый ассортимент своей группы, после чего исполнение Антракта для ударных из оперы Шостаковича «Нос» было воспринято не в пример информативнее.

Дали проявить себя и слушателям: подросток по имени Алексей дебютировал в роли дирижера, выбрав необычный темп для исполнения Трепака из балета «Щелкунчик» Чайковского. Две девочки трех-четырех лет колотили в большой барабан в строгом соответствии с партитурой «Поганого пляса» из «Жар-птицы» Стравинского. Это же произведение было исполнено с участием всего зала, рьяно топавшего ногами – но не кто во что горазд, а по знаку дирижера.

Удивительно, но в программе из популярных номеров, отобранных как нельзя более удачно, нашлось место и российской премьере: молодежный оркестр весьма уверенно исполнил первую часть из оркестрового цикла Стива Райха Three movements – с ответственными партиями роялей, маримб и симметричной рассадкой, не копирующей ни американский, ни немецкий стандарт. Исполнить неопытной аудитории сочинение, не имеющее мелодии – затея рискованная. Но ритмическая система Райха столь изящна, а гармонии так красивы, что эффект оказался гарантирован – и для первого урока «Языка музыки» ничего лучше придумать было невозможно.

 

«Ринальдо» без волшебника События

«Ринальдо» без волшебника

В Московской филармонии прошло концертное исполнение оперы Генделя

Во славу коллектива События

Во славу коллектива

В Екатеринбурге станцевали «Вальпургиеву ночь» Джорджа Баланчина

Произвол судьбы События

Произвол судьбы

Самым запоминающимся образом новой пермской «Лючии ди Ламмермур», которую поставил Константинос Контокристос, друг афинской молодости Теодора Курентзиса, стало огромное зеркало, придуманное московским сценографом Тимофеем Рябушинским.

Новая опера в сердце старой Европы События

Новая опера в сердце старой Европы

Главные оперные новинки этого сезона показали на Opera Forward Festival в Голландской национальной опере