Симфонии до мажор Симфонии во всех тональностях

Симфонии до мажор

Самая популярная тональность

Итак, начнем, благословясь. Разумеется – с тональности до мажор.

Это – одна из самых-самых ходовых тональностей.

Без ключевых знаков.

В ней композиторы писали симфонии, как говорится, еще «от Адама».

В классические времена аффект до мажора считался очень торжественным и эмоционально уравновешенным. К нему также прибавлялось ощущение некоей первозданности. В этой тональности чаще всего писали для больших составов оркестра. Из духовых к обычным флейтам, гобоям и валторнам (натуральным, в строе «до», in C!) добавляли трубы (тоже натуральные in C!) и литавры. Когда позднее в оркестр вошли еще и кларнеты, их в этой тональности тоже использовали в строе «in C». В общем, вся партитура выглядела «чистой» – без ключевых знаков и транспонирующих инструментов. (Не считая тех, что играли на октаву выше или ниже написанного – как флейта-пикколо, контрабасы, контрафаготы, валторны и литавры.)

У композиторов XVIII века просто уйма симфоний в до мажоре. Но и в романтические времена до мажор нисколько не утратил популярности. Его уважали и «прогрессивно мыслившие» романтики (вкладывавшие в эту тональность особый символический смысл «торжества, чистоты и простоты»), и академисты, для которых делом чести стало написать хоть раз в жизни образцовую «большую симфонию in C». А в ХХ веке до мажор стал использоваться особенно часто, когда композитор желал придать своей симфонии подчеркнуто неоклассические или монументальные черты.

Симфонии писали сыновья Иоганна Себастьяна Баха. Самым выдающимся был Карл Филипп Эмануил Бах, написавший их не менее двух десятков. (Все они – для «малого» оркестра без труб и литавр.) Его младший сводный брат Иоганн Христиан Бах написал около 40 симфоний, но не все сохранились до наших дней. У каждого – всего по две сохранившихся симфонии в до мажоре. Бахи-сыновья следовали в основном итальянской модели симфонии в трех частях («быстро – медленно – быстро»). Огромное количество симфоний написали в середине XVIII века композиторы «мангеймской школы» – Ян Стамиц (Иоганн Штамиц), Христиан Каннабих и другие. До-мажорных симфоний там немереное количество. И еще один выдающийся композитор – итальянец Луиджи Боккерини (проживший основную часть жизни в Мадриде, поэтому испанцы тоже считают его «своим») – написал «всего» 29 симфоний, из которых в до мажоре известны лишь четыре.

Гайдн написал «целых» 106 симфоний. В до мажоре их всего 20, то есть – одна пятая часть всего его симфонического творчества! Вот наиболее известные из них (нумерация дается общепринятая по каталогу А.Хобокена):

Hob I:7 («Le Midi» / «Полдень», 1761)

Hob I:30 («Alleluja», 1765)

Hob I:38 («Эхо», ок. 1769)

Hob I:48 («Мария Терезия», 1769)

Hob I:60 («Il distratto» / «Рассеянный», ок. 1774)

Hob I:69 («Лаудон», ок. 1779)

Hob I:63 («La Roxelane» / «Роксалана», ок. 1781)

Hob I:82 («L’Ours» / «Медведь», 1786 – она же 1-я «Парижская» симфония)

Hob I:90 (1788 – ее тоже называли «Юпитер», как и последнюю симфонию Моцарта!)

Hob I:97 (1792 – без «клички», известная как 5-я «Лондонская» симфония 1-й серии)

Почти все названия в кавычках – не авторские. За редчайшими исключениями это всего лишь «клички», придуманные современниками. Лишь в самой первой из перечисленных симфоний (7-й) название дано самим автором. (Вместе с окружающими ее 6-й и 8-й она образует цикл-трилогию программных симфоний «Утро», «Полдень» и «Вечер».) А симфония № 60 – скорее не столько симфония, сколько сюита, собранная автором воедино из его же собственной сценической музыки к комедии «Рассеянный». Потому и состоит она из шести частей!

Гайдн отличался небывалой изобретательностью, каждая из его симфоний способна чем-нибудь удивить и поразить.

У Моцарта до-мажорных симфоний всего 7 из более 50 им написанных (включая и тех, что позднее были добавлены к старому каталогу). То есть – примерно одна восьмая часть. Нумерация дается тоже общепринятая: по старому полному собранию сочинений Моцарта, а второй номер с буквами KV – сокращенное название хронологического каталога, который выпустил в XIX веке Людвиг Кёхель. Вот наиболее известные симфонии Моцарта в до мажоре (совсем ранние я опускаю). Названия – тоже не авторские:

№ 28, KV 200 (1774)

№ 34, KV 338 (1780)

№ 36, KV 425 («Линцская», 1783)

№ 41, KV 551 («Юпитер», 1788)

Последняя – едва ли не самая выдающаяся и у самого Моцарта, и одна из самых знаменитых до-мажорных симфоний во всей мировой музыке. Завершается она ослепительным финалом, в котором Моцарт демонстрирует чудеса контрапунктического мастерства.

У Бетховена в до мажоре – всего одна симфония (из девяти), и притом – самая первая, написанная ровно в 1800 году и изданная как опус 21. Своего симфонического первенца Бетховен создал в тональности «без знаков» – и к тому же в «нулевой» год нового столетия. Подозреваю, именно эта вещь и задала будущий стандарт «большой симфонии in С». В этом сочинении окончательно устанавливается оркестровый состав классической симфонии: струнные, «парный» состав духовых (по два инструмента каждого вида) с натуральными валторнами, трубами и литаврами. Известно, что после премьеры критики ругнули эту симфонию за «излишнее» количество духовых инструментов.

У Шуберта, в отличие от Бетховена, целых две до-мажорных симфонии: Шестая (DV 589 – т.н. «Малая симфония до мажор», 1818) и Девятая («Большая») симфония до мажор (DV 944, 1825/28). (Номер с буквами DV – сокращенное название хронологического каталога сочинений Шуберта Отто Эриха Дойча.) Полностью завершенных симфоний у Шуберта всего семь, отсюда и путаница с нумерацией Большой симфонии, которую мы даем здесь без порядкового номера. Она – тоже в числе самых-самых знаменитых до-мажорных симфоний в мировой музыке. В партитуре Большой до-мажорной симфонии в дополнение к прочим инструментам оркестра полноценно «прописались» тромбоны – которые до того времени считались инструментом оперным, но не симфоническим. Первым стал вводить их в некоторые свои симфонии еще Бетховен – но только в определенных местах, тем самым желая подчеркнуть особую, исключительную роль этих инструментов. А Шуберт сделал тромбоны обычным участником оркестра.

*Подробнее об этой симфонии – см. ниже в приложении «Любимая симфония».

Следующая знаменитая до-мажорная симфония – «Фантастическая симфония» Берлиоза (ор. 14, 1830), первая в истории романтическая симфония с сюжетно-литературной программой. Это сочинение оказало колоссальное влияние на музыку XIX века. Его полное авторское название – «Эпизод из жизни артиста, фантастическая симфония в пяти частях». Столь необычное количество частей диктуется сюжетом, и все части имеют названия: «Грезы – Страсти», «Бал», «Сцена в полях», «Шествие на казнь», «Сон в ночь шабаша». Это пять наркотических видений несчастного влюбленного, в которых образ его возлюбленной превращается в навязчивую идею. Она выражена музыкальной темой, которая появляется во всех частях симфонии, как самый настоящий оперный лейтмотив, перенесенный в симфоническую музыку. В финальной части (в сцене шабаша ведьм) едва ли не впервые в мировой музыке цитируется подлинный мотив заупокойной церковной литургии «Dies irae» («День гнева»). Помимо всех этих новаторских решений необычен и состав оркестра: к типовому «парному» составу духовых (в котором, правда, целых 4 фагота и 4 валторны вместо обычных двух!) Берлиоз добавляет также 2 корнета (помимо обычных труб), 2 офиклеида (низкие медные духовые инструменты в дополнение к тромбонам – которые позднее стали заменять на тубы), 2 арфы и к тому же использует необычно расширенный состав ударных. Кроме того, композитор специально указывает, что для этой симфонии ему необходимо усиленное количество струнных.

Начиная с романтической эпохи композиторы сочиняют симфонии «штучно». До-мажорные симфонии редко у кого теперь встречаются в количестве больше одной. Перечислим здесь те, что написаны наиболее известными авторами романтической и постромантической эпохи:

Роберт Шуман – Симфония № 2 ор. 61 (1846)

Жорж Бизе – Симфония до мажор (1855) и Симфония «Рим» (1868/71)

Поль Дюка – Симфония до мажор (1896)

Ян Сибелиус – Симфония № 3 ор. 52 (1907) и Симфония № 7 ор. 105 (1924)

Курт Аттерберг – Симфония № 6 ор. 31 (т.н. «Долларовая симфония», 1928)

Великолепна Вторая симфония Шумана – особенно две ее средние части: штурмовое, бешеное скерцо и вслед за ним – мечтательная элегия.

Самая первая юношеская симфония Бизе, написанная им в 16-летнем возрасте, поражает красотой, свежестью и изумительными мелодическими находками. Многими своими моментами она неожиданно напоминает Большую симфонию Шуберта (в той же тональности!) – хотя Бизе очевидно не мог ее тогда знать. Вторая его симфония – под авторским названием «Рим» – тоже в до мажоре! Обе симфонии подряд в одной и той же тональности – случай довольно редкий.

Единственная симфония Дюка относится уже к позднеромантическому времени и написана в трех частях. Почему-то «поздние» французы полюбили именно такое количество частей!

Среди позднеромантических симфоний я особенно люблю одночастную Седьмую симфонию Сибелиуса – самую последнюю из завершенных им. Она словно пропитана нордической мощью. (Следующую свою, Восьмую, симфонию он так и не написал, а черновики к ней уничтожил…) Более ранняя его до-мажорная симфония – Третья – подчеркнутая «игра в классику», и она состоит из трех частей.

Странное название самой известной в мире шведской симфонии – Шестой симфонии Аттерберга («Долларовая» – тоже трехчастная!) – это опять-таки «приклеившееся» к ней прозвище: за свое произведение автор получил премию в 10 000 долларов на Международном конкурсе имени Шуберта в Вене, проводившемся в 1928 году.

У наиболее известных «дореволюционных» русских симфоний в до мажоре всюду стоят двойные, а то и тройные датировки. Их авторы не удовлетворялись первоначальными редакциями своих симфоний «in C» и позднее их перерабатывали:

Антон Рубинштейн – Симфония № 2 «Океан» ор. 42 (1851/63/80)

Милий Балакирев – Симфония № 1 (1866/97)

Николай Римский-Корсаков – Симфония № 3 ор. 32 (1873/86)

Симфония Рубинштейна «Океан» – похоже, самая первая русская симфония «in C». Написана она хотя и в значительной степени по немецким лекалам «школы Мендельсона» (как и многое у этого композитора), но в ней немало красивых «морских» звукоизобразительных эффектов. (Еще задолго до Римского-Корсакова!) Автор сделал целых три редакции: сначала – в четырех частях, затем – в шести, а потом – и в семи!

С большим опозданием дошла до публики Первая симфония Балакирева – с ее, наоборот, подчеркнуто самобытным русским характером. Премьера этой талантливейшей, совершенно полновесной «национальной» симфонии состоялась лишь в самом конце 1890-х годов, хотя в своей первоначальной редакции она была создана раньше всех симфоний учеников ее автора – Бородина и Римского-Корсакова. Именно здесь Балакирев перенес на русскую почву идею возникновения различных музыкальных тем из единого исходного мотива – чему он, безусловно, научился у Листа, которого боготворил.

Меньше повезло Третьей симфонии Римского-Корсакова – написанной, по словам его друга Бородина, словно «профессором, надевшим очки и сочинившим подобающую сему званию Eine grosse Symphonie [Большую симфонию] in С». В наши дни симфонии Римского-Корсакова звучат нечасто, и реже других – именно это сочинение.

Среди композиторов, полностью принадлежащих ХХ веку, самые значительные симфонии в этой тональности – опять же у русских:

Прокофьев – Симфония № 4 (1-я редакция ор. 47 – 1930; 2-я редакция ор. 112 – 1947)

Стравинский – Симфония in C (1940)

Шостакович – Симфония № 7 «Ленинградская» ор. 60 (1941)

Как ни странно – у Прокофьева в его самой любимой тональности написана всего одна симфония, на материале музыки собственного же балета «Блудный сын». Уже после возвращения в СССР, спустя 17 лет после создания первой редакции, Прокофьев значительно переработал ее, придав ей гораздо больше эпического звучания. В этой последней редакции ее обычно всюду исполняют в наши дни.

В трехчастной симфонии Стравинского – уже не совсем до мажор, а некая «игра в до мажор», с использованием более сложной модальной техники. Да и вообще это в большей степени «игра в симфонию» – с аллюзиями на типичные обороты и идиомы классической «симфонии in C».

У Шостаковича в до мажоре написана, без сомнения, самая знаменитая его симфония, созданная во время войны и посвященная блокадному Ленинграду. Она тоже единственная у него в этой тональности. До мажор подчеркивает в ней монументально-неоклассическое начало, связанное с обликом родного города. Поэтому «настоящий» до мажор присутствует только в начале первой части симфонии – и потом возвращается уже в самом конце финала (образ «веры в победу»).

К этому списку можно добавить еще несколько симфоний других советских композиторов ХХ века:

Николай Мясковский – Симфонии № 14 ор. 37 (1935), № 18 ор. 42 (1937) и № 26 «Симфония на русские темы» ор. 79 (1948)

Арам Хачатурян – Симфония № 3 «Симфония-поэма» (1947)

Мечислав Вайнберг – Симфония № 7 для струнных и клавесина ор. 81 (1964)

Самая известная из них – одночастная симфония Хачатуряна, написанная к 30-летию Октябрьской революции. Помимо обычного оркестра в ней участвуют орган и пятнадцать (!) труб. Именно за эту, казалось бы, такую «советскую» симфонию Хачатуряна – а также за столь, казалось бы, «русскую» 26-ю симфонию Мясковского – обоим этим композиторам крепко досталось на печально известных «проработках» 1948 года…

Интересен состав исполнителей в пятичастной Седьмой симфонии Вайнберга 1964 года (посвященной Рудольфу Баршаю и впервые им исполненной): струнный оркестр и «противостоящий» ему солирующий клавесин. Во многом такое решение предвосхищает темброво-стилистические находки в симфониях Шнитке. С тихого соло клавесина эта симфония начинается и им же заканчивается…

Больше вроде бы ничего значительного в этой тональности и в этом жанре никем не написано…

ЛЮБИМАЯ СИМФОНИЯ

Шуберт, Большая симфония до мажор

Лично у меня это самая любимая симфония вообще. Шуберт написал ее в последние годы жизни. (По новейшим данным – сделал две ее редакции. Отсюда и двойная датировка: 1825/28.) Исполнена она была спустя более десяти лет после смерти автора (премьерой дирижировал Мендельсон). Для своего времени симфония казалась необычайно длинной. Обычное ее исполнение занимает от 50 минут до часа. Но это – захватывающие эпические дления (по словам Шумана, «божественные длиноты»), с постоянными сменами-переключениями настроений: от восторженного ликования до глубоких бездн отчаянья. Каждая из четырех частей симфонии отличается своей особенной стихией движения. Первая часть должна звучать в целом неторопливо, и она воздействует спокойным течением музыкальных событий. Вторая часть – одно из сильнейших лирических музыкальных откровений, и она тоже покоряет неумолимостью движения. Третья часть – Скерцо – наверное, самый первый в симфонии опоэтизированный образ венского вальса. А последняя часть – финал – столь же опоэтизированный образ марша, обретающий мощь, которая возвышается до поистине вселенских масштабов.