Стравинский, Этвёш и другие Октеты для духовых Warner Classics CD Релизы

Стравинский, Этвёш и другие Октеты для духовых Warner Classics CD

Новый диск ансамбля «Солисты Ла Скала» открывается Октетом для духовых Стравинского. Его состав – флейта, кларнет, по паре фаготов, труб и тромбонов – использован и в остальных номерах; их авторы – знаменитый композитор и дирижер Петер Этвёш, а также менее известные у нас Алессио Элиа (Италия – Венгрия), Альбертас Навицкас (Литва – США) и Рита Уэда (Япония – Канада). Если слушать диск целиком, в восприятии слушателя остальные пьесы не только уступят прототипу – Октету Стравинского, – но и сольются в единую массу: саунд ансамбля диктует очень многое. Зато если после каждого номера делать паузу или слушать другую музыку, можно обнаружить, что все пьесы весьма различны по характеру и по-своему интересны. Октет Этвёша и «Наизусть» Навицкаса решают скорее технические задачи и больше говорят уму, нежели сердцу, тогда как Октет Элиа и замыкающие диск «Влюбленные гаргульи» убеждают в том, что средства выразительности ХХ века могут звучать актуально и сегодня.

Представляет программу молодой дирижер Андреа Вителло, это как минимум четвертый его альбом; в дискографии маэстро также записи сочинений Малипьеро, Пилати и высоко оцененная прессой запись «Лунного Пьеро» Шёнберга. Впрочем, информации об этом на его официальном сайте нет; зато записи с «Солистами Ла Скала» там уделено столько внимания, будто на сегодня это главное событие в жизни маэстро. Первая запись на крупном лейбле – да, безусловно, хотя помимо этого Вителло выступал в Карнеги-холле в Нью-Йорке, в Центре искусств в Сеуле, в Зале Верди в Милане, дирижировал оркестрами Италии, Венгрии, Греции, Южной Кореи, США, исполнял премьеры Петера Этвёша, Тристана Мюрая и других современных композиторов.

Под управлением Вителло «Солисты Ла Скала» играют Октет Стравинского, наслаждаясь буквально каждой нотой. Даже странно и вспомнить теперь, что мировая премьера Октета, открывшего неоклассический период Стравинского, была почти единодушно воспринята публикой и прессой как неудачная шутка, лишь годом позже анонимный рецензент газеты Times назвал сочинение «седьмым Бранденбургским концертом». И сам Стравинский едва ли был полностью искренен, когда говорил: «Музыка моих новых сочинений – с ног до головы чистая музыка, сухая, холодная, ясная и пенистая, как шампанское». В исполнении «Солистов Ла Скала» Октет полон самой что ни на есть баховской радости жизни – не случайно позже Стравинский признавался, что вдохновлялся инвенциями Баха. Воистину, под эту запись впору пуститься в пляс.

Октет Петера Этвёша, без преувеличения, – другой звуковой мир. Музыку Этвёша в России почти не исполняют, хотя имя его у нас известно: и по записям, в первую очередь с ансамблем InterContemporain, и по операм «Три сестры» и «Любовь и другие демоны», мировую премьеру которой в 2008 году в Глайнд­борне представлял Владимир Юровский. Он рассказывал тогда: «Этвёш настолько знаком со всеми премудростями электронной музыки, что умеет воссоздавать электронные звучания с помощью живых инструментов». Именно так Этвёш поступает и в Октете, акустическими средствами добиваясь почти космических созвучий, и в этом есть своя красота. Сочинение посвящено памяти Штокхаузена и задумано для 8 инструментов не только с тем, чтобы исполняться в одной программе с Октетом Стравинского: оно написано в 2008 году, когда Штокхаузену исполнилось бы 80 лет. Здесь много пауз и нет ярко выраженного движения вперед, разве что скрытое, а с эпизодами строгой ритмической организации соседствуют моменты чистой алеаторики. В последние минуты духовые имитируют барабанную дробь, и Этвёш, словно вдруг вспомнив о Стравинском, наконец передает привет и ему.

Двойственное ощущение оставляет Октет Алессио Элиа – вероятно, не такой новаторский и утонченный, как у Этвёша, но звучащий более живо и убедительно: что-то вроде Хиндемита, но с нововенским надрывом. Согласно пояснению автора, в первой части он намеренно играет с ожиданиями слушателя, подчеркнуто идя им навстречу и рассчитывая на активное соучастие. Однако это либо шутка, либо промах – первая часть как раз легко ложится на слух сама, внимательного же слушания требует именно вторая: скорбный хорал, исполняемый как будто после конца света. И насколько же по-разному может звучать такой ансамбль: если Стравинский выделяет деревянные, то у Элиа на первом плане медь, и в этом разнообразии возможности небольшого ансамбля кажутся почти безграничными.

Сочинение «By Heart» («Наизусть») литовца Альбертаса Навицкаса, ныне живущего в США и попутно занимающегося биологией, представляет собой 11 минут шепотов и шорохов. Восприятию не помогает знание о том, что в основе пьесы – Сонет № 30 Шекспира, нашептываемый флейтистом во время игры: сочинение отзвучало, а ты так и не знаешь точно, слушал его или нет. Завершает программу Рита Уэда с пьесой «Gargoyles in Love» – «Влюбленные гаргульи». Начало напоминает своего рода звуковые обои, изображающие что-то вроде гудения машин за окном, однако два раза на протяжении пьесы октет выдает такое tutti, что дух захватывает. Кажется, будто девиз автора – «Что говорить, когда все сказано», и нужно ли еще одно сочинение для того, чтобы задать этот вопрос? Очень любопытный диск, к концу которого почти забываешь о Стравинском в начале – столько разных звуковых миров демонстрирует эта программа.

Великие музыканты ХХ века играют Чайковского Релизы

Великие музыканты ХХ века играют Чайковского

"Мелодия" подготовила подарок читателям журнала

Андропов <br>Tesla Boy <br>Gorby
Релизы

Андропов
Tesla Boy
Gorby

Emanuel Moór <br>Concerto for two cellos. Suite for four cellos. Cello Sonata <br>Sebastian Hess. David Stromberg <br>Nürnberger Symphoniker. Rudolf Piehlmayer <br>Oehms Classics Релизы

Emanuel Moór
Concerto for two cellos. Suite for four cellos. Cello Sonata
Sebastian Hess. David Stromberg
Nürnberger Symphoniker. Rudolf Piehlmayer
Oehms Classics

Шаг в бессмертие Релизы

Шаг в бессмертие

Новые поколения все чаще задаются вопросами: до песен ли было в те страшные годы, до симфонической ли музыки Шостаковича?