Великолепная восьмерка Тема номера

Великолепная восьмерка

Рейтинг «Музыкальной жизни»

Подводя итоги 2019 года, «Музыкальная жизнь» назвала восемь главных тем, вызвавших наибольший резонанс: это спектакли в опере и балете, релиз, книга, фильм, ньюсмейкер года, дебютанты года, ожидание года — событие, анонс которого вызвал ажиотаж.  Перелистывая страницы номеров журнала за этот год, мы вновь пережили минуты восхищения и сопричастности к талантам нашего времени, но сознательно не выделили кого-то одного в статус персоны, ибо среди множества интереснейших, ярких и оригинальных интерпретаций, постановок, проектов все же не оказалось единственного лидера.  

Премьера года

Инфернальная красота и алхимия страсти

В этом году мы реже сетовали на то, что российский оперный театр держится только за проверенный классический репертуар. Отрадных исключений было несколько – например, целый ряд постановок опер ХХ века. В «Новой Опере» вышел редкий Бриттен – «Поругание Лукреции» (1946), в екатеринбургской Урал Опере – чеховские «Три сестры» Петера Этвёша (1997), в Музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко – «Похождения повесы» Стравинского (1951), там же – «Влюбленный дьявол» Александра Вустина. Эта опера была закончена в 1978 году и с тех пор лежала в столе композитора: ее сценическая жизнь началась по инициативе дирижера Владимира Юровского, который и провел премьеру. Она имела успех: оказалось, что произведение, написанное давно, причем отжившим свой век языком додекафонии, не устарело и оказывает на современного слушателя прямое и сильное эмоциональное воздействие. Спектакль, поставленный режиссером Александром Тителем и сценографом Владимиром Арефьевым, стал и несомненной театральной удачей.

Владимир Юровский и Александр Титель

Балет года

С танцем не поспоришь

Главная премьера года – безусловно, «Зимняя сказка», поставленная Кристофером Уилдоном в английском Королевском балете пять лет назад и перенесенная этой весной в Большой театр. Спектакль замечателен по всем пунктам: музыка Джоби Тэлбота вобрала в себя все волшебство Шекспира, его трагизм и его усмешку, а оркестр Большого, ведомый Антоном Гришаниным, эту музыку правильно почувствовал и вдохновенно воспроизвел.

Кристофер Уилдон придумал хореографический и режиссерский текст, дающий возможности для раскрытия многих артистов Большого, и некоторые из них на глазах стали превращаться из просто качественных профессионалов именно в артистов (так случилось с Артемом Овчаренко, у которого давно нет никаких проблем с танцевальным текстом, но актерские работы были не столь интересны). И волшебное дерево, воздвигнутое на сцене художником Бобом Краули, запомнится надолго – как сценография, что не спорит с танцем, но поддерживает его, не теряя при этом собственной исключительности.

Очень важны и очень удачны «Push Comes To Shove» в Мариинском балете и «Талисман» в балете Бурятском. Первый – одноактовка на музыку Джозефа Лэмба и Йозефа Гайдна, поставленная сорок с лишним лет назад Твайлой Тарп на Барышникова. Лукавая притча о взаимоотношениях премьера и кордебалета азартно воспроизведена в Мариинском театре по очереди двумя солистами – Кимином Кимом и Филиппом Стёпиным, и если Ким точно следовал барышниковскому рисунку, то Стёпин позволил себе барышниковскую свободу.

А второй балет-событие – стилизация балета Риккардо Дриго «Талисман» в хореографии Мариуса Петипа, сотворенная Александром Мишутиным в Улан-Удэ. Реконструкция этого спектакля невозможна, записей не осталось, «в ногах» у балетных есть лишь знаменитое па-де-де, исполняемое на всех балетных конкурсах. А хореограф Мишутин, обычно работающий в Японии, воссоздал балет таким, каким он мог быть – со сложными ансамблями и трогательной пантомимой, с запутанным сюжетом и удивительной красоты вариациями. Так что год 2019 – это год «Зимней сказки», «Push Comes To Shove» и «Талисмана».

Дебют года

Олимпиада имени Чайковского и ее чемпионы

Раз в четыре года в России объявляют классическую музыку «национальным достоянием», выделяют немножко времени на главных каналах телевидения, целый месяц пишут в газетах, обсуждают в соцсетях… Речь, конечно же, о Конкурсе Чайковского – вызывающем по-прежнему азарт, сравнимый с чемпионатом мира по футболу (поэтому их, наконец, и «развели» по срокам). Открытием прошедшего нынешним летом состязания стала целая обойма пианистов, начиная с Гран-при Александра Канторова, первого француза, победившего на Чайнике в номинации «фортепиано». Мао Фудзита – еще одна удача конкурса. Можно быть уверенным, что, появись он в гастрольном режиме в программе столичного оркестра, мы могли бы легко «пропустить» этого волшебника звука –  теперь же на его выступления не попасть. Осенью, на фестивале в «Зарядье» на его сольный концерт случился переаншлаг, критики писали о «невербальном чуде», об особом шарме и солнечности таланта японского артиста.

Вслед ему, «ноздря в ноздрю» шла тройка россиян – Константин Емельянов, Дмитрий Шишкин и Алексей Мельников, три очень разных по индивидуальности, но образовавших вокруг себя серьезные фан-клубы. Всем им участие в конкурсе придало новое ускорение, предоставило доступ на главные сцены, а мы стали свидетелями рождения пианистической плеяды. И еще одно имя стоит назвать в контексте конкурсных баталий 2019 года – меццо Мария Баракова, взявшая сразу два первых места – на конкурсе Глинки и на Чайковском. Молодая девушка, 21 год, за которую единогласно отдали баллы жюри обоих состязаний. Ее восхождение совпало с поступлением в Молодежную оперную программу Большого театра, и нам выпал шанс проследить за развитием ее таланта.

Ньюсмейкер года

«…Вернулся в свой город, знакомый до слез»

В 2011 году, когда Теодор Курентзис получил руководящую должность в Пермском оперном театре и покинул Новосибирск вместе со своим детищем – musicAeterna, многие, в том числе и сами оркестранты – преданные дирижеру вассалы, – задавались вопросом: долго ли продлится роман их лидера с новым городом? Зная об амбициозности Курентзиса, мало кто верил в то, что Пермь – это навсегда, как в сказке – жили они долго и счастливо. Хотя сказочного действительно было достаточно – вспомнить хотя бы постановку «Травиаты» Роберта Уилсона, «Жанну на костре» Ромео Кастеллуччи (в копродукции с европейскими оперными домами). Гром грянул в начале лета этого года, когда на сборе коллектива Пермского оперного Курентзис сообщил о предстоящем переезде в Санкт-Петербург. Слухи о грядущей смене дислокации появлялись и раньше – еще в 2017 году Теодор не раз публично грозился порвать с Пермью, если вопрос строительства современной сцены театра не решится положительно. Причастность Владимира Кехмана к этому проекту, вероятно, также сыграла не последнюю роль в принятии решения. Затем возникли дискуссии, касающиеся художественного руководства Дягилевского фестиваля 2020 года. По сути, заинтересованная музыкальная общественность ждала только официальных подтверждений. Точки над i были расставлены 21 июня.

В августе Курентзис вернулся в город своей юности. Здесь, на берегах Невы, он учился в классе Ильи Мусина в середине мрачных 90-х. Здесь же началась новая веха в истории musicAeterna – на Итальянской улице, 27 – в Доме Радио. Естественно, кастомизация помещения будет происходить постепенно, но в итоге Курентзис желает получить не просто базу для оркестра, а культурный кластер, где можно будет воплощать и околомузыкальные проекты – образовательные, выставочные, музейные. Коснется ли Петербурга ценовая политика в отношении билетов на концерты musicAeterna, так лихо проводимая в Москве? Да, если судить по ценам на 8 февраля (Концертный зал Мариинского театра).

Что до Дягилевского фестиваля, то этот союз, к счастью, удалось сохранить – Теодор остается худруком. «Я считаю, что восемь лет, проведенные нами в Перми, – это только начало большого пути, который зритель должен пройти. Пермь – по-прежнему “план Б” будущего русской культуры. И этот план по-прежнему для меня важен», – сказал Курентзис на декабрьской встрече с публикой в частной филармонии «Триумф». Чем удивит Дягилевский фестиваль, об этом станет известно в марте, когда состоится традиционная презентация программы.

Теодор Курентзис

Диск года

Композиторская археология

Фирма «Мелодия» не только системно издает наследие великих исполнителей, но и не боится вступать на сложную, рискованную территорию – запись и издание произведений современных композиторов. Мы уже не относим к ним Георгия Свиридова, Мечислава Вайнберга, Эдисона Денисова и Альфреда Шнитке, перешедших в категорию классиков. В этом году «Мелодия» выпустила несколько дисков с музыкой действующих композиторов – Антологию хоровой музыки, альбом «16+» Антона Батагова и певицы Надежды Кучер, сборник композиций лауреатов конкурса Avanti и раннюю Сонату для скрипки и фортепиано (1973) Владимира Мартынова, выпущенную аудиоприложением к журналу «Музыкальная академия».

Но даже в этом ряду особой удачей стоит счесть «Буковинские песни» Леонида Десятникова – 24 прелюдии для фортепиано соло, по классической схеме обнимающие все 24 существующие тональности. Десятников – мастер работы с народным материалом и музыкой разных культур: русской, еврейской, китайской, японской. На этот раз он взял за основу фольклор Западной Украины – песни, изданные в СССР в середине прошлого века. Мастерство композитора состоит прежде всего в том, что украинские песни остаются узнаваемыми, вместе с тем прелюдии написаны в индивидуальном авторском стиле. Через их звучание оживает история славянской Европы, тут и там трагическая, охватившая мир вплоть до Канады и по сей день прорывающаяся конфликтами. «Буковинские песни» понятны людям везде и прекрасно воспринимаются во всем мире: Алексей Гориболь уже сыграл их во многих странах. Цикл Десятникова выпущен и на CD, и на виниле. Работа звукорежиссера Михаила Спасского и дизайнера Григория Жукова снова выше всяких похвал.

Фильм года

Усатый, полосатый

Байопик – один из наиболее привлекательных жанров для современного Голливуда. Рассматривать на большом экране портреты (пусть и художественно отретушированные) известных, реальных людей – с их победами, слабостями и страстями всегда интересно, особенно если человек, о котором идет речь, одиозный, неоднозначный, с внутренним конфликтом. Фронтмен британской группы Queen Фредди Меркьюри был как раз такой личностью. Режиссер фильма «Богемская рапсодия» Брайан Сингер запечатлел его в начале пути – как непримечательного парня из Занзибара, рабочего аэропорта Хитроу, но и на пике славы – как собирающего стадионы рок-идола. Несмотря на то, что фильм вышел в конце 2018-го, дождь из самых главных кинематографических призов пролился на него в 2019-м.

Обсуждение экранизации истории Queen и неразрывно связанной с ней биографии Меркьюри длилось бесконечно долго. В какой-то момент показалось, что действующие музыканты группы – гитарист Брайан Мэй и барабанщик Роджер Тейлор – в отчаянии отреклись от проекта. Потребовались годы, чтобы у фильма появился внятный сценарий и исполнитель роли самого Фредди – актер, которому должны были поверить миллионы. Задача практически невыполнимая. Но звезда телесериала «Мистер Робот» и обладатель премии «Эмми» Рами Малек справился с ней виртуозно и принес в копилку команды «Богемской рапсодии» заслуженные награды – «Золотой глобус», «Премию Гильдии киноактеров США», «BAFTA» и «Оскар». На волне оглушительного успеха фильма появились слухи о возможном сиквеле.

Роскошный саундтрек из хитов Queen, концертных записей, студийных раритетов и масштабного 21-минутного фрагмента из выступления четверки на Live Aid в 1985 году, стал важной концептуальной частью «Рапсодии» – изящного, ироничного, в чем-то очень лиричного и одновременно немного помпезного, но очень искреннего и красивого фильма.

Рами Малек и музыканты Queen – гитарист Брайан Мэй и барабанщик Роджер Тейлор

Книга года

Поставим фермату

Идея собрать критико-журналистские опыты разных лет, чтобы создать некую картину развития нашей музыкальной жизни, не нова. Читаются такие опусы с разной степенью интереса: ведь привязанные к определенным инфоповодам – юбилеям, премьерам, – статьи порой устаревают, оставаясь музейным отпечатком исчерпанного во времени события. Алексей Мунипов в книге «Фермата. Разговоры с композиторами» (Новое издательство, 2019) счастливо избежал этой ловушки: его интервью с 20 современными композиторами – не о сиюминутном, хотя и фиксируют умонастроения героев «здесь и сейчас». Но поскольку, по признанию Мунипова, «тайным смыслом этих бесед была попытка понять или, точнее, почувствовать, как устроено композиторское ремесло и люди, которые им владеют», то и результат оказался выходящим за временные рамки. Как выяснилось, композиторов во все времена волнуют схожие «проклятые вопросы».

Как пишет автор, «полемика вокруг современной музыки длится не одно десятилетие и даже не один век. Винченцо Галилей в “Диалоге о древней и новой музыке” (1581) клеймил современных ему авангардистов за увлечение внешними эффектами примерно так же, как Тихон Хренников – молодых советских композиторов. А Георгий Пелецис, сокрушающийся в этой книге о том, как много приемов из старой музыки забыто, брошено, недоиспользовано, почти дословно повторяет сетования средневекового полемиста Якоба Льежского, защищавшего достижения ars antiqua. Неудивительно, что многие вопросы, к которым возвращались наши беседы, легко могли быть заданы композиторам XX, XIX и XV веков. Что такое новая музыка и чем она отличается от старой? Как научиться в ней разбираться? Не слишком ли она сложна для слушателя? Что такое “сложность” и “простота”? Есть ли в музыке прогресс? Кому и зачем все это нужно?»

Современные композиторы не избалованы вниманием, и эта книга – своего рода путеводитель по разным направлениям и цеховым сообществам. «Я хотел просто обозначить, что… современная российская академическая музыка существует, и там происходит настоящий ренессанс. Есть куча героев, все они даже в книжку не поместились, с ними ужасно интересно разговаривать, на их концерты здорово ходить. Для героев “Ферматы” это вроде бы самоочевидно, но для рядового посетителя книжного магазина, боюсь, не вполне. Я просто хотел как можно громче протрубить про этот океан», признается в одном из интервью Мунипов.

Тут представлены, если условно попытаться систематизировать список, «классики» София Губайдулина, Валентин Сильвестров, Тигран Мансурян, Александр Кнайфель, Владимир Мартынов, ушедший от нас уже после публикации «Ферматы» Гия Канчели; участники объединения «СоМа» Дмитрий Курляндский, Борис Филановский, Владимир Раннев, Сергей Невский; «минималисты» Антон Батагов, Павел Карманов, Георгий Пелецис, Алексей Айги, Александр Рабинович-Бараковский; любитель перформативности Алексей Шмурак, импровизатор, использующий внемузыкальные электромеханические объекты Алексей Сысоев, экспериментирующие с разными жанрами и стилями «постмодернисты» разных поколений Леонид Десятников, Илья Демуцкий, Александр Маноцков.

Собеседники Алексея Мунипова – интеллектуалы высшей пробы, так что любите ли вы современную музыку или нет, но чтение этой книги предоставит вам «пищу для ума» и позволит совершить вместе с собеседниками выход в «четвертое измерение».

Ожидание года

Двойной камбэк

Ожидание года логичнее перефразировать в ожидание нескольких десятилетий. В феврале на Исторической сцене Большого театра режиссер Дмитрий Черняков представит свою версию «Садко» Римского-Корсакова.

Опера-былина «Садко», с которой Дмитрий Черняков наконец-то возвращается в Большой театр, последний раз собирала столичную публику в восьмидесятых. Тогда шла версия Бориса Покровского, созданная в 1949 году.

Для Большого, где сейчас ставят в основном режиссеры драмтеатра, приглашение Чернякова – «прорыв года». К тому же с операми Римского-Корсакова у него прочные отношения: незабываемы «Китеж», «Царская невеста», «Снегурочка», и, конечно, пронзительная интерпретация «Сказки о царе Салтане».

Черняков будет работать по своим правилам и со своей командой. Костюмы создает Елена Зайцева, а сценографию режиссер вновь разрабатывает сам – по мотивам декораций первых постановок оперы. Благодаря Чернякову исполнительское качество обеспечит система stagione: за дирижерский пульт приглашен перспективный Тимур Зангиев, предварительно говорилось и о певцах – Иван Гынгазов (Садко), Аида Гарифуллина (Волхова), Екатерина Семенчук (Любава) и другие.

Премьера состоится 14 февраля 2020 года на Исторической сцене.

Дмитрий Черняков
Квест по «Садко» Тема номера

Квест по «Садко»

Доминантой московского сезона и не только ожидаемо стала премьера оперы Римского-Корсакова «Садко» в Большом театре.

Место назначения: Космос Тема номера

Место назначения: Космос

Леденящая душу история Тема номера

Леденящая душу история

Российская премьера оратории Хенце «Плот “Медузы”» на фестивале «Евразия» в Екатеринбурге

Пьер-Лоран Эмар: <br>Я стал жертвой киднеппинга Тема номера

Пьер-Лоран Эмар:
Я стал жертвой киднеппинга