Релизы
Костяк Amabano сформировался в конце 1970‑х — в то время в Бурунди шла растянувшаяся на десятилетия гражданская война, и создатели группы Антуан Руджериньянге, известный под псевдонимом Africanova, и Дейвид Никидза выступали в соседних Кении, Танзании, Руанде и Уганде, успев поиграть даже в военном ансамбле Suicide Revolutionary Jazz Band (протекцию этому коллективу оказывал лично одиозный угандийский диктатор Иди Амин). В 1978‑м музыканты возвращаются в Бурунди, где фактически становятся основным ансамблем национального радио. Они выступают сначала как The Settlers, но вскоре меняют название на Amabano. Группа быстро получила статус главной музыкальной звезды страны, а в 1980‑м усилиями бурундийского министерства культуры отправляется в Европу на конкурс «Золотая мельница» (инициатива голландского радио, участники — более четырехсот коллективов с Черного континента) — и побеждает там. Однако вышедший в СССР альбом до недавнего времени оставался единственным официальным релизом Amabano.
Пластинка записана советскими звукорежиссерами в тогдашней бурундийской столице Бужумбуре в 1987‑м, сведена в Москве и вышла минимальным тиражом в СССР годом позже — помогли личные контакты отечественных дипломатов, а также тот факт, что музыка Amabano попала в руки известного этномузыковеда, композитора-экспериментатора и в то время редактора «Мелодии» Бориса Тихомирова, ответственного за знаменитую серию «Музыка стран Азии и Африки». Когда альбом был готов и пластинки оказались в Бурунди, Amabano не смогли получить свои авторские экземпляры: они покинули страну после того, как разразился очередной этап межэтнического противостояния хуту и тутси. Вскоре коллектив распался навсегда. В 2019‑м альбом впервые переиздали на финском лейбле Afro7 под названием Amsterdam Ticket.
Стилистически музыку Amabano не так уж и просто описать: здесь перемешано много глобальных для Африки тех лет элементов — психоделик-рок, сложная полиритмия конголезской румбы и сукуса, грязный танцевальный фанк в духе Джеймса Брауна, чувствуется влияние афробита и хайлафа (музыканты Amabano не могли не слышать Фелу Кути и Эбо Тэйлора!), но звучат и совершенно уникальные локальные интонации, украшенные традиционным вокалом, исполненном на языке кирунди.
Открывающий альбом трек Amabano — солнечный фанк-номер, где на фоне бронебойной ритм-секции по очереди солируют псай-фанковая гитара, космический синтезатор и духовые. Украшением пластинки можно назвать заглавную вещь «Говорящий попугай»: стремительная инструментальная композиция заставляет вспомнить лучшие образцы афро-фанка и афро-рока тех лет — Assagai, Оскара Салли, Orchestre Poly-Rythmo de Cotonou и местами даже афробританцев Cymande. В начале композиции действительно присутствует короткий семпл с голосом попугая, и, как утверждают педанты, он был взят с пластинки «Говорит попугай Гоша», вышедшей на «Мелодии» в 1980‑м. Кроме голоса Гоши, в альбом были добавлены рык льва, звуки саванны и прочие «природные» элементы, которые, впрочем, абсолютно не вредят оригинальным композициям, а скорее добавляют записи очарования. На «Иду, иду» и «До свидания» на первый план выходят женские голоса — в Amabano пели сразу три вокалистки. Закрывается пластинка пасторалью «О, Бурунди» — лиричное и немного наивное признание группы в любви своей многострадальной родине, исполненное Чанжо Амиси.
Альбом, ставший одним из самых невероятных курьезов в истории советских грампластинок и желанным артефактом для коллекционеров африканского рока, вернулся спустя почти сорок лет, причем на цветном прозрачном виниле. Какого цвета попалась пластинка — желтого или зеленого — можно увидеть через окошко на лицевой стороне конверта. Матрицы изготовлены с оригинальных пленок, хранившихся в архиве «Мелодии» почти сорок лет. Звукорежиссер реставрации и ремастеринга — Елена Барыкина.
