Релизы
Базирующаяся в Париже институция FLEE — это больше, чем просто музыкальный лейбл, точнее его называть независимой культурной платформой, на базе которой музыка пересекается с этнографией и культурологией. Деятельность FLEE направлена на «документирование и совершенствование гибридных культур». Начиная с 2017 года лейбл выпустил уже дюжину релизов, среди них — песнопения монахов Афонского монастыря, литания португальских рыбаков, распевы ныряльщиков за жемчугом в Персидском заливе, средневековый итальянский танец пиццика или кенийский жанр бенга. Отечественного слушателя должен заинтересовать сборник с полевыми записями черкесской музыки, записанный в поселке Уляп в Адыгее исследователями северокавказской музыкальной традиции с отечественного лейбла Ored. Важной особенностью релизов FLEE стало привлечение авангардных электронщиков к созданию ремиксов.
Новая глава в этом кругосветном путешествии FLEE посвящена «священным ритмам» Бразилии и такому явлению, как кандомбле — синкретической религии, в среде которой первобытные африканские верования смешивались с насаждаемым среди рабов христианством, а языческие духи-ориша сливались в народном сознании с католическими святыми. Кандомбле является аналогом других синкретических афро-американских культов — распространенной на Кубе и юге США сантерии и гаитянского вуду, также привезенных в Новый Свет рабами из Западной и Центральной Африки. Феномен кандомбле глубоко пронизывает современную бразильскую культуру и музыку; композиции, построенные вокруг связанных с кандомбле образов, принадлежат к числу наиболее выдающихся и известных произведений бразильской поп-музыки. Считается, что слово «кандомбле» произошло от корня «ндомбе» — в языках банту это означает «черный». По другой версии, оно отсылает к глаголу «кандомбеле», что значит «молиться, призывать богов».
В основу сборника легли полевые записи, сделанные немецкой исследовательницей Ангелой Люнинг в середине 1980‑х в храме-террейро, посвященном Иле Аше Опо Афонжо — одному из могущественных духов-ориша в пантеоне йоруба, чью роль связывают с солнцем, огнем и дикой природой. Храм находился в местечке Лауру-ди-Фрейтас, поблизости от Салвадора-де-Баия — первой столицы колониальной Бразилии. Считается, что именно здесь сформировалось кандомбле, и значение этого места для бразильской музыки и культуры сложно преувеличить. Люнинг была одной из пионеров европейской этнографической школы, обратившихся к тематике кандомбле и корневой афро-бразильской музыки. Долгое время она жила поблизости от террейро, в котором проводились записи. Здесь она познакомилась с французским фотохудожником и этнографом-самоучкой Пьером Верже, служившим в храме жрецом. Работы Верже вошли в художественную часть сборника, представленную 272‑страничным альбомом. Книга наполнена текстами о музыкальной составляющей кандомбле, в ней содержится подробный социокультурный анализ явления, исследования африканских истоков религии, свидетельства очевидцев и участников церемоний.
Создатели сборника подчеркивают: в традиции кандомбле к музыкальной составляющей ритуалов не относятся как к музыке в западном понимании, она не предназначена для эстетического наслаждения или «потребления» вне ритуального контекста, а наоборот — звук помогает материализации божественного. Перенести звучание кандомбле в современные реалии помогает ряд отличных ремиксов. К их созданию были привлечены несколько знаковых имен современной бразильской сцены, среди которых стоит выделить мастеров мрачного байле-фанка DJ Anderson do Paraiso и DJ Sandrinho, выдающегося перкуссиониста Габи Гуэдоса, экспериментирующего с дабом и индастриалом электронщика Felinto. Международную сцену представляют швейцарский электронщик Йонас Альбрехт, афро-португальская вокалистка и эмбиент-продюсер XEXA и ударник французского коллектива Poni Hoax Венсан Тэгер.
