События
Симфонический оркестр Капеллы, отмечающий свое 35-летие, был внушительно задействован и во время проведения фестиваля «Невские хоровые ассамблеи», прошедшего в этот раз под знаком 275-летия со дня рождения Дмитрия Бортнянского, одного из самых ярких лидеров Капеллы за всю ее историю.
Впрочем, юбилей оркестра также стал приношением одному автору – Николаю Римскому-Корсакову, чья творческая и педагогическая жизнь была связана с Капеллой самым тесным образом. Это была необычная, стильная монопрограмма, с красочным видеорядом в промежутках между номерами и с режиссерскими находками, как, например, разыгранный в лицах разговор «отцов» учреждения Бортнянского и Львова, напомнивший публике некоторые моменты исторического пути Капеллы. Выбранные сочинения – «Испанское каприччио» и «Шехеразада» – выгодно представили оркестрантов и как коллектив, и как индивидуальностей (к сожалению, в программке солисты отмечены не были, а хотелось бы – в уважение музыкантов и для истории, – чтобы Капелла опубликовала и полный список оркестрантов в этот памятный день). Музыка звучала на подъеме, слаженно, с блеском сольных эпизодов, демонстрируя прекрасный контакт дирижера Александра Чернушенко с оркестром и живость, витальность самой трактовки. Третьим же номером программы Капелла подтвердила, что не ищет только привычных репертуарных путей, познакомив слушателей с редкой кантатой Римского-Корсакова «Свитезянка». Перед нами словно была разыграна оперная сцена, в которой любовную историю таинственной речной девы и юноши (партии лирично исполнили Полина Лаптева и Александр Тимченко) подробно «комментировал» хор. Певчие, едва ли не соперничая с солистами в выразительности, продемонстрировали филигранное прочтение музыки с точки зрения и дикции, и нюансировки, деликатно встраиваясь в звучание оркестра, не подавляя его.
Пожалуй, и творчество Бортнянского в таком объеме и так концентрированно Капелла в новейшее время еще не представляла. Здесь был как привычный ракурс, так и новый. Звучавшие на открытии восемь духовных концертов позднее были представлены в виде кантат с симфоническим оркестром (это были «Господи, силою Твоею возвеселится царь» и «Да воскреснет Бог», дополненные двухорным «Тебе Бога хвалим», прозвучавшим даже дважды, включая закрытие фестиваля). Это авторский вариант, в котором Бортнянский стремился привести оригинальный русский жанр в соответствие с европейской хоровой практикой. Отметим, что исполнение концертов а капелла оставило более яркое впечатление: коллектив под управлением Ильи Дербилова продемонстрировал слитность и баланс партий, внимание к слову, рельефность переходов от тутти к сольным эпизодам (солисты хора оказались как на подбор – с красивыми голосами и ансамблевым мастерством). Во втором прочтении, с присоединившимся оркестром, казалось, что хору и его сольной группе приходится петь на максимуме своих возможностей, форсируя звук (состав оркестра казался слишком большим для аккомпанирующей функции). Конечно, это было не во всех местах, но в целом хотелось большей тонкости прочтения, от которой музыка бы выиграла.
На «Ассамблеях» организаторы стремились представить творчество Бортнянского как можно шире, не ограничиваясь только его музыкой для голосов. Редкие камерные сочинения мастера – Квинтет и Концертную симфонию (септет) – привезли московские артисты во главе с Александром Рудиным, чей струнный коллектив дополнили петербуржцы Екатерина Мирон (арфа) и Константин Яковлев (фагот). Изящная, классицистская музыка Бортнянского прозвучала элегантно, со вкусом и разнообразием настроений (особенно в септете). В этом ансамбле была и изюминка: Александр Рудин и Эмин Мартиросян играли не только на виолончелях, но и – не менее выразительно – на фортепиано.
Очевидным на фестивале было и желание представить композитора на фоне эпохи. В программе 31 октября это удалось лишь отчасти. В первом, моцартовском отделении были проигнорированы вокально-инструментальные сочинения (что вряд ли было логично, учитывая, что вечер продолжился кантатами Бортнянского) и несколько сумбурно сопоставлены «Траурная масонская музыка» с мажорным концертом, неожиданно прозвучавшим не в оригинальном гобойном виде, а с солирующим саксофоном (но отдадим дань мастерству Сергея Колесова, который сумел выдержать необходимую стилистику). Более органичной стала программа 4 ноября: две камерные вещи Бортнянского дополнили друг друга, а мелодрама «Орфей и Эвридика» Фомина предстала оригинальной «вещью в себе», не конкурируя с операми Бортнянского, которых в программе фестиваля и не предполагалось. Что жаль, учитывая богатое театральное наследие автора, которое в наши дни прирастает открытиями, – так, осенью 2025 года вышла из печати партитура первой оперы Бортнянского «Креонт», подготовленная Павлом Сербиным.
Тем не менее можно порадоваться, что фестиваль в честь Бортнянского позволил популяризовать и достаточно редкое на концертной эстраде, замечательное наследие другого русского классициста, выросшего на брегах Невы, – Евстигнея Фомина. Концертное исполнение «Орфея и Эвридики» представили оркестр Капеллы под управлением Александра Рудина, мужская группа хора и чтец Юрий Лаптев. Патетическую и несколько тяжеловатую манеру чтеца, усиливающую архаизмы текста Княжнина (голос Лаптева заметно поменялся, смягчился только в эпизоде с диалогами Орфея и Эвридики), оркестр «комментировал» более тонко, эмоционально, выявив в партитуре богатство настроений. Звучность то поднималась до бетховенской патетики, то откликалась интимными фрагментами в духе Моцарта, образуя свою самостоятельную линию.
Похоже, что сочинениям Фомина повезет и в следующем сезоне. Так, со сцены ведущая концертов фестиваля Лариса Попкова объявила о планах Капеллы по исполнению его оперы «Ямщики на подставе». Правда, и в области популяризации Бортнянского еще есть что делать (и тут музыковеды заметно опережают исполнителей). Ждут своего исполнения более десятка неизвестных концертов композитора, не входящих в 35 хрестоматийных, которые разыскала и издала в 2021 году Антонина Лебедева-Емелина. В дни же фестиваля появилась редкость – «Немецкая обедня», последний опус Бортнянского, причудливо сочетающий гармонизованные автором православные (греческие и киевские) роспевы с иностранным литургическим текстом. Эти ноты были подготовлены к изданию Лебедевой-Емелиной совместно с Алексеем Чувашовым под патронатом музея «Исаакиевский собор». Кстати, сама рукопись этого сочинения хранится в Петербурге, в Институте истории искусств, и – что немаловажно – среди материалов Придворной певческой капеллы (!). Если же отвлекаться от сугубо музыкального, то было бы замечательно, если бы Капелла смогла в год юбилея инициировать установление памятной таблички на сохранившемся доме Бортнянского, в котором он провел последние десятилетия своей жизни. Тем более что он находится в шаговой доступности от ее здания – на Большой Миллионной, 9.
