Контркультура
Проект «Высоцкий. Высота» – это свежее прочтение песен поэта новым ансамблем «Мелодия» (Джаз-оркестр Георгия Гараняна). Творчество когда-то полуофициального Высоцкого в контексте профессиональной «Мелодии» разных эпох – явление не беспрецедентное, но несомненно – интересное.
Сотрудничество Владимира Высоцкого с ансамблем «Мелодия» под управлением Георгия Гараняна началось в 1973 году. К этому моменту у Высоцкого уже был опыт записи с инструментальными коллективами – его первая пластинка с песнями из кинофильма «Вертикаль» в сопровождении Симфонического оркестра кинематографии вышла еще в 1968‑м. Также существовала запись с оркестром Вадима Людвиковского, в составе которого играли будущий руководитель «Мелодии» Гаранян и музыканты, позднее вошедшие в ансамбль под его управлением, – Алексей Зубов, Борис Фрумкин, Владимир Чижик, Леонтий Черняк, Константин Бахолдин.
Фактически именно этот коллектив, официально оформившийся как ансамбль «Мелодия» в 1973‑м, год спустя и приступил к работе с Высоцким. Со стороны фирмы «Мелодия» проект курировали блестящие редакторы Владимир Рыжиков и Анна Качалина, которые изо всех сил пытались провести через бюрократические препоны все самое яркое и интересное. Сделать аранжировки Георгий Гаранян поручил двадцативосьмилетнему музыканту своего ансамбля Игорю Кантюкову, до прихода в «Мелодию» работавшему в оркестре Анатолия Кролла.
Творческий процесс начался со встречи: Высоцкий пригласил Кантюкова к себе домой, спел ему под гитару двенадцать песен параллельно записав их на магнитофон и снабдив комментариями с творческими предложениями. К сожалению, из-за тогдашнего «кассетного голода» эта уникальная пленка не сохранилась.
Создавая аранжировки, Кантюков отталкивался от настроения каждой песни. Например, в «Жирафе» он использовал тему из «Свадебного марша» Мендельсона, переложив ее в минорную тональность. Для песни «Москва – Одесса» музыкант добавил «одесского» колорита в виде фрейлехсов и намека на мелодию «Семь-сорок». Однако Георгий Гаранян, предвидя реакцию худсовета, эту смелую инициативу весело отверг. Зато вставку из «Цыганочки» в «Кони привередливые» сохранили, и она прозвучала очень уместно.
Студийные сессии были плотными – за одну четырехчасовую смену успевали записать до пяти песен. Для записи пригласили скрипичную группу Большого симфонического оркестра Всесоюзного радио и Центрального телевидения. Музыканты-струнники, как и участники «Мелодии», были в восторге от Высоцкого. Они с удовольствием слушали песню про Мишку Шифмана и смеялись, наблюдая, как артист в перерывах между дублями ходит на руках «крокодильчиком», визуализируя «Утреннюю гимнастику».
Работа вообще шла гладко, и лишь однажды Высоцкого не устроил уровень оркестрового «нерва», но выход нашелся моментально. Борис Фрумкин вспоминал: «В студии была сделана “выгородка”. Володя встал за нее, начал петь – мы услышали в своих наушниках его голос, и это дало очень нужный импульс – от него шла потрясающая энергетика. Казалось, что он поет на огромной площади или на стадионе!» После этого дело сразу пошло.
Вспоминая работу Высоцкого с оркестрами, нужно отметить «фронтовой» цикл песен для фильмов режиссера Виктора Турова, записанный в Минском Доме радио с ансамблем «Тоника» под управлением Бориса Фёдорова, или песни для фильмов Рижской киностудии – «Стрелы Робин Гуда» (аранжировки Алексея Зубова, которые в первой версии фильма все же вырезали бдительные цензоры) и «Баллада о доблестном рыцаре Айвенго» в аранжировках того же Игоря Кантюкова.
Однако именно тандем Высоцкого с ансамблем Георгия Гараняна оказался необыкновенно прочным и оставил самый яркий след. Этому способствовали несколько обстоятельств. Поэту и музыкантам доводилось работать в студии до этой сессии, аранжировки создавал участник коллектива. Молодые инструменталисты «Мелодии» хорошо знали и любили песни Высоцкого – они слушали их на гастролях на тех же кассетах, что и классический джаз, новые дела вроде группы Chicago или миниатюр Михаила Жванецкого. Несмотря на разницу в уровне академического профессионализма, они испытывали к барду огромное уважение. Позже Георгий Гаранян на вопрос, считает ли он – профессионал высокой квалификации – Высоцкого хорошим композитором, ответил: «Композиторы пишут в разных жанрах. Для своего жанра Высоцкий – очень хороший композитор, и поставить рядом с ним просто некого».
Всего в ходе этих студийных сессий были записаны двадцать две песни. Первоначально они выходили лишь на миньонах, и только в 1980 году, уже после смерти Владимира Высоцкого, были изданы на полноформатной пластинке. Для ее конверта использовалась фотография поэта, сделанная в студии программы «Кинопанорама» (песни, записанные с «Мелодией» на конверте не имеют маркировки «моно»). Спустя семь лет вышла еще одна пластинка: на первой стороне звучали песни Высоцкого в исполнении Марины Влади, на второй – в оригинале, в сопровождении все того же ансамбля «Мелодия». Аранжировки для всех записей выполнили Алексей Зубов и Игорь Кантюков.
Новое прочтение песен Высоцкого музыкантами новой «Мелодии», во времена той записи еще не появившимися на свет, случилось спустя пятьдесят два года. Резонно, что те, кто знаком с прижизненными интерпретациями песен Высоцкого – как оркестровыми, так и с малыми составами, – отнесутся к этой затее скептически. Добавим сюда еще и заявку на представление новых интерпретаций голограммой в сопровождении оркестра (об этом позже).
Все, что связано с песнями и аранжировками Высоцкого на пластинке «Высота» – если, конечно, вы изначально не были принципиальным противником самого факта его творческого союза с «Мелодией», – вызывает позитивные чувства. К уже знакомому материалу здесь добавлены три композиции, ранее аранжировке не подвергавшиеся: «Охота на волков», «Я не люблю» и «Мне каждый вечер». Звучание получилось плотным, энергичным, местами, возможно, чуть более сжатым, но это уже частности. Важно другое: это определенно не очередной альбом-перепевка в духе «Нового звука» и не прочие массовые ремейки великих песен. В общем – логичный и содержательный новый этап некогда вызывавшего споры вполне гармоничного творческого диалога между поэтом Владимиром Высоцким и профессиональным эстрадно-джазовым ансамблем.
Могут ли нынешние музыканты ансамбля «Мелодия» (Джаз-оркестр Георгия Гараняна) в полной мере ощутить огромный масштаб личности, чей материал они исполняют? С Высоцким их разделяет временной разрыв в несколько поколений, и хотя его песни для музыкантов не такая далекая история, как творения Моцарта, но и не часть актуальной для них культурной среды. Оказались бы в репертуаре нынешней «Мелодии» песни Высоцкого, если бы не специальный проект «Высота» и не символичное, обязывающее к творческой преемственности название коллектива.
Дирижер «Мелодии» Овагем Султанян так комментирует работу над альбомом: «Это легендарные культовые записи 1974 года, и прекрасно, что они не теряют актуальности. Ранее мы уже участвовали в ежегодных телевизионных концертах ко дню рождения Высоцкого, где разные исполнители пели его песни. Оркестр создавал для каждого новые аранжировки – это был интересный опыт, появлялись и оригинальные версии, как, например, “Своя колея”. В основе альбома “Высота” лежат оригинальные обработки ансамбля Гараняна, но саму идею реанимации этого материала предложили организаторы проекта. Над современным звучанием работала большая команда: аранжировщики подготовили партитуры, в том числе написали новые версии для песен, ранее не издававшихся, а наш оркестр записал все в студии за месяц».
Сегодня полемика о допустимости исполнения песен Высоцкого с большим оркестром уже не ведется. Новый проект четко декларирует – отставить разговоры – наступило время не только решительного синтеза поэтического наследия и масштабных музыкальных формам, но и современных технологий.
Концепция стадионного шоу проста и амбициозна: не переписывая историю, а отреставрировав имеющиеся записи и дополнив их ранее не звучавшим материалом, дать зрителю уникальный шанс «заново встретиться с Высоцким». Генеральный продюсер проекта «Высоцкий. Высота» и генеральный директор компании «Цифровые легенды» – ставшей инициатором записи и выпустившей ее на виниловой пластинке – Александр Мамонов отмечает: «Нашей задачей было сохранение нерва и смысла оригинала и донесение этой энергии до сегодняшней аудитории, с помощью новых технологий, в которые облечен голос Высоцкого».
Над общей музыкальной концепцией трудились большим научно-художественным коллективом компании «Цифровые легенды», решив сохранить основные решения, найденные «Мелодией» в начале 1970‑х, – «новые версии аранжировок, с новой драматургической редакцией». Единственное, что было сделано заново, – перезапись на современном оборудовании материала, полностью переигранного в студии живым составом из двух оркестров. Искусственный интеллект, вокруг которого сейчас ломается столько копий, использовался дозированно – для тембрального анализа исполнения и изучения архивных записей на предмет точной артикуляции, точечной работы с голосом. Собственно, она максимально и велась в трех ранее не записанных песнях – «Охота на волков», «Так дымно, что в зеркале нет отраженья» и «Я не люблю», позволив вычленять голос из старых, записанных под гитару фонограмм, но даже здесь ИИ не всегда приходит на помощь.
И вот тут уже никуда не уйти от аватара. Впервые это случилось в 2012 году на фестивале Coachella в США, когда устроители продемонстрировали голограмму убитого рэпера Тупака Шакура, но тогда дальше дело не пошло. Новый виток дал проект приуроченный к выходу последнего альбома ABBA – Voyage, появивший в 2022 году и предложивший при помощи виртуальных фигур участников группы ABBA и вычищенных до совершенства фонограмм времен былых посмотреть выступление группы на основе шоу 1979 года.
На отечественном фронте близкой по драматургии, хотя и не совпадающей по техническим аспектам, можно назвать программу «История этого мира» группы «Кино», где «цифровое» присутствие Виктора Цоя, лидера группы, погибшего тридцать пять лет назад, на сцене обозначено уместно, технологично и максимально корректно.
Что же из себя представляет нынешний аватар Владимира Высоцкого? Александр Мамонов объясняет этот так: «Представьте, что скульптор работает с памятником – по фотографиям, по историческим архивам собирает образ человека. Как пример – памятник Пушкину, тот, что стоит в центре Москвы. Для аватара Высоцкого были собраны тонны материалов: параметры роста, крупные кадры рук, тела, анатомии в целом… По сути, аватар – это скульптура, которая сделана в 3D. Дальше с помощью современных игровых технологий создается 3D-мир, который на большом экране передает работу физического и виртуального света».
Оставим на время в стороне этическую и эстетическую составляющие. В конце концов, на фоне недолгого появления пива «Высоцкий» и несостоявшейся, но имевшей место попытки запуска водки с тем же названием (круче может быть только дробовик «Курт Кобейн») танцующая и поющая фигура великого поэта выглядит более безобидно. Хотя несколько инфернальный «Высоцкий», периодически откладывающий гитару и немного угловато пускающийся в пляс у микрофона, в растяжку произносящий странноватые конферансы-монологи, вызывает смешанные чувства. Периодически на сцену выходят гости – аватары поп-исполнителей, видимо, являющие собой дружественную делегацию от все той же «Своей колеи». Все они поют песни Высоцкого на фоне экранных красот, смоделированных мастерами видео-арта, а «Высоцкий» им подпевает.
Насколько все это правомерно творчески? Видимо, тут нужно попробовать вспомнить, что Высоцкому нравились Ив Монтан, Шарль Азнавур и Жак Брель, и происходящее – некий реверанс шансонье в их сторону. Правда, даже обратись Высоцкий к этой стилистике – сомнительно, что он счел бы логичным исполнять «Коней привередливых» и «Я не люблю» перед вальяжно попивающей шампанское публикой.
Что же самое важное в нынешней «Высоте»? Большое шоу с голограммой, возможность при помощи современных технологий визуализировать Владимира Высоцкого и отчасти продемонстрировать одно из самых необычных сотрудничеств «поэт-оркестр»? Образ поющего поэта Высоцкого, пожалуй, не самый подходящий для подобных экспериментов. Существует масса реальных аудио- и видеозаписей, позволяющих окунуться в поэзию Высоцкого, проникнуться его харизмой и понять масштаб огромного гения. Было бы желание. Исполнение песен Высоцкого с оркестром, новое обращение к тому необычному ходу полувековой давности в сопровождении эстрадно-джазовых профессионалов, новые обработки песен, еще не претерпевших этих трансформаций? Да, это, несомненно, интересно. Это та часть новой научно-музыкальной фантастики, которая еще вчера казалась невозможной, невыполнимой, да и до какого-то момента не слишком актуальной.
Тем не менее эта форма, будь она по изяществу воплощения пропорциональна «Истории этого мира», сможет стать образцом не только развлекательной, но и в чем-то познавательной концепции.
Если уж время столь настойчиво диктует получение знаний и эстетическое переосмысление глобальных величин – непременно через изумрудные льды новых технологических вершин.
