События
В первые дни после новогодних праздников в Москве традиционно проходит Зимний фестиваль искусств Юрия Башмета – парад концертов, музыкально-литературных композиций, выступлений российских и зарубежных солистов и оркестров. События, охватывающие крупные музыкальные и театральные площадки города, плавно перетекают в следующий Зимний фестиваль – в Сочи, где избранные программы московского форума повторяются для местных слушателей. В этом году столичный фестиваль искусств оказался богат на запоминающиеся события: это и празднование 270-летия Моцарта в компании «королевы барокко» Симоны Кермес, и чествование 80-летия нашего классика Александра Чайковского, и премьера нового спектакля Полины Агуреевой, и погружение в мир венецианского барокко и в ритмы фламенко от итальянского и испанского ансамблей. Но каждый раз на фестивале Башмета неизменно звучит музыка Чайковского – одного из самых любимых композиторов маэстро, который даже прошел его путем в рамках гастрольного проекта. В программе нынешнего фестиваля на сцене Концертного зала имени Чайковского (что символично) ожила последняя опера Петра Ильича – «Иоланта» в постановке режиссера Павла Сафонова.
Пространство Зала Чайковского в этот вечер претерпело существенные изменения: для того чтобы расположить оркестр «Новая Россия», пришлось снимать целый партер. Это решение практически не повлияло на акустику: в конце концов, премьера «Иоланты» в авторской версии Башмета и вовсе состоялась на открытом воздухе в усадьбе Демьяново. Сцена оказалась богато украшена цветами – белыми и красными маками, истончавшими приятный аромат: Павел Сафонов построил действие внутри этого роскошного сада, который не могла видеть Иоланта. Режиссер также примерил на себя роль Чайковского. Не похожий внешне, он смог убедительно передать волнения, эмоции композитора, сочинявшего свой последний оперный шедевр и, как обычно, мучавшегося сомнениями в духе «получится ли сделать так, чтобы все плакали». Спектакль в целом строился как чередование номеров оперы и монологов Чайковского, взятых из его дневников. Рассуждения о любви, о миссии музыки в мире сменяли чарующие арии и дуэты в исполнении артистов Молодежной оперной программы Большого театра. Можно сказать, что Петр Ильич в этот вечер был наедине со своими героями, которым сопереживал, прислушиваясь к каждому слову, уходя в глубь сцены: это было наглядное подтверждение увлеченности композитора замыслом оперы, утверждающей победу света над мраком. К слову, темнота, окутывающая зал, подчеркнуто контрастировала с золотисто-белым свечением на сцене, а Юрий Башмет, дирижировавший красным карандашом, воспринимался не иначе как волшебник, запустивший сказочный процесс преображения, всепобеждающей любви Иоланты.
Подобно Чайковскому, который доверил исполнение своей оперы «Евгений Онегин» молодежи – студентам Московской консерватории, маэстро Башмет выбрал в качестве солистов «Иоланты» «молодежку» Большого театра, а также певцов Камерного хора Московской консерватории и ГМПИ имени Ипполитова-Иванова, эффектно появляющихся на сцене в драматических моментах действия. Солисты показали героев с психологической точностью, убедив публику и актерски, и вокально. Король Рене (Данил Князев) предстал суровым любящим отцом (на следующий день артист также блестяще перевоплотился в Малюту Скуратова в «Царской невесте» в «Новой опере»); Аркадий Чайкин с легкостью и куражом спел на радость меломанам знаменитую арию Роберта, посвященную прекрасной Матильде; Андрей Булгаков показал «заморского» врача Эбн-Хакиа несколько хитроватым, но не лишенным сочувствия героине; Игорь Онищенко передал романтическую пылкость и благородство рыцаря Водемона, наделив его партию восторженными, жизнеутверждающими интонациями, достигшими своего апогея в финальном ариозо «Чудный дар». Сопрано Валерия Терейковская, успешно дебютировавшая с партией Иоланты в Демьянове, вновь держала внимание на себе от начала до самого конца – за судьбой ее героини, как в самой доброй сказке, хотелось неотрывно следить и пожелать ей долгожданного счастья. Которое, собственно, и случилось в финале, где солисты, хор, оркестр и маэстро Башмет прославляли свет как источник жизни и, конечно же, любовь.
