События
Юрию Симонову – 85! Мастер в прекрасной артистической форме и, как всегда в этот день, встанет за пульт Академического симфонического оркестра Московской филармонии, которым руководит почти три десятилетия. В отличие от прошлого юбилея, оба отделения концерта он проведет сам – ученики не выйдут на сцену КЗЧ. Как ни парадоксально, это подарок и свидетельство того, что многолетние усилия Юрия Ивановича не напрасны. Ему удалось создать школу. За прошедшие пять лет лучшие из тех, кто выпустился у него в Санкт-Петербургской консерватории, в Музыкально-педагогическом институте имени М.М. Ипполитова-Иванова, кто посещал его мастер-классы и был ассистентом в АСО МГАФ, оказались заняты уже в своих коллективах – от Кисловодска и Тулы до Владивостока и Челябинска, от Липецка до Иркутска, от Новосибирска до Санкт-Петербурга и Москвы. Удивительный феномен! Симонов – это подтвердит каждый, кто хоть немного знаком с его принципами, – никогда не занимался карьерным продвижением своих учеников (первое, что они слышат от него: «Слово карьера должно исчезнуть из вашего лексикона»). Но востребованность молодых маэстро говорит о том, что Учитель передал им комплекс профессиональных и человеческих качеств, которые очень нужны в живой работе и способствуют созданию оркестровой и дирижерской культуры страны. Пусть об этом они расскажут сами. А мы желаем Юрию Ивановичу долгих творческих лет и ждем завершения главного труда его жизни – учебника по дирижерскому мастерству!
 |
Димитрис Ботинис, художественный руководитель и главный дирижер Новосибирского симфонического оркестра и АСО Санкт-Петербургской филармонии |
Важнейший период в моей жизни – работа в Московской филармонии. Он продлился двенадцать лет и имел фундаментальное значение в моем профессиональном становлении. Сложно себе представить лучшую «школу» для молодого дирижера, только что окончившего консерваторию, чем работа рядом с Юрием Ивановичем в АСО Московской филармонии. Все ее достоинства можно по-настоящему оценить только «выпустившись» и начав самостоятельную дирижерскую жизнь со своим оркестром. Период в Московской филармонии стал сильнейшей профессиональной и жизненной закалкой на будущее. Ассистентская работа дала возможность увидеть и понять устройство огромного симфонического организма. Работа рядом с Юрием Ивановичем развивала во мне стратегическое мышление и тактику, а также ковала мое отношение к профессии и верность собственным убеждениям и идеалам. Его преданность искусству, смелая работа над музыкальной тканью и постоянное стремление к развитию своего мастерства стали для меня камертоном. Пожалуй, именно все это и сформировало мою основную профессиональную позицию. Главная цель – стать мастером своего дела. Горжусь ею и знаю, что это – благодаря Юрию Ивановичу.
 |
Михаил Мясников, главный дирижер симфонического оркестра Липецкой филармонии |
Наша первая встреча произошла на родине Юрия Ивановича, в Саратове в 2017 году. Он приехал в Саратовскую государственную консерваторию имени Л.В. Собинова с мастер-классом для студенческого симфонического оркестра, которым я руководил. Я был молодым педагогом, дирижером, это был мой первый год работы. И в процессе общения с Юрием Ивановичем получилось так, что мы вместе прошлись по местам его детства. Юрий Иванович рассказал о своих родных, о своем пути, первых шагах в музыке. Я узнал его с другой стороны. Помимо высочайшего уровня профессионализма, я увидел его как человека, который многое преодолел, увидел, как закалялся его характер, его воля, как развивался его талант дирижера. И в тот момент для меня сразу стало понятным, что в моей жизни появился человек, с которого я хочу брать пример, у которого я хочу учиться. Я наблюдал за работой Юрия Ивановича с оркестром, старался понять методику репетиционного процесса, технику дирижирования. Видел, как легко и непринужденно Юрий Иванович добивался нужного результата от совсем молодого неопытного студенческого оркестра. Вспоминается сразу выражение, которое Юрий Иванович очень часто произносил нам, своим ученикам: «Хороший дирижер репетирует четыре дня. И плохой оркестр играет уже на среднем уровне после этих репетиций, посредственный оркестр играет хорошо, а хороший оркестр играет великолепно».
Хороший дирижер репетирует четыре дня. Плохой оркестр играет уже на среднем уровне после этих репетиций, посредственный оркестр играет хорошо, а хороший оркестр играет великолепно.
 |
Сергей Шебалин, художественный руководитель и главный дирижер Тихоокеанского симфонического оркестра |
Вспоминаю долгий и терпеливый разговор Учителя, который приоткрывал нам кухню оркестровой репетиции – вот уж где чистоплотность и требовательность к себе становятся необходимым слагаемым, чтобы затем быть во всеоружии и «на коне» с первой репетиции. За этим вниманием стояло и стоит нечто большее – ревность к искусству дирижирования, к самой профессии, которая не терпит конкуренции, тогда только и возможны результаты. А что для дирижера может быть результатом? Хороших солистов мы узнаем по звуку, тембру, туше. Очевидно, что и дирижеров отличает уровень звучания своего коллектива – так, что, закрыв глаза, мы узнаем Филадельфийский оркестр Юджина Орманди или Ленинградский заслуженный коллектив Евгения Мравинского. Звучание воспитанного Юрием Ивановичем АСО Московской филармонии отличает как раз то неповторимое обаяние Звуком. Очевидно, что подобная звуковая характеристика основана на чем-то большем, нежели техника звукоизвлечения, это уже мировоззрение в звуке, где музыка не торопится и не задыхается, но дышит, обнимает, колдует. Для меня это и есть традиция, идущая от Рахманинова, Голованова, в целом от русской исполнительской школы.
 |
Руслан Бекмаев, главный дирижер Иркутского областного музыкального театра имени Н.М. Загурского |
Один из важнейших этапов моего профессионального пути связан с учебой в классе Юрия Ивановича в Санкт-Петербургской консерватории. Тогда многое казалось просто учебным процессом – сложным, требовательным, временами изматывающим. Сегодня я понимаю: это была школа мировоззрения. Юрий Иванович был категорически против поверхностной эффектности. Если студент пытался «сыграть» на публику, он мягко, но твердо возвращал к сути: «Музыка не терпит показного». Он требовал внутренней логики, последовательности, честности перед авторским текстом. Любое изменение должно было быть обосновано. Иногда занятия превращались почти в философский разговор. Он мог сказать: «Почему вы ускоряете здесь? Потому что волнуетесь? Или потому, что так задумал композитор?» И этот вопрос был не только о темпе – он был о честности. Я помню один эпизод, который многое для меня определил. Я пришел на урок, будучи уверенным, что подготовился хорошо. Мы начали работать, и через несколько минут он остановил: «Вы выучили текст. Но вы его не прожили». Это было сказано спокойно, без упрека. Но я вышел из класса с чувством, что мне предстоит начать заново. И в тот момент я впервые понял разницу между технической готовностью и художественной зрелостью. Он часто повторял: «Музыка начинается с мысли». И постепенно я осознал, что дирижирование для него – не профессия в узком смысле, а форма служения или даже смысл жизни. Ответственность перед композитором, перед оркестром, перед традицией – это были не декларации, а его ежедневная позиция.
 |
Владислав Белоусов, главный дирижер Тульского филармонического симфонического оркестра |
Самое главное в жизни Учителя – это любовь к своему делу. Любовь к музыке и ко всему, что окружает профессию дирижера. По большому счету для него это и есть сама жизнь, первоначальная идея. В Библии «В начале было Слово», а для Юрия Ивановича «В начале была любовь к музыке». Юрий Иванович не устает повторять, что дирижер – это главный адвокат композитора и он должен постараться выполнить все, что композитор задумал. Но если в нотах авторский замысел отображен недостаточно ясно, дирижер просто обязан его дополнить или исправить. Взглянешь на партитуру маэстро, и сразу понимаешь, что он за человек – скрупулезный, методичный, тщательный. В нотах – каждая линеечка выверена. И в описании дирижерской техники он часто обращается к стандартам: «палочка идет на десять сантиметров в одну сторону и пятнадцать сантиметров в другую». Все это у него выверено по сантиметрам, миллиметрам, граммам. Точность для него важна. И это совершенно оправданно. Любое профессиональное дело, если в нем нет этих мелочей, перестает быть профессиональным. Особенно если ты преподаешь и пытаешься передать свои навыки, свои мысли разным людям. Тут одними чувствами и высокопарными словами не обойтись.
 |
Андрей Колясников, дирижер-ассистент Академического симфонического оркестра Московской филармонии |
Вспоминаю первую встречу с Юрием Ивановичем на Всероссийском мастер-курсе по дирижированию в 2018 году… К тому времени в Екатеринбурге я уже много дирижировал студенческими оркестрами, работал каждый день. В таком графике, в условиях естественных репетиционных задач, забываешь о дирижерском аппарате. Думаешь о том, что дирижируешь. А Юрий Иванович поставил задачу: обратить внимание на то, как дирижируешь – на движения рук и палочки, связь жестов, ауфтакты. И тут на меня свалилось столько задач, что я сперва в них просто утонул. Но в то же время Юрий Иванович высказал как будто противоречивую мысль: «Можно ничего особенного не делать, и будет “все хорошо”. Оркестр сыграет. И никто из публики твоих ошибок не заметит. Но если захочешь выйти на другой уровень, придется начинать все заново…» Можно сказать, что встреча с Юрием Ивановичем сделала мою дирижерскую жизнь легче и труднее одновременно. Легче стало взаимодействовать с оркестром, благодаря профессиональным навыкам и технике, которую я стараюсь от него воспринять. Но труднее стало замечать то, на что я раньше не обращал внимания, – корыстное, эгоистичное, легкомысленное отношение к нашей профессии. Ведь главный урок Юрия Ивановича как раз и состоит в том, что дирижерская подставка должна быть местом служения, а не возвышения, что дирижирование – это миссия.
Дирижерская подставка должна быть местом служения, а не возвышения.
 |
Николай Цинман, главный дирижер Академического симфонического оркестра Северо-Кавказской государственной филармонии имени В.И.Сафонова |
Однажды Юрий Иванович репетировал в Моисеевском классе филармонии. Это закрытое помещение, не очень приспособленное к оркестровой игре. И тогда он сказал: «Вот мы сейчас будем репетировать в классе с плохой акустикой, а ты посмотри, как я буду дирижировать – не слишком придираясь к оркестрантам, качеству их звучания, поскольку на сцене все равно прозвучит по-другому. Я буду больше объединять». И действительно, он объединял, успокаивал, и музыканты начинали лучше сливаться тембрами инструментов. Все это было очень поучительно. Поэтому Юрий Иванович говорит о том, что дирижер должен в первую очередь воспитывать себя. Ты репетируешь, вмешиваешься во что-то или помогаешь, добиваешься качества и так далее, но все время при этом должен следить за собой и не сводить все к претензиям оркестру. Он любит повторять: «У творческого человека нет амбиции казаться хорошим, он старается быть хорошим». Юрий Иванович часто говорит о том, что нужно иметь самодостаточность и спокойствие, устойчивость и порядок, упование на Бога, то есть на справедливость, когда идешь своим путем. Нужно быть к себе очень требовательным и не надеяться на быстрый результат, но знать, что ты делаешь что-то правильное. Не бегай, не суетись. Лучше всего это выражено в его словах: «Нужно наслаждаться жизнью, но правильно. Нравится книга? Сиди, читай. Нравится фильм? Смотри фильм. Не надо бегать, как собаки, с высунутыми языками. В музыке надо ходить, заботиться о своей душе».
 |
Игорь Манашеров, дирижер АСО Московской филармонии, главный приглашенный дирижер Тульского филармонического симфонического оркестра |
Я считаю себя воспитанником Юрия Ивановича. За годы общения он во многом сформировал мои взгляды на искусство, музыку, дирижирование. Меня всегда восхищает его искренний порыв помогать абсолютно незнакомым молодым музыкантам, которые выказывают свое желание заниматься дирижерским делом. Его летние мастер-курсы сначала в Венгрии, а затем в Москве объединили молодых дирижеров и явились для многих из них важной вехой в жизни и мощным стимулом для дальнейшего развития. Поэтому главным личным качеством Юрия Ивановича мне видится его щедрость. Причем щедрость в самых разных проявлениях. Он делится своими знаниями, переживаниями. В иных случаях просто помогает кому-то материально. Не каждый на это способен. У Юрия Ивановича есть к этому особое стремление. А другое очень важное качество, связанное с первым, – благодарность. Он благодарный человек и всегда помнит о тех, кто помог ему достичь того, чего он достиг. Это очень ценное качество, потому что многие считают достижения исключительно своими и очень быстро забывают о том, что кто-то и когда-то им помог. Юрий Иванович об этом не только не забывает, но и не стесняется говорить. Потому-то и считает своим долгом щедро помогать другим.
 |
Алексей Рубин, художественный руководитель и главный дирижер Государственного симфонического оркестра Челябинской области |
Это человек какой-то безграничной щедрости. По участию, количеству времени, которое он посвящает, по эмоциональной поддержке… Всегда можно позвонить, обсудить любой вопрос. Всегда чувствуешь, что он переживает за тебя. Это не совсем отношение педагога к ученику, скорее, отеческая забота. Кроме того, самая сильная сторона Юрия Ивановича как педагога – его невероятный профессионализм. Что бы ни происходило, когда ты видишь, как он дирижирует, что он делает с оркестром, никаких комментариев не нужно. Для тебя этот человек – безусловный авторитет. Я вообще не знаю педагога, который мог бы дать столько в смысле дирижерского мастерства. Сейчас я иду своим путем, но школа, которую я получил от Юрия Ивановича, всегда останется со мной. Благодаря ему я почувствовал, что значат возможности управления оркестром в процессе исполнения, возможности влиять на звук. Да не обидятся на меня замечательные педагоги других дирижерских кафедр в Москве и Санкт-Петербурге, но такого уровня педагогов нет. Да, наверное, не только в России. Я интересовался, кто и как преподает в Америке и Европе, – таких нет. Мне кажется, что в отношении профессионализма, подхода к мастерству и ремеслу я вытянул счастливый билет. И если у меня когда-нибудь будут студенты, я постараюсь передать им лучшее, что воспринял от Юрия Ивановича и его школы.
