Контркультура
Возвращение в полновесном концертном исполнении важных альбомов из своей дискографии – затея для рок-музыкантов не новая, но очарования своего не потерявшая. Публика, по большей части предпочитающая услышать композиции, проверенные временем, куда охотнее посетит концерт, зная, что ей предложат саундтрек к приятным воспоминаниям и песни, которым можно тихонько (и не очень) подпеть.
У Игоря Ивановича Сукачёва немало альбомов в подобном ключе, однако «Песни с окраины», отмечающие в этом году тридцатилетие, – явление особое. И этому есть множество объяснений – несмотря на то, что песни с пластинки сегодня звучат не часто.
В 1996 году русскоязычный рок пережил постперестроечный кризис и пребывал если не в фрустрации, то формы принимал вялотекущие. Герои «роко-попса» еще не заполонили стадионы, а ТВ и радиоэфиры были в полном распоряжении рок-н-ролльщиков 1980-х, обретших полную творческую свободу и динамично осваивающих систему клубов и корпоративы.
Новое звучание «тяжелой альтернативы», воплотившееся на время в движение «Учитесь плавать», выглядело свежо, но погоды в рок-мейнстриме сделать не могло – и вот тут-то (почти параллельно с новогодним ОРТ) отечественные рокеры вспомнили «о старых песнях о главном». Это не было ни прямым цитированием песен отечественных авторов, ни осознанной игрой на ностальгии. Скорее, родилась спонтанная концепция: однажды, поддавшись «синдрому русского нерасставания», музыканты принялись петь друг для друга русские песни былых времен. Уютная традиция стала основой для братского проекта Гарика Сукачёва (в то время распустившего «Бригаду С» и собравшего «Неприкасаемых») и лидера группы «Ва-Банкъ» Александра Ф. Скляра – «Боцман и Бродяга».
Собственно, формат подачи в режиме unplugged, в котором команда исполняет свои и чужие песни в акустическом «отключенном» режиме, на тот момент во всем мире уже почти изжил себя, сыграв в 1994-м заключительный аккорд пластинкой Nirvana – MTV Unplugged In New York. В России в это время все только начиналось, и первопроходцем здесь стал «Ва-Банкъ». Группа находилась в разгаре своего панк-периода, в том же 1994 году записала альбом «На кухне» – на конверте пластинки участники коллектива красовались в куртках-косухах, что подчеркивало причастность к основной музыкальной стилистике. Это был относительно тихий альбом, включавший кроме авторских акустических вещей два прочтения песен других авторов: «Досуги-буги» Петра Мамонова, «Ваня» Алеши Димитриевича. Там же прозвучали «До свиданья, друг мой, до свиданья» на стихи Сергея Есенина, академический инструментальный «Каприс» Эжена Бозза в исполнении гитариста-виртуоза Михаила Кассирова и народная «Ванинский порт». Важным номером на пластинке стала «Пьяная песня» – блестящая, в меру громкая рок-баллада, в исполнении которой поучаствовал и Гарик Сукачёв. Этот альбом, возможно, стал стартом для следующей работы в условно акустически-ностальгической стилистике – альбома «Боцман и Бродяга». На нем дуэт Скляр – Сукачёв при поддержке друзей-музыкантов представил авторские сочинения и песни, известные в исполнении Леонида Утесова, Алеши Димитриевича и Владимира Высоцкого.
Логично, что Гарик Сукачёв – признанный знаток музыкальной и стилистической эстетики минувших десятилетий – рано или поздно должен был выпустить пластинку в подобном жанре. Момент настал в 1996-м: альбом «Песни с окраины» стал первым полновесным сольным (при помощи друзей-музыкантов) обращением Сукачёва к отечественной и зарубежной песенной традиции. Обращением – гармоничным, оправданным, прочувствованным и искренним.
Несмотря на это, альбом был принят двояко. С одной стороны, «Песни с окраины», созданные в режиме тонкого баланса между рок-подачей и шансонной проникновенностью, привлекли к себе внимание аудитории, к року отношения не имеющей, с другой – вызвали странное ворчание отдельных коллег по жанру, обвинивших Гарика в увлечении «кабаком». Примечательно, что коллеги сами были не прочь попеть старые песни в рамках сайд-проектов и позже выпускали альбомы стилистически близкие. Не склонный в подобных случаях к излишней рефлексии в отношении критики, Сукачёв поначалу вроде обиделся, но, будучи человеком творчески прагматичным, понял, что находится на верном пути.
Альбом «Песни с окраины» появлялся в непростой, но интересный момент. На смену завершившей на том этапе свою историю и поставившей жирную точку альбомом «Реки» (1993) «Бригаде С» пришли «Неприкасаемые» – супергруппа, в состав которой входили музыканты ведущих московских команд («Черный Обелиск», CrossroadZ, «Моральный кодекс», «Браво» и «Лига блюза»), с места в карьер выпустившие два студийных и один концертный альбомы.
В арсенале Сукачёва уже были мощный сольник «Акция “Нонсенс”» (1991) и восемь актерских ролей в кино. В феврале 1996 года в МХТ имени А. П. Чехова состоялся его операторско-постановочный дебют в спектакле Михаила Ефремова «Злодейка, или Крик дельфина» по пьесе Ивана Охлобыстина. Не за горами были и дебют кинорежиссера Игоря Сукачёва с картиной «Кризис среднего возраста», которая до сих смотрится «с огоньком». Словом, учитывая серьезную творческую занятость Гарика Ивановича, с музыкой можно было бы и повременить. Этого не произошло. Зато появился альбом, который вместе с последовавшими за ним работами – «Песни чужие и несколько свои» (проект «Крупский со товарищи» лидера «Черного Обелиска» Анатолия Крупнова), а также пластинками «На кухне» и «Боцман и Бродяга» – составил настоящую тетралогию. В ней одинаково органично переплелись и отечественная рок-н-ролльная традиция, и ее условная этимологическая составляющая.
На «Песнях с окраины» упор в традицию стал приоритетным. Если раньше в подобном жанровом контексте в качестве главного инфлюэнсера Сукачёва звучало имя Тома Уэйтса, то теперь часть критиков, с некоторым опозданием открывшая для себя доверительную манеру Леонарда Коэна, принялась апеллировать и к имени выдающегося поющего канадского поэта. Впрочем, небезосновательно: две лучшие авторские песни с этого альбома, «10 000 километров» и «Но все это будет», вполне вписываются в концепцию Коэна.
Похоже, что именно «Песни с окраины» подарили новую жизнь и прекрасной Tombe la neige, известной в СССР в исполнении Адамо, которую, как рассказывал сам Гарик Иванович, впервые услышал на катке, где две старшие сестры, приподнимая в такт музыке, катали его, малыша, облаченного в валенки с калошами под крупным московским снегом. Нашлось здесь место и «Дроле», прозвучавшей в «Дороге» – одной из частей, снятой в 1995-м режиссером Владимиром Хотиненко для киноальманаха «Прибытие поезда», и старинному романсу «Помнишь ли ночь» и «Нет, не красоткам» на стихи Шарля Бодлера, использованной в «Злодейке, или Крик дельфина». И это, конечно, далеко не все смыслы, открывающиеся по прошествии трех десятков лет с момента выхода альбома.
«Песни с окраины» стали не просто этапом в творчестве Сукачёва, они в значительной степени определили очередные параллельные музыкальные векторы отечественного рока и четко обозначили сугубо московский поджанр, серьезного продолжения у представителей других российских рок-н-ролльных столиц – Петербурга и Екатеринбурга – так и не получившего.
Да, «Песни с окраины» – это настоящий городской «рок-шансон», возникший в то время, когда по всей стране грохотали автоматы братвы, а сам термин «шансон» оказался изрядно девальвирован. «Песни с окраины» оказались созвучны эпохе своего создания. Они одинаково органично звучали и на чопорной театральной сцене (о чем свидетельствует концертный альбом 1998 года «Концерт во МХАТ имени Чехова»), и в зале «Россия» (где команда презентовала пластинку в течение нескольких дней), и в эфирах радиостанций.
Возвращаясь же к творческим векторам, именно после «Песен с окраин» Сукачёв обрел статус этакого московского шансонье. Наряду с Владимиром Высоцким и Булатом Окуджавой, играющими на струнах души жителей и гостей столицы. Вне зависимости от того, в какие музыкальные плоскости в диапазоне от балканских ритмов до фронтовых песен, исполненных в содружестве с режиссером Петром Ефимовичем Тодоровским, забрал неутомимый музыкант.
На концерте в «Горбушке» – легендарном ДК имени С.П. Горбунова 14 марта, где Гарик совсем недавно выходил на сцену в рамках юбилейного концерта своего давнего друга Александра Ф. Скляра и его «Ва-Банка», Сукачев пообещал сыграть свои «Песни с окраины» и проигнорировать «Моя бабушка курит трубку» и другие концертные боевики, в процессе которых рушится сценический паркет, взлетают в воздух микрофоны и ломаются стойки. К концерту приурочен выход виниловой версии альбома «Песни с окраины» (ранее выпускался только на кассетах и CD). Формат правильный, соответствующий общему, почти камерному замыслу, но, несмотря на то что не склонный к сентиментальной ностальгии Гарик сыграет спокойную программу, это точно не значит, что он успокоился.
Александр Ф. Скляр: Я сумел доказать, что можно себя сделать самостоятельно
