Персона
Татарский оперный театр завершил 44-й Шаляпинский фестиваль премьерой оперы «Отелло» Верди в концертной, а точнее, полуконцертной версии. Эту невероятно сложную, а потому и нечасто исполняемую партитуру, тем не менее на сей раз можно назвать «оперой месяца»: вслед за Казанью в конце марта премьеру представят на Исторической сцене Большого театра, и, что интересно, в нескольких составах будут заняты те же исполнители главных партий: Ованнес Айвазян и Ахмед Агади в роли Отелло и Владислав Сулимский – Яго.
Вообще, это настоящее чудо, что Верди все-таки написал своего «Отелло». Ведь после «Аиды» (1870) он надолго замолчал и уже было попрощался с профессией, как вдруг композитор и поэт Арриго Бойто сделал Верди предложение, от которого тот не смог отказаться: «Отелло». В итоге они вместе (Бойто в роли либреттиста) создали не только «Отелло» (1886), но и еще одну шекспировскую оперу – «Фальстаф» (1892), завершившую творческий путь Верди.
Предпоследняя опера великого маэстро – мощное высказывание умудренного жизнью человека. О чем она? О добре и зле? Да, но не только. Изощренная интрига Яго, которую сегодняшним языком мы называли бы «подставой», становится триггером глубокой психологической драмы, в которую как в воронку затягиваются все персонажи: Отелло, Дездемона, Кассио, Эмилия… Итог известен: потерянные жизни, поломанные судьбы. Но почему все «повелись», послушали манипулятора, поддались ему? Вопрос, актуальный по сей день. Не так ли «ведутся» люди и сегодня, веря, например, мошенникам?
В Татарском оперном театре драма получилась душераздирающей, и это поразительно для полуконцертного исполнения: не всякая полноценная сценическая версия так захватывает. Режиссер Екатерина Аронова сделала ставку не на сценические эффекты (хотя есть и видеоарт, и небольшие декорации), а на актерскую игру. И тут главное – сильный состав, который действительно удалось собрать. Артисты работали буквально на разрыв аорты: Ахмед Агади в роли Отелло, Владислав Сулимский – Яго, Роман Широких – Кассио, Елена Гусева – Дездемона (это состав заключительного дня фестиваля). Дирижер-постановщик – опытный итальянский маэстро Марко Боэми (МБ). Именно с ним, а также исполнителями главных партий Ахмедом Агади (АА) и Владиславом Сулимским (ВС) Ольга Русанова (ОР) поговорила и о самой драме, и о ее главных героях.
ОР Вы дирижируете операми Верди долгие годы и, насколько мне известно, «Отелло» называете одной из своих самых любимых. Почему? Что в ней такого особенного, неповторимого, с вашей точки зрения?
МБ Иногда говорят, что лучшие оперы Верди – «Травиата», «Риголетто» и «Трубадур», но я всегда повторяю, что это не так, его главные произведения, на мой взгляд, – поздние «Дон Карлос», «Отелло» и «Фальстаф». В них большая глубина музыки, детальная проработка характеров… «Отелло» я считаю симфонической партитурой, что невероятно интересно для меня как дирижера. Ну и еще немаловажно, что в этой опере просто великолепная драматургия. Верди и Бойто сократили ряд начальных сцен шекспировской трагедии, зато укрупнили роль Яго: в частности, написали для него монолог – арию «Credo in un Dio crudel» («Верю в творца жестокого»), в которой герой, упиваясь чувством собственного превосходства над людьми, рассказывает о своей безжалостной природе. Изначально авторы даже хотели назвать оперу «Яго», поскольку задолго до Верди оперу «Отелло» создал Россини (1816). И все-таки от этой идеи отказались, сохранив шекспировское название.
Тем не менее именно Яго, на мой взгляд, здесь самый яркий и необычный герой. Если выбирать между ним и Отелло, то по степени психологической проработки образа, определяя в процентах, это 55 % против 45%. Что касается Дездемоны, то как персонаж она проигрывает мужскому дуэту, хотя у нее красивейшая вокальная партия, написанная для ангельского голоса, которым, безусловно, обладает Елена Гусева.
ОР Вы дебютировали в «Отелло» относительно недавно – в 2023 году, но эта партия, очевидно, сразу пришлась вам впору – и вокально, и актерски. Признаюсь, за вас даже страшно: кажется, вы играете на пределе возможностей. Это так?
АА Дело в том, что для теноров партия Отелло, как и Германа в «Пиковой даме», – одна из самых сложных. Мой герой почти все четыре акта находится на сцене, его в спектакле просто много, и вот ты все время поешь, поешь … Но трудность еще и в том, что это очень эмоциональная, нервная роль. На любовном дуэте первого акта мирное течение пьесы, по сути, заканчивается. Дальше Яго начинает плести свою интригу, и я уже не могу сохранять спокойствие, ведь он рассказывает, что Кассио такие вещи делает с моей Дездемоной! Конечно, постоянно находиться в таком взвинченном состоянии тяжело. А если учесть, что это концертное исполнение, то тяжело вдвойне: декораций толком нет, спрятаться негде, а публика – вот она, в двух метрах передо мной. Почти в любой другой опере есть возможность передохнуть, но только не здесь: психологическая дуэль идет до конца. Все как в жизни: если ты чувствуешь, что жена или муж тебе изменяет, то уже не можешь спокойно жить, это ужасный стресс.
Ревнивые люди любят побеждать, тут-то и кроется их слабость: перед любовью даже сильные оказываются беспомощными.
ОР Скажите, Ахмед, а для вас Отелло прежде всего ревнивец или все-таки нет?
АА Ну конечно, ревнивец: тот, кто безумно любит и боится эту любовь потерять. Но есть и еще кое-что: как я заметил, ревнивые люди любят побеждать, тут-то и кроется их слабость: перед любовью даже сильные оказываются беспомощными, начинают делать глупости.
ОР А лично вам ситуация знакома?
АА Да, в молодости я ревновал жену, а она у меня красивая: только отвернусь, как ей тут же начинали делать комплименты, недвусмысленно на нее поглядывать… Но теперь такого, конечно, уже нет: мы женаты тридцать лет…
ОР Владислав, в вашем послужном списке немало «злодейских» образов: Скарпиа в «Тоске», герцог де Монфор в «Сицилийской вечерне», Грязной в «Царской невесте», Ренато в «Бале-маскараде», Мазепа… Но все-таки Яго – особый случай, квинтэссенция злодейства, как бы само воплощенное зло. Эту роль вы примерили на себя давно, около десяти лет назад. Она для вас уникальная или одна из многих?
ВС В приведенной вами «портретной галерее» все же разные персонажи: Ренато, вообще, не злодей, а обиженный человек; оскорбленный, но любящий. Даже Скарпиа ничто человеческое не чуждо, он хотел секса, наслаждения, куража. Про Яго такого не скажешь, а уж о любви и вовсе нет речи. Впечатление такое, будто он кайфует от своей исключительности, от злого гения внутри. В опере, кстати, можно услышать такой звук – «динь» (у гобоя или кларнета): значит, в этот момент у него родилась очередная черная мысль. Потрясающая находка Верди.
Если представить себе портретную галерею моих оперных героев, то я бы повесил портрет Яго – большой-большой – на противоположную от входа стену, в правом углу.
ОР Станиславский говорил, что даже в злодее надо отыскать что-то хорошее. Можно ли здесь найти позитив?
ВС Вспомним, что все мы когда-то были детьми – добрыми, хорошими. Но не всех любили мамы и папы, и такие дети вырастали ожесточенными. Сначала отрывали лапки лягушкам, водичкой поливали муравейники. Дальше – больше. Мне кажется, у Яго была непростая судьба – просто так ведь негодяями не становятся. Найти в моем герое хорошее? Ну не знаю: душа-то у него черная, полагаю, как бы мы ни хотели обелить персонаж, ничего не получится.
ОР Но вот Марко Боэми сказал, что именно Яго – его любимый образ в этой опере.
ВС Ну конечно, ведь опера не случайно должна была называться его именем, но все же она называется «Отелло». И у Отелло, я считаю, невероятно сложно написана партия. Нужно быть недюжинным музыкантом и актером, чтобы эту роль сыграть и все при этом спеть, чтобы актерская сторона не возобладала над музыкальной. Нередко бывает, что люди заигрываются и не справляются с вокалом. Зато партия Яго – это настоящий шедевр, написанный многогранно, ярко, гармонично, в этом материале ты просто купаешься…
ОР Так какое же место роль Яго занимает в вашем портфолио? Вы так и не ответили на вопрос…
ВС Если представить себе реальную портретную галерею моих оперных героев, то я бы повесил портрет Яго – большой-большой – на противоположную от входа стену, в правом углу.
ОР То есть этот персонаж для вас – один из важнейших?
ВС Несомненно.
