События
В Бальном зале усадьбы Долгоруковых-Бобринских в исполнении бас-баритона, артиста хора musicAeterna Дмитрия Косова и пианиста Николая Курдюмова-Маркосяна прозвучал вокальный цикл Франца Шуберта «Прекрасная мельничиха». Дебютный концерт солиста преподнес сюрпризы слушателям.
Франц Шуберт создал более 600 сочинений для голоса. Среди них – вокальный цикл «Прекрасная мельничиха», где рассказывается история о несчастной любви Мельника. Каждое исполнение этого произведения – путешествие слушателей вместе с героем. Именно на такую прогулку нас пригласили Дмитрий Косов и Николай Курдюмов-Маркосян.
Бальный зал усадьбы – небольшой и уютный: его потолок украшают фрески и карнизы, бронзовые люстры на цепях приковывают внимание входящих. Парадный интерьер напоминает о традиции музыкальных салонов XIX века, на которых сочинения Шуберта исполнялись впервые. При этом приглушенное оранжево-красное освещение создает камерную, интимную обстановку и настраивает слушателя на личное общение с музыкой. На входе все посетители получили буклеты с текстом «Прекрасной мельничихи» на двух языках – немецком и русском (в переводе Дмитрия Косова). Певец стремился к дословной и точной передаче содержания оригинальных стихотворений Мюллера. Такой материал является большим подспорьем, и русскоязычные слушатели активно пользовались буклетами во время концерта.
Перед концертом возникали разные мысли. Несмотря на известность, этот вокальный цикл гораздо чаще звучит на концертных площадках Германии и Австрии, чем на российской сцене. Лаконичная афиша содержала основную информацию, но не оставляла намеков на ожидаемую интерпретацию. Также сложно было предугадать, как прозвучит голос вокалиста – обычно это произведение исполняется тенором или баритоном и требует значительной исполнительской оснащенности. Для первого опыта это весьма смелый выбор. Как же солист справится с поставленной задачей?
Концерт начался с небольшой фортепианной преамбулы. Николай Курдюмов-Маркосян исполнил Вальс-каприс ля минор Шуберта в обработке Ференца Листа. С первых же аккордов стали заметны акустические особенности Бального зала: гулкость помещения значительно сказывается на четкости артикуляции. У пианиста удачно прозвучали эффектные пассажи каденций, его стиль стремится к бравурности. Выдержанный метроритм создал образ музыкальной шкатулки, а лирические эпизоды вальса напомнили о бытовой бюргерской культуре.
После небольшой настройки на стиль эпохи наконец зазвучала вокальная музыка Шуберта. Исполнители решили сопроводить ее комментариями: Дмитрий давал краткие пояснения между песнями, став для слушателя навигатором по сочинению Шуберта. В основном это касалось особенностей драматургии: певец обратил внимание на роль образа ручья, появление Охотника, изменения в характере Мельника. При этом часто слова лишь намекали на грядущий сюжетный поворот, не раскрывая содержания напрямую. По всей видимости, концерт был рассчитан на достаточно широкую аудиторию, поэтому такие просветительские заметки разъясняли нюансы замысла сочинения, однако несколько нарушали целостное восприятие цикла.
В интерпретации Дмитрия и Николая Мельник предстает как меланхоличный романтический герой, который лишь во второй половине цикла приобретает напористость и энергичность. Первый номер, «В путь», был исполнен в неожиданно спокойном темпе и с непривычной мягкостью. Нежная трактовка образа Мельника, выраженная в тяготении к предельному piano и сдержанным темпам, продолжает прослеживаться всю первую половину цикла вплоть до № 11 «Моя!». После него герой словно обретает уверенность, выходы на плотное forte позволяют вокалисту в полной мере показать свой голос, особенно в низком и среднем регистре. Гнев в № 15 «Ревность и гордость» окончательно утвердил форсированными кульминациями прощание с изначальным характером. Дмитрий Косов артистично показывал все изменения, смены динамики и настроения проявлялись в мимике и жестах музыканта. № 19 «Мельник и ручей», построенный на диалоге, был театрально разыгран певцом: Дмитрий обаятельно передал разницу персонажей как голосом, так и внешне. Заметно, что для его голоса это предельный диапазон: высокий регистр бросал вызов возможностям исполнителя на протяжении всего цикла – возникали неточности интонирования в скачках и распевах, были заметны трудности в контроле динамической ровности. Возможно, на качестве исполнения сказалось концертное волнение. Партия фортепиано деликатно поддерживала певца и выступала надежной опорой, дуэт прозвучал весьма сбалансированно. В аккомпанементе прослушивалось тихое журчание ручья с редкими бурными всплесками. Сольные проигрыши пианиста давали роялю возможность «прокомментировать» пение, вступить в диалог с вокалом.
В заключение музыканты исполнили на бис песню Шуберта «К музыке», внезапно поменявшись ролями: Николай Курдюмов-Маркосян начал петь, а Дмитрий Косов – аккомпанировать на фортепиано. Несмотря на то, что эти амплуа несвойственны для обоих артистов, номер прозвучал весьма достойно и вызвал улыбки у слушателей.
К чему же пришел Мельник? Ансамбль Дмитрия и Николая показал путь героя от застенчивости влюбленного до отчаяния покинутого. Нестандартная интерпретация характера персонажа, маленькая музыкальная шалость на бис, первое знакомство с солистом — все это стало сюрпризами. Путешествие в Бальном зале Ельцин-центра подошло к концу, но хотелось бы встретиться с исполнителями и концертной площадкой не в последний раз.
