Релизы
Американская певица японского происхождения Mitski (Мицуки Фрэнсис Лэйкок) – явление неординарное в современной музыке. Ее отличает кристально чистый, прохладный вокал и широкий диапазон: от леденящего шепота до панковского выкрика. Особенность Mitski заключается в умении сочетать милую беззаботную картинку с мрачным разрушительным смыслом, и наоборот. Мягким голосом она поет о крахе, а за сладкой мелодией скрывает отчаяние. Каждая песня для нее – не интимная страница дневника, а тщательно проработанная маска, под которой исполнительница прячет свой мир от вторжения реальности.
Хотя Mitski чаще относят к инди-року, она не ограничивает себя одним жанром, умело оперируя элементами попа, фолка, кантри. Тяжелое звучание соседствует с камерностью и лиричностью, а смены в одной песне могут быть неожиданными и кратковременными. Композиции не назовешь долгоиграющими: в среднем они длятся около трех минут, но за это время перед слушателем разыгрывается целая сцена с завязкой и развязкой, где одна строчка способна передать стыд, самоиронию и злость одновременно.
Карьера Mitski началась в 2010‑х годах, когда, изучая композицию в Purchase College, певица выпустила два первых альбома. Позже артистка сотрудничала с лейблом Dead Oceans, на котором вышел ряд успешных сборников, в том числе восьмой Nothing’s About to Happen to Me.
«Замкнутая женщина в неопрятном доме», – так обозначила Mitski героиню альбома, осознанно выбирающую уединение в эпоху гиперсвязи. Она похожа на кошку, гуляющую сама по себе. Вероятно, поэтому животное украшает обложку, созданную художником Марком Буркхардтом. К грациозному созданию с разными глазами приближается опасность, вторгающаяся в личное пространство.
Желание спрятаться от внешнего мира прослеживается в текстах песен. Показательны слова из Where’s My Phone? – «I just want my mind to be a clear glass» («Я просто хочу, чтобы мой разум стал чистым, как стекло»). Стереть бы тревожные образы из памяти, но тогда можно полностью потерять связь с реальностью. Кстати, эта песня является самой драйвовой в альбоме, с мощным гитарно-ударным потоком и витиеватой вокальной линией. Остальные треки решены иначе.
Лаконичные мелодии упакованы в выровненную, отточенную звуковую оболочку без лишних наслоений. Даже если случается всплеск, он быстро затухает. Например, в треке In a Lake тихая музыка под аккомпанемент аккордеона и банджо ненадолго прерывается шумом большого города (здесь героиня хочет начать всё с нуля). А Instead of Here напоминает баллады 1970‑х: намечающееся звуковое разрастание у ударных сходит на нет и возвращается к первоначальной ровности.
Немного отстраненный, но притягательный вокал честно обнажает душу в пределах установленных рамок. Здесь воплощена склонность Mitski к игре полярностями. Пока не вчитаешься в смысл строк, саунд воспринимается как приятное путешествие между оттенками разных жанров. Например, I’ll Change for You выдержана в стиле лаунж-босановы. Томная «карамельная» композиция с изящной аранжировкой, на фоне которой происходит личная драма: героиня готова измениться ради того, чтобы снова понравиться. Но неизвестно, будет ли оценена эта жертвенность.
В итоге альбом предстал как мастерское исследование одиночества. Он для тех, кто хоть раз хотел абстрагироваться от всего и закрыться в своем пространстве. Если вас это желание посетит, вы знаете, что включать.
