События
Для прошедших в начале мая гастролей в Большом зале Санкт-Петербургской филармонии была выбрана классическая программа с любимыми публикой Чайковским, Рахманиновым и Прокофьевым. Вечер открылся полонезом из оперы «Евгений Онегин», прозвучавшим как «приглашение к балу». Чистые духовые, густой и насыщенный тембр виолончелей, грамотно выстроенная динамика и рельефные переклички между группами сразу дали понять, что на сцене оркестр высокого класса. Сам «бал» был представлен уже во втором отделении, а сразу после Чайковского последовал Второй концерт Рахманинова. Даже в этой популярной и постоянно исполняемой вещи челябинцам удалось найти особые краски. Пианист Борис Березовский вел свою партию ровно, почти что «на автопилоте» пролетая в стремительных пассажах, замирая, как положено, в лирических излияниях и чеканно артикулируя имитирующие колокола аккорды. Оркестр же сплетал вокруг солиста прекрасные узоры, расцвечивая тембровое богатство рахманиновской партитуры. Поющие виолончели и распевный призыв у валторны в первой части, возвышенный хорал у струнных и меланхоличный английский рожок во второй, ликующее звучание всего оркестра в третьей – все хрестоматийные темы звучали ясно, каждый раз как бы рождаясь по-новому.
Второе отделение было полностью посвящено музыке Сергея Прокофьева, с которым у челябинцев сложились особые отношения. Композитор был в городе лишь однажды, в 1935 году, однако сам дух его музыки, где преобразовательная энергия и сила идут рядом с сияющей красотой, попал в резонанс с настроением индустриального города, находящегося среди богатых самоцветами Уральских гор. Музыка из прокофьевской «Золушки» на концертной эстраде звучит обычно в виде составленных автором сюит. Алексей Рубин решил сделать собственный дайджест балета, показав и «времена года» (танцы соответствующих сезонам фей), и картину пышного бала с поспешным бегством героини. Не обошлось и без иронии: в номере, изображающем угощение гостей, звучит автоцитата из «Любви к трем апельсинам», намекающая на то, что среди подаваемых фруктов были и знакомые цитрусы. Дирижер немного приглушил пробивающийся в музыке «Золушки» пафос, зато вытащил наружу потрясающее тембровое богатство партитуры, не уступающей в отдельных моментах утонченному Равелю. Лаконичными и точными жестами обозначались все вступления, угасания и нарастания. Алексей Рубин словно регулировал идущие от музыкантов токи, направляя их в нужное русло. В этом было присущее оркестрам высокого класса чувство меры и стиля, сочетающееся с витальной энергией молодости, ведь оркестр Челябинской области юн не только по истории возникновения (в 2019 году), но и по составу музыкантов, большинство из которых недавно окончили разные российские консерватории. Атмосфера радости совместного творчества царила на протяжении всего концерта, ее не омрачил даже сыгранный после финального номера «Золушки» на бис знаменитый «Танец рыцарей», в наступательном движении которого тупая агрессия показывала свою исчерпанность и невозможность противостоять силам света и добра.
