События
«Ковыряй свою плоть», «Мама, я не думал, что ты такая», «Ваше тело… видно, что с вами все в порядке, но не совсем»: перлы участников VII Международного конкурса молодых оперных режиссеров запомнятся не меньше, чем смелые сценические концепции. Председатель жюри – художественный руководитель «Геликона» Илья Ильин даже поручил пресс-службе опубликовать подборку самых ярких цитат в соцсетях театра.
Ко второму туру в конкурсе остались восемь участников из двенадцати. Им предстояло поставить сцену с вокальным дуэтом – в формате открытой репетиции всего за десять минут. Собственно, к этому отсылает название «Нано-опера»: зрители наблюдают сверхкороткий постановочный процесс.
Первым на сцену Белоколонного зала княгини Шаховской вышел итальянец Филиппо Ротондо. Если в первом туре ему приходилось изъясняться с артистами на английском, в этот раз режиссеру разрешили говорить на родном языке с переводом. И было заметно, что, убрав барьер, он почувствовал себя более раскрепощенным: Ротондо заставил Фигаро и Сюзанну из оперы Моцарта… собирать «постель из “Икеи”». Задача для бывшего цирюльника явно оказалась непростая, несмотря на инструкцию. Но, как метко заметила ведущая Ксения Лисанская, артисты «Геликон-оперы» такие опытные, что готовы «с полуслова выполнять любые акробатические трюки». Что и доказали певцы Михаил Никаноров и Александра Соколова, добавив в финал эффектную импровизацию.
Соколова, звезда нынешнего конкурса, вернулась на сцену совсем скоро – на выступлении следующего участника Хэ Венсуань. В сцене из «Дон Жуана» конкурсант из Китая попросил солиста Елисея Лаптева показать два характера заглавного героя – маску перед Церлиной и свое истинное лицо. Получилось даже слишком откровенно: моцартовский соблазнитель попеременно доставал из карманов то шоколадку, то… то пакетик, явно напоминающий средство контрацепции. Один из судей – Георгий Исаакян, художественный руководитель ДТМ имени Сац, тихо пошутил, что будто смотрит фильм 18+.
«Взрослые» разговоры на сцене продолжил Сергей Михайлов: «Тонио – человек с некой половой дисфункцией, – инструктировал режиссер солиста Михаила Никанорова. – Жизнь отняла у него возможности, но не отняла желание». В результате дуэт Тонио и Недды из «Паяцев» Леонкавалло превратился в пантомиму с кромсанием женского платья ножницами. Зрители заволновались, что до вокала опять не дойдет, – в первом туре Михайлов запомнился постановкой песни Варлаама в корчме из оперы «Борис Годунов», когда семь минут из десяти потратил на работу с мимансом. Он предложил, надо отдать ему должное, очень зрелищную сцену, но фактически не оставил времени на арию. В этот раз случилось почти то же самое – Михаил Никаноров и Ольга Толкмит успели спеть буквально несколько тактов. Но «Нано-опера» на то и состязание постановщиков, а не вокалистов: оценивается сама работа с артистами, и она же – главное шоу.
Тему легкой эротики на академических подмостках продолжила Ася Желвакова, выбрав дуэт из «Князя Игоря». На словах «скоро ты будешь моей» Владимир (Даниил Гаркунов) копьем прижимает к себе Кончаковну (Александра Ковалевич). «Это то, чего она хочет от мужчины», – объяснила участница суть сцены. К этому моменту зал уже порядком разогрелся: звучал шепот, это конкурс режиссеров или курсы пикапа?
Так что когда на сцену вышел Илья Андрияхин в компании Елисея Лаптева и Сергея Абабкина в костюме сотрудника ДПС, все засмеялись, предположив, что это продолжение «ролевых игр». Но оказалось – дуэт Хозе и Эскамильо. Последнего в итоге задержали. «Сегодня мы получаем удовольствие и хулиганим», – объявил Андрияхин. Только у члена жюри из ЮАР – худрука Оперы Кейптауна Магдалены Миннаар возник резонный вопрос: «А что происходит с Эскамильо дальше?» «Его спасает Кармен», – отшутился режиссер. А на пристрастный допрос худрука оперы Музтеатра имени Станиславского Александра Тителя пояснил, что дальше героя ждет протокол.
Самый младший участник конкурса – 21-летний Владимир Шилькрот сразу скомандовал: «Начнем от фа-диез мажора», тем самым напомнив, что является в первую очередь композитором, лауреатом престижного конкурса «Партитура» 2023 года. Жюри это, очевидно, оценило, потому что еще накануне напутствовало участников – больше внимания уделять музыке и либретто, а не тому, как эпатировать публику.
Шилькрот пояснил, что в сцене дуэта Самозванца и Марины Мнишек из оперы «Борис Годунов» Мусоргского он усугубляет физические и моральные пороки Григория Отрепьева: Марина его боится. В исполнении Григория Соловьева и Юлии Никаноровой вышло убедительно: в финале зал будто вздрогнул от отвращения… и разразился овациями.
Светлана Высоцкая предложила сцену из «Аиды» Верди, в ходе которой артистки миманса получили новые прически – на фоне драматичного соперничества облеченной властью Амнерис и рабыни Аиды. Тут хочется сделать отступление и отдельно отметить, что еще первый тур, в котором участники ставили сольные арии, позволил зрителям в полной мере оценить блестящее мастерство артистов миманса из труппы «Геликона». Их роль обычно не так заметна во время спектаклей, где блистают вокалисты, но в камерной обстановке конкурса раскрывается во всей красе: чего стоит танец «потерявшего моральный облик монаха» Мисаила в корчме или кульбиты Садко в ластах!
Завершил тур Дмитрий Злобин, которому по итогам выступления хотелось немедленно дать специальный приз за актерское мастерство: так экспрессивно действующий солист Хабаровского музыкального театра объяснял мотивы поведения персонажей. Он буквально проживал чувства и эмоции Азучены и Манрико из «Трубадура», выражая их в репликах, которые члены жюри расхватали на цитаты: «Держите маму!», «Отстань, Ди Лунец», «Срывайте одеяло: вы не хотите одеяло от Ди Лунцов» (напомним, что по сюжету оперы Верди приемный сын Азучены Манрико – сын ненавистного ей графа Ди Луны). Помогали воплотить замысел постановщика Шота Чибиров и народная артистка России Лариса Костюк. Правда, даже такие первоклассные солисты, видимо, не спасли режиссуру – по итогам второго тура Злобин выбыл из состязания, хотя был в тройке фаворитов раунда у критиков и журналистов из медиажюри конкурса. Но профессионалы решили иначе. В финал также не прошли Хэ Вэнсюань и Ася Желвакова.
«Каждому человеку дается свой мешок глупостей, который вы здесь можете израсходовать», – поделилась член высокого жюри Ирина Лычагина, главный режиссер и худрук оперной труппы Красноярского театра оперы и балета. И посоветовала молодым режиссерам не подменять ходы, которые заложены в либретто, своими смелыми идеями.
«Мы наблюдали работу над дуэтами, в которых понятно, что кого беспокоит», – пошутил Павел Сорокин, главный режиссер Ростовского музыкального театра и лауреат «Нано-Оперы» 2013-го и 2015-го годов. А затем свой совет первого дня «быть посмелее»… забрал назад.
