Персона
ЕК Юлия, как начиналось ваше сотрудничество с филармонией?
ЮК С абонемента «Музыка революции: два цвета времени», к столетию событий 1917 года. Мне показалось интересным сделать цикл концертов, иллюстрирующих музыкальную рефлексию на те драматические события, сопроводив каждый из них преамбулой, раскрывающей социоисторический контекст. И принесла концепцию этого проекта в филармонию. А к восьмидесятилетию Седьмой симфонии Дмитрия Шостаковича я предложила «полифонический» проект, включавший выставку со множеством интереснейших артефактов и ранее неизвестных материалов, всероссийскую научную конференцию и, конечно, мемориальное исполнение Седьмой симфонии 9 августа 2022 года – в день восьмидесятилетия премьеры в Ленинградской филармонии. Вопреки стереотипу, имеющему место в сугубо музыковедческой среде, история создания Седьмой симфонии, контекст ее «бытования», восприятия современниками и даже график исполнений в нашей стране и за рубежом в годы Второй мировой войны имеют множество лакун. Мне удалось выявить документы – от писем Д.Д.Шостаковича из Куйбышева родным в блокадный Ленинград до материалов архива МИДа, которые весьма существенно дополняют, а иногда и открывают совершенно новые страницы биографии композитора.
ЕК И все это нашло отражение в вашей книге «Седьмая симфония. Партитура памяти»?
ЮК Да, стало очевидно, что все эти факты, как говорится, просятся на бумагу. Но для меня было принципиально обо всем этом рассказать именно на фоне общественно-политических событий, «вплести» в контекст повседневности (эти сюжеты тоже далеко не полностью изучены), иначе историческая ретроспектива была бы неполной. И Санкт-Петербургская филармония выпустила эту книгу: первое издание вышло в 2024 году и разошлось практически мгновенно, второе – менее года спустя.
Вот так все и сложилось. Хотя, когда директор филармонии Илья Черкасов пригласил меня на должность своего заместителя, я удивилась и даже несколько напряглась. Но был кураж, и я рискнула.
ЕК У вас недавно прошла выставка, показывающая историю Петербургской филармонии в необычном ракурсе. Я имею ввиду экспозицию «Государственное звучание. К 120-летию начала работы Госсовета в Дворянском собрании», где рассказывается, как здесь функционировал в 1906-1908 годах Государственный совет Российской империи.
ЮК Прежде всего напомню, что филармония с момента своего появления в 1921 году размещается в великолепном здании, спроектированном Карлом Росси для Петербургского дворянского собрания. И именно здесь до революции нередко выступал Придворный оркестр, созданный императором Александром III. Этот оркестр – старейший в нашей стране, получил в 1917 году статус государственного и стал оркестром Петроградской филармонии. Он же вскоре получил и звание Заслуженного коллектива Республики. Так что, как ни покажется удивительным, сохранилась отчетливая преемственность с дореволюционным временем. Музыка и политика очень переплетены. И на выставке «Государственное звучание» – которая была сделана не только на наших материалах, но и с привлечением документов федеральных и городских архивов, музейных экспонатов, часть которых экспонировалась впервые, – мы показали и этот ракурс. Не менее значимой частью проекта стал концерт в Большом зале, состоявший из произведений, звучавших здесь в период, когда в этих стенах работал Государственный совет. Причем исполнены они были именно тем оркестром, который выступал здесь 120 лет назад, – Заслуженным коллективом России, бывшим Придворным оркестром. Выставочная деятельность – это естественное продолжение, а не дополнение к концертам.
ЕК В Музыкальной библиотеке филармонии хранится фонд Придворного оркестра. Расскажите о нем подробнее.
ЮК Это не только великолепное нотное собрание, включающее множество раритетов, но и предметный фонд и фонд графики и многое другое. Ведь до 1928 года в буквальном смысле под эгидой филармонии существовал изумительный историко-музыкальный музей – первый в нашей стране, основанный до революции как музей при оркестре. Увы, потом его коллекции были разделены и попали в самые разные хранилища. А часть все же сохранилась в наших стенах.
Что касается библиотеки Придворного оркестра, то ее основа была сформирована в эпоху Александра III – например, принадлежавший императору подносной экземпляр оперы «Князь Игорь». Партитуры сочинений Люлли, французские гравюры XVII века, привезенные, очевидно, Петром I из своего первого посольства, единственный в России экземпляр первого издания Девятой симфонии Бетховена, автографы русских, советских и зарубежных композиторов, исторические документы – от истории Павловского музыкального вокзала до истории создания госпиталя для низших чинов русской армии в 1914 году. Есть и материалы, которые попали в эту библиотеку после революции, – национализированные коллекции Голицыных, Шереметьевых и так далее. И, конечно, богатейшая коллекция советского времени, включающая материалы повседневности периода Великой Отечественной войны, как блокадные, так и связанные с эвакуацией. Все это требует не только бережного хранения, но и изучения – отнюдь не только сугубо музыковедческого.
Был кураж, и я рискнула.
ЕК Сколько же концептуальных проектов можно создать, имея такие ценности?!
ЮК Кстати, когда музеи поняли, что в филармонии есть раритеты, которые можно экспонировать, то к нам тоже стали обращаться с предложениями. Например, Новгородский музей-заповедник, один из старейших федеральных музеев России – там идет серия выставок, посвященная композиторам новгородского происхождения, то есть Рахманинову, Лядову, Аренскому. У нас просят первые нотные издания, автографы, какие-то материалы, связанные с биографией композиторов, которых просто больше нигде не найдешь. И мы с удовольствием становимся партнерами таких проектов – это ведь и популяризация собрания. Причем обязательно, помимо сугубо выставочной, есть и музыкальная составляющая – концерты, сольные или камерные. Так было и с проектом «В Выборг концертировать», посвященным Глазунову и Сибелиусу, который мы делали с Выборгским музеем-заповедником. Не могу не вспомнить и проект «Александр III и Чайковский. Царь и композитор» в музее-заповеднике «Гатчина», куда на выставку мы предоставили уникальные материалы, в том числе с автографом П.И.Чайковского. Знаковым стал концерт музыкантов Заслуженного коллектива в Гатчинском дворце – таким образом, созданный императором Александром III оркестр сыграл именно те произведения, которые здесь звучали в его исполнении 135 лет назад.
ЕК Прошлым летом прошла выставка Александра Траугота «Время Шостаковича». Как она создавалась?
ЮК Трауготы – это семья ленинградских/петербургских художников: сыновья Александр и Валерий, отец Георгий Траугот и мать Вера Янова, которая не так известна, но не менее талантлива.
Вся их жизнь связана с Петербургом и Ленинградом. И когда исполнялось пятьдесят лет с момента присвоения филармонии имени Шостаковича (после смерти композитора), мы думали, как бы эту дату отметить. И, во многом благодаря Микаэлу Давтяну, куратору из Русского музея, специализирующемуся на творчестве семьи Трауготов, собрали монографическую выставку, состоящую из разнообразных по интонации работ, связанных с Шостаковичем. И мы очень благодарны Александру Георгиевичу за щедрый дар – он подарил филармонии шесть картин из числа экспонировавшихся на выставке, причем предоставив нам право сделать выбор самим.
ЕК А планируется ли отметить чем-то особенным 120-летие Дмитрия Шостаковича в филармонии?
ЮК Безусловно. Экспозиция будет выдержана в лирико-драматическом ключе и получит название «Филармония Шостаковича. Гений места». Соответственно, в выставке сойдутся два пласта. Роль филармонии в биографии Шостаковича, и наоборот – роль Шостаковича в биографии филармонии. Уже сейчас, хотя отбор материалов еще продолжается, могу сказать: мы покажем ранее не выставлявшиеся экспонаты, в том числе живопись из частных собраний.
ЕК Как еще вы вовлекаете зрителей в повседневную жизнь филармонии?
ЮК Мы практикуем экскурсии. Подчеркну, что у нас практически стопроцентная посещаемость. Группы небольшие, до двадцати человек, и это только усиливает эксклюзивность события. Проводить экскурсии можно только между репетициями и концертами, поскольку мы заходим в зал, рассказывая о его истории – как дореволюционной, так и советской, – о его интерьерах. Здесь же проходит «знакомство с органом» – рассказ о том, как орган появился в Большом зале филармонии (кстати, это произошло ровно 95 лет назад), и органный мини-концерт. И конечно, мы водим в бывшие «императорские комнаты», сохранившие, несмотря на революции и войны, интерьеры. Выставки также входят в экскурсионный маршрут.
ЕК Еще я вижу, что активно развивается лекционное направление. Это сейчас модная тема во многих залах.
ЮК Вы правы, но я предложила проводить лекции немного с другого ракурса, говорить не только о музыке или жизни филармонии, но в целом – о культурной жизни. Есть лекционные абонементы, связанные, например, с музыкой и живописью. Есть абонемент «Петербург в музыке», в амплитуде от Чайковского и Иоганна Штрауса и заканчивая, конечно, Шостаковичем и Свиридовым. Считаю, что о войне и о блокаде нужно не вспоминать по датам, а помнить всегда – изучать, смотреть и так далее. Поэтому мы сделали абонемент «Дыша одним дыханьем с Ленинградом», где говорим о реалиях блокадного времени. Ленинградская филармония работала, но Заслуженный коллектив во главе с Евгением Мравинским был в эвакуации в Новосибирске, а здесь выступал оркестр Радиокомитета под управлением Карла Элиасберга – единственный симфонический оркестр, который был в блокадном городе и работал всю войну, дав более двухсот концертов. Собственно, эти музыканты исполняли Седьмую симфонию Шостаковича в Ленинграде. И с послевоенного времени оркестр Радиокомитета вошел в штат филармонии – это Академический симфонический оркестр, которым ныне руководит Димитрис Ботинис.
Есть абонементы, связанные с великими музыкантами на филармонической сцене. Мы стремимся к комплексному просвещению. Я не могу сказать, что иду по непроторенной дороге – лекции проводятся и в музеях, и в театрах, – я просто не хочу двигаться по тривиальному пути. И так как есть контакты в разных сферах – в музейной, академической, в вузовской, то есть возможность приглашать оттуда лекторов. Лекции также пользуются большим спросом, и мы думаем о расширении пространства для их проведения. Сейчас это Музиторий, где всего пятьдесят мест.
ЕК А кто ходит на экскурсии и лекции? Какая целевая аудитория?
ЮК Люди разных возрастов и поколений, и это важно, поскольку моя задача – вовлечь в ауру филармонии не только постоянных посетителей концертов. Я бы сказала даже так: через внемузыкальную тематику привлечь к музыке молодежь.
ЕК В 2024 году Петербургская филармония и Московская консерватория подписали соглашение о сотрудничестве. В чем оно заключается?
ЮК Это тоже полифоническая история. Собственно, сотрудничество было ранее, теперь оно получило институциональный характер. Недавно состоялся мастер-класс главного дирижера филармонии Николая Алексеева со студенческим оркестром МГК, что дало новый импульс нашему взаимодействию. Молодежный камерный оркестр ЗКР выступит в Рахманиновском зале с продуманной программой из сочинений Шостаковича и Свиридова, которая, в свою очередь, протянет ниточку к выставке Траугота. Но мы не станем повторять то, что выставлялось в филармонии, а акцентируем внимание на Москве, на позднем Шостаковиче и расскажем про его окружение. Александру Георгиевичу исполнилось 95 лет, он с Шостаковичем был лично знаком – успел познакомиться через отца. И третий блок – это научная конференция. Только что закончился фестиваль «Барокко в белую ночь» в Малом зале филармонии, вот уже в третий раз состоявшийся в рамках нашего сотрудничества. Наши музыковеды прочли публичные лекции в МГК, в будущем учебном году ждем преподавателей консерватории в нашем лектории. Сейчас к нам приезжают стажироваться молодые специалисты-музыковеды Московской консерватории, куда в будущем сезоне, надеюсь, поедут стажироваться сотрудники филармонии.
ЕК Как бы вы сформулировали свою миссию или главную цель?
ЮК Ярко и достоверно рассказывать об истории Петербургской филармонии на фоне истории города и страны. Сами понимаете, задача непростая, я бы даже сказала, энциклопедическая. И очень увлекательная!
