5 сентября состоится открытие нового сезона Большого театра. В этот день на Исторической сцене будут представлены сразу две знаковые премьеры предыдущего сезона — балет Сергея Прокофьева «Золушка» в хореографии Вячеслава Лопатина и опера Джакомо Пуччини «Мадам Баттерфляй» в режиссёрской версии Ксении Шостакович. Оба спектакля стали ключевыми событиями юбилейного сезона: их показы продолжат празднование 250-летия Большого театра, которое продлится до конца года.
Музыкальный руководитель и дирижёр постановок — Валерий Гергиев.
«Золушка» Сергея Прокофьева стала своего рода «Спящей красавицей» XX века: как и в классическом балете Петра Чайковского, сказочность сюжета сочетается здесь с притчевой глубиной. Центральный вопрос спектакля состоит не столько в обретении влюблёнными счастья — важно, чтобы силы добра одержали верх над хаосом и тьмой. Оба балета пронизаны ощущением времени — его бега и неумолимости. Особенно выразителен в этом плане знаменитый эпизод «Часы»: в нём звучит грозная поступь судьбы, от которой не скрыться ни в самом пышном блеске бала, ни в самой безмятежной радости.
Балет «Золушка» — дебют Вячеслава Лопатина в качестве хореографа-постановщика. Двадцать лет назад он сам исполнял партию одного из друзей принца (в версии Юрия Посохова) и солировал в вальсе. Центральная идея нового спектакля — тема Времени, а её носитель на сцене — Фея, которая помогает героине не потерять себя. Хореограф уходит от привязки к конкретной стране или эпохе: по его словам, эта история могла бы случиться где угодно, потому что она про универсальные вещи — шанс, выбор и поддержку, без которой трудно выдержать испытания. Его Золушка не ждёт чуда: она деятельна, не падает духом, и сама принимает ключевые решения.
Опера «Мадам Баттерфляй» представлена в новой сценической версии, созданной под руководством Валерия Гергиева и режиссёра Ксении Шостакович. В этой постановке, подчёркивающей контраст между прагматизмом Пинкертона и всепроникающей одушевлённостью японской культуры, появились дополнительные образы — древние духи («оттокэ»), фигурки предков, которые Чио-Чио-сан приносит в свой новый дом. Через них раскрывается внутренний мир героини, в котором память и традиция продолжают жить даже тогда, когда рушится её внешний мир. В визуальном решении спектакля постановочная команда стремилась к воссозданию атмосферы Нагасаки начала XX века, но оставила и тонкие режиссёрские акценты.
У самой оперы непростая судьба: премьера в «Ла Скала» в 1904 году с треском провалилась, но уже через несколько месяцев переработанная версия имела успех в Брешии — и с тех пор «Мадам Баттерфляй» прочно держится в мировом репертуаре.
«Мадам Баттерфляй» стала для Джакомо Пуччини по-настоящему новым словом — он называл её любимой оперой и единственной, которую готов был слушать снова и снова. Композитор стремился уйти от плотной экспрессии позднего романтизма. Он восхищался гармониями и тонкой инструментовкой Дебюсси, поэтому в «Мадам Баттерфляй» родилась особая музыкальная краска: не просто эффектная стилизация, а тонкое, почти живописное звучание, открывшее новый период в истории музыкального театра.
Фото: Дамир Юсупов
