Алексей Шалашов: <br>Любая музыка – это искусство интерпретации Персона

Алексей Шалашов:
Любая музыка – это искусство интерпретации

К своему 100-летию Московская филармония готовится основательно и загодя: весь сезон спланирован под знаком этой даты, но также прихорашивается и здание на Триумфальной площади, где проходят основные концертные события

О том, какие подарки и сюрпризы ждут слушателей, как будет праздноваться день рождения 29 января, генеральный директор филармонии Алексей Алексеевич Шалашов (АШ) рассказал главному редактору журнала «Музыкальная жизнь» Евгении Кривицкой (ЕК).

ЕК Начнем с прозы. Концертный зал имени П. ИЧайковского по всему периметру в «лесах». Какие работы ведутся, и что увидят вскоре посетители филармонии?

АШ Ведется реставрация фасадов – впервые за всю историю здания. За десятилетия они пришли в аварийное состояние; мы провели исследования, получили экспертные заключения. Такая реставрация требует высококачественных специалистов, и мы благодарны Министерству культуры, нашедшему средства на проведение этих работ. Когда снимут леса, мы увидим фактически другое здание: исторически фасад отделан терразитовой штукатуркой, которая содержит блестящие кварцевые элементы – они создают особый эффект отражения света, и выглядеть это будет очень нарядно. На здании много горельефов, архитектурных форм – в последнее время большинство из них пришлось убрать, так как существовала опасность обрушения, а другие оказались скрыты под несколькими слоями краски. Здание как бы «погасло». Сейчас мы восстанавливаем все декоративные элементы, реставраторы вычищают каждую деталь. Надеемся, что работы завершатся в этом году.

ЕК То есть свой день рождения 29 января филармония встретит в обновленном виде?

АШ Мы очень рассчитываем на это.

ЕК За время вашего управления само здание КЗЧ преобразилось и обогатилось важными и нужными для артистов помещениями. Комплекс, связанный с Камерным залом, новые артистические. Вы неустанно заботитесь о комфорте артистов, публики…

АШ Это важно для любого зала и для любого руководителя зала, так как создает доброжелательную атмосферу и положительные ощущения не только во время, но до и после концерта. Тем более, что Зал Чайковского давно стал одним из мировых музыкальных центров. Он так воспринимается профессиональным мировым сообществом, менеджерами – как равный другим известным европейским залам. И все эти годы мы, следуя мировым стандартам, старались создавать комфортные условия, каждый год занимаемся техническим переоснащением зала. В КЗЧ регулируется влажность, поддерживается климат-­контроль, во всех зонах расположены датчики температуры. Это делается не только для комфорта слушателей, но и в интересах акустики.

ЕК Каким же образом это взаимосвязано?

АШ Влажность – один из решающих моментов в создании оптимальной акустики. Существуют верхние и нижние границы, внутри которых звук распространяется наиболее качественно, без потерь. С погодой мы ничего поделать не можем: бывают дни, когда даже в очень хороших залах звук начинает распространяться хуже, но приложить максимум усилий, чтобы сохранить максимальное качество, – можем.

Что касается реставрации внутренних пространств, то нам очень хотелось привезти в порядок зал. Те двадцать лет, что я работаю в филармонии, я забочусь об этом. В первый же год мы поменяли кресла, потом стали улучшать артистический комплекс, техническое оснащение залов вышло на принципиально новый уровень. Мы стараемся не отставать от современных требований.

Концертный зал имени П.И. Чайковского

ЕК К своему 100-летию филармония подходит, обретя еще один зал на юго-западе Москвы. Думаю, для вас не секрет, что немало скептиков говорило: «Зачем так далеко, кто туда будет ходить?» Но вы настойчиво и убежденно проводили в жизнь этот проект.

АШ Изначально идея принадлежала Министерству культуры – оно нам предложило это здание. Сроки были очень сжатые – меньше чем за год мы ввели в строй Филармонию-2. Мы сказали тогда, что сделаем акустический зал, и свое обещание выполнили. В то же время он универсальный, концертно-­театральный, а этого добиться было трудно вдвой­не.

Скептики говорили, зачем он нужен? Я в этом вижу эгоизм обитателей «внутрисадового кольца». Жители на окраине Москвы по-другому на это смотрят, они были счастливы, не могли поверить, что есть люди, принимающие такие решения, заботящиеся о том, чтобы серьезная академическая музыка, исполнители самого высокого уровня пришли к ним. Все крупные города на Западе имеют концертные залы не только в центре; постоянно гастролирующие коллективы и артисты знают, что когда вы едете в Токио, Нью-­Йорк или Лондон, то, как правило, играете один концерт в центральном зале, другой – в предместье. А для Москвы особенно важно, что коллектив может одну и ту же программу играть дважды.

Чтобы создать и поддерживать репутацию зала, необходим мощный ресурс, который есть именно у филармонии, ведь многие крупнейшие музыканты откликнулись на наш призыв, видя свою культурную миссию в том, чтобы искусство стало доступно большему числу слушателей. Им нравится публика в Филармонии-2 – она особая, может быть, менее избалованная, достаточно компетентная и тонкая, очень искренняя, доброжелательная, поэтому артисты охотно там выступают. Фактически там сформировался еще один культурный центр с равноценной по статусности афишей.

ЕК В юбилейный сезон всегда хочется ­чего-то особенного. С другой стороны – пандемия, сложно ­что-то далеко планировать. Какое решение вы приняли?

АШ Несмотря на все сложности нынешнего времени, на выходе получился очень интересный, богатый на идеи и артистические фигуры сезон. Мы постарались отразить все важнейшие традиции филармонии, продолжая и в ­чем-то переосмысляя их. Безусловно, это наши постоянные друзья и партнеры – ведущие симфонические оркестры, столичные и региональные. Безусловно, участие ведущих российских исполнителей и молодежи, которая в этом сезоне представлена еще шире: помимо обычных циклов «Молодые таланты» и «Звезды XXI века» мы анонсировали Фестиваль «Звезд XXI века». За последнее десятилетие Московская филармония вывела на сцену целые поколения блестящих молодых солистов, причем это были не просто разовые выступления, а постоянные ангажементы. Некоторые музыканты еще до своих лауреатских побед играли у нас с оркестром, что стало для них одним из решающих факторов успеха на конкурсах.

ЕК Современная музыка все чаще попадает в филармоническую афишу. На открытие сезона к вам приехал один из самых знаменитых европейских коллективов, исполняющих новые сочинения.

АШ Ensemble intercontemporain является символом современной музыки в мире, а она для Московской филармонии еще с довоенных времен была одним из приоритетных направлений. Если взять список премьер, он впечатляет: надо понимать, что в СССР никакой альтернативной концертной организации не существовало, и все знаковые премьеры осуществлялись при участии Московской филармонии. Сформирована серия концертов, представляющих незаслуженно забытые сочинения: например, симфонии Локшина, Тертеряна и многое другое. Мы назвали эту серию «Музыкальная Атлантида» и планируем в дальнейшем «поднимать» этот пласт, внедряя в постоянный репертуар. Видимо, должно было пройти время, чтобы ощутить потребность прикоснуться вновь к этой музыке, взглянуть на нее по-новому.

ЕК С точки зрения просветительской миссии – это здорово, а вот с позиции менеджерской – насколько такие концерты будут «продаваемые», захочет ли публика на них идти, учитывая потребность многих слушать узнаваемую музыку, искать знакомых авторов на афише? Какова ситуация сейчас?

АШ Любая музыка – это искусство интерпретации. Нужен артист, который поймет сочинение, замысел композитора и сумеет его «донести» до слушателей. Многое зависит от желания дирижеров и солистов обращаться к тем или иным современным опусам, мы никого не принуждаем, это встречное движение. Филармония – не только концертный зал, наша организация исторически призвана отражать максимально широкий спектр художественных явлений, откликаться и отражать новые веяния, замечать таланты. Так что дело не только в вопросе, соберет или не соберет зал. Мы не можем позволить себе так узко мыслить, нужно ощущать музыкальный процесс в едином комплексе задач. И ключевая фигура в нем, повторюсь, артист. Фестиваль «Другое пространство» именно с приходом Владимира Юровского обрел свое лицо, и исполнения той самой незнакомой современной музыки стали собирать полуторатысячный Зал Чайковского. А Юрий Башмет, Валерий Гергиев, которые постоянно играют новые партитуры, часто написанные в расчете на них, им посвященные, – разве мы думаем в таких случаях о финансовой выгоде?

ЕК Харизматичность личности никто не отменял…

АШ Тут дело в содержательном аспекте: если артист любит и понимает музыку, которую он играет, тогда и публика ее поймет, загорится идеей. В противном случае получится абракадабра, мы можем подумать, что это плохой композитор, а ­причина-то совсем в ином – в интерпретации. Так случается и с классической музыкой, но реже…

ЕК Кстати, о Владимире Юровском. Он покинул пост худрука Госоркестра, и многих волнует вопрос, будет ли продолжаться его участие в фестивалях «Другое пространство», «Истории с оркестром»?

АШ Все планы остаются в силе.

Филармония-2

ЕК Вы могли бы сформулировать миссию филармонии, как вы ее понимаете?

АШ Продолжать лучшие традиции, сохранять преемственность – в этом миссия филармонии. К­огда-то, после Первого Всесоюзного конкурса музыкантов-­исполнителей в штате появился Эмиль Гилельс, его победитель. Потом – Давид Ойстрах. Первый дирижерский конкурс инициировала сама филармония, и было открыто имя Евгения Мравинского. Все это были молодые люди. Видеть возможности, представлять широкий срез времени – это всегда было присуще деятельности филармонии. Речь идет, заметьте, не только о культурной, но и социальной составляющей. Посмотрите, сколько стоят абонементы: независимо от ранга исполнителя, право услышать Концерт Чайковского или любое иное произведение доступно человеку любого достатка. Такой задачи – равной доступности культурных ценностей – просто прокатчики или продюсеры зачастую не ставят, а мы целенаправленно проводим такую политику.

К традиции абонементов относятся по-разному, но для меня это один из главных показателей уровня культурной среды, количества тех людей, которые не просто случайно попадают на концерт, а осознанно хотят посетить конкретное событие, услышать сочинение или артиста.

ЕК Расскажите про день 29 января, собственно, 100-летие филармонии. Наверное, было множество вариантов решений?

АШ Пока не стану рассказывать подробности, но в этот день будет два концерта. Про первый могу сказать больше: задумана точная историческая реконструкция самого первого концерта филармонии, который состоялся днем 29 января 1922 года в Большом зале Московской консерватории. Как вы знаете, Зал имени Чайковского тогда еще просто не был построен. У нас есть историческая афиша, где все отражено: Девятая симфония Бетховена, хоры Танеева на стихи Полонского, Второй фортепианный концерт Рахманинова, «Поэма экстаза» Скрябина.

ЕК Мощно!

АШ Для того времени это обычная практика больших концертов. А вот вечерний концерт 29 января, наоборот, будет недлинным – череда поздравлений и музыка, символизирующая основные направления деятельности филармонии. За эти час двадцать минут мы даже не будем пытаться представить спектр исполнительских сил, это просто невозможно. Поэтому мы придумали в преддверии юбилея марафон, где выступят все наши основные партнеры – оркестры и солисты. Так что юбилейные торжества начнутся гораздо раньше 29 января.

ЕК Мы обсуждаем позитивные изменения и планы, но есть ли заботы, которые вас тревожат?

АШ История филармонии была драматичной. Например, в 1930–1931 годах филармония просто не существовала, ее ликвидировали, а потом заново открыли. За время вой­ны артисты филармонии дали более тысячи концертов: выезжали на фронт, выступали в Москве в перерывах между бомбардировками. Концерты не прекращались, хотя вой­на – это пострашнее пандемии. Но вы помните, что даже во время локдауна весной 2020 года мы не остановили свою деятельность и сразу перешли в формат онлайн-­концертов. Когда нам вообще запретили приходить в здание, мы транслировали записи, снабжая их актуальными комментариями. Мы вновь открыли двери концертного зала 7 августа прошлого года, и пришлось нелегко: чтобы выполнить свои обязательства перед абонементодержателями, пришлось проводить по два и даже по три повтора программы в один день. Или посмотрите на то, как сейчас прошел фестиваль Генделя: вот вам пример преданности публики – многие не сдали билеты, хотя он переносился дважды.

В уставе Императорского Русского Музыкального Общества задачи организации формулировались так: «Развитие музыкального образования и вкуса публики в России». У нас о вкусе говорят достаточно редко, а ведь это показатель уровня культуры. Почему в Россию всегда с трепетом ездили зарубежные музыканты? Потому что знали, что тут халтура не пройдет, что российская публика все понимает. И это надо беречь.

ЕК Можно ли сказать, что 100-летие филармонии и ваш личный праздник? Ведь это дело вашей жизни!

АШ Дело жизни – безусловно. Как и для музыкантов, которые выходят на нашу сцену, и для слушателей, которые приходят в наш зал, и для коллег, которые выстраивают этот мир. А праздник –когда для каждого это становится делом жизни.

Александр Колотурский: <br>Нужно создавать молодежные оркестры Персона

Александр Колотурский:
Нужно создавать молодежные оркестры

Кит Армстронг: <br>Музыка – это зеркало, отражающее взаимоотношения с людьми Персона

Кит Армстронг:
Музыка – это зеркало, отражающее взаимоотношения с людьми

Джованни Антонини: <br>Булеза мы не сыграем никогда Персона

Джованни Антонини:
Булеза мы не сыграем никогда

Среди наиболее долгожданных гостей Московской филармонии в нынешнем году – ансамбль Il Giardino Armonico (IGA) и его бессменный лидер, флейтист и дирижер Джованни Антонини.

Корнел Фекете-Ковач: <br>Творцам не нужно работать с оглядкой на жанровые рамки Персона

Корнел Фекете-Ковач:
Творцам не нужно работать с оглядкой на жанровые рамки

12 октября в Москве и 14 октября в Санкт-Петербурге пройдут концерты венгерского ансамбля Modern Art Orchestra