Андрей Айрапетов: <br>Вся жизнь Алексея Козлова – это большой урок Персона

Андрей Айрапетов:
Вся жизнь Алексея Козлова – это большой урок

В прокат выходит документальная картина режиссера Андрея Айрапетова «Джазист». Это первый биографический фильм о легендарном музыканте, лидере группы «Арсенал», охватывающий не только биографию Алексея Семеновича Козлова, но и самые важные этапы становления российской джазовой музыки. 

В интервью Алексею Певчеву (АП) режиссер Андрей Айрапетов (АА) раскрыл подробности работы над фильмом и рассказал о ситуации в отечественной музыкальной кинодокументалистике.

АП Андрей, до «Джазиста» вы сняли фильмы о группе «Браво», Артеме Троицком, независимом рекорд-­лейбле FeeLee, участвовали в создании фильма о «Машине времени». Почему вы решили обратиться к жизни музыканта, выбивающегося из этой стилистической линии?

АА В принципе, все эти работы, включая наш совместный с Александром Липницким (музыкант, один из создателей группы «Звуки Му», журналист, режиссер. – А. П.) фильм про «Машину времени», складываются в некий цикл, посвященный истории отечественной независимой музыки. Все началось с джаза, перешло в бит, а потом и в рок-музыку. И если не главными, то уж точно одними из самых ярких представителей этого движения были Алексей Козлов и его «Арсенал», Артемий Троицкий и его протеже (БГ, Майк, Саш Баш и другие), Андрей Макаревич, группа «Браво» и рекорд-­лейбл FeeLee. Мне показалось интересным показать через их жизнь и творчество этот феномен – джаз-рок-поп-электромузыка в СССР и в России.

Что касается именно Алексея Козлова, то, конечно, в детстве я слушал его пластинки. Танцевал брейк-данс под его альбом «Пульс». Было время, когда его пластинки занимали главные места на полках музыкальных магазинов. Идея сделать фильм про Козлова родилась у меня еще несколько лет назад, но тогда она не получила поддержки. Позже, когда вышел мой фильм «Критик», энтузиасты из Клуба Козлова вспомнили про ту идею и предложили претворить ее в жизнь. Так и получился «Джазист».

АП Почти все ваши фильмы сопровождает некий идентичный набор приемов: рисованные фигурки, вкрапления анимации, упоминания фрагментов эпохи. Если последняя составляющая очевидно почерпнута у легендарной программы «Намедни» Леонида Парфёнова, то откуда взялись рисунки, и станет ли это постоянной частью следующих фильмов?

АА Вы угадали! Вдохновлялся я именно парфёновским проектом. Мне показалось необходимым очерчивать в фильме исторический контекст некими дорожными знаками, которые помогают зрителю ориентироваться во времени и пространстве. Особенно необходимы они были в фильме про Козлова, так как человеку 85 лет, родился он при Сталине, стал музыкантом и получил известность при Хрущеве, экспериментировал с жанрами при Брежневе, Горбачеве и Ельцине и продолжает в том же духе до сих пор.

Иллюстрации возникли почти случайно – еще в «Критике» нужно было порой иллюстрировать события, от которых не осталось никаких графических следов. Так как я не умею хорошо рисовать, но неплохо складываю коллажи, то этот навык пригодился. Но еще были нужны фотографии рок-звезд. У каждого снимка есть автор. Найти его и очистить права не так просто, особенно если делаешь фильм за свой счет. Пришлось искать художника, который сможет это все нарисовать. К счастью, я вышел на иллюстратора радиопрограммы «Аэростат» БГ Марину Бартош. Она включилась в концепт, и с ней мы сделали уже три фильма. Конечно, хотелось бы и дальше использовать рисунки в работе, но, может быть, сделать анимацию чуть более изощренной.

АП Алексей Козлов – эпоха в отечественной музыке. Каким образом вы структурировали повествование о нем? Какими источниками пользовались, обозначая наиболее важные приоритеты в его творчестве?

АА Я сложил некую схему по десятилетиям и ее придерживался: 1930–1940-е и 1950-е годы – детство и юность героя; 1960-е – начало пути в джазе, 1970-е – приход к джаз-року, 1980-е –эксперименты с электроникой и брейк-­дансом, 1990-е – попытки синтеза симфонической и джазовой музыки, XXI век – возвращение к корням и собственный клуб.

Премьера документального фильма «Критик» в Ельцин Центре

АП Как вы выбирали рассказчиков для фильма? В­се-таки на протяжении творческой жизни Козлова их было и остается огромное количество.

АА Одних, к сожалению, уже нет в живых. Другие живут за рубежом. Фактически из участников событий в строю остались те, кто присутствует в фильме.

АП Вам приходилось снимать в сложный период, связанный с антиковидными ограничениями. Припомните ­какой-­нибудь съемочный эпизод, наиболее четко характеризующий рабочий процесс на этом этапе?

АА Удивительно, но этот фильм я сделал быстрее всех остальных – буквально за полгода, не смотря на пандемию. Так сложилось, что почти все согласились участвовать в проекте. Съемки проходили в основном в Клубе Козлова, и нам помогали с этим процессом и материалом, что, видимо, тоже сыграло существенную роль.

АП Алексей Козлов – классик не только отечественного джаза, но и отечественной музыки. Тем не менее творчество «Арсенала» все равно остается усладой сравнительно небольшого круга людей. О вашем герое написано немало, сам Алексей Семенович – автор нескольких книг. В чем необходимость фильма во времена, когда даже документальное кино востребовано в основном кругом эстетов? Для кого ваш фильм?

АА Не согласен, спрос на документальное кино сейчас высок как никогда. Чтобы в этом убедиться, стоит всего лишь включить Netflix: там каждый месяц выходит документальный фильм или сериал, про музыку и не только. Лучшие современные режиссеры игрового кино стали обращаться к документалистике – Скорсезе, Джармуш и другие. На просмотры моих фильмов в онлайн- и офлайн-­кинотеатрах тоже приходит достаточно людей. Кроме того, мне регулярно поступают сообщения от незнакомых, но благодарных зрителей моих фильмов. Они спрашивают, почему почти нет отечественных фильмов о музыке, и почему только я этим занимаюсь. Не знаю, что им отвечать. Ни аудиторию Netflix, ни этих людей никак не назовешь «узким кругом эстетов».

Что касается именно Козлова, то это поразительно, что до меня никому в голову не пришло снять фильм о нашем Майлсе Дэвисе. Пришлось ему самому про себя снимать фильмы, которые я использовал в своем проекте. Это, конечно, подтверждает отсутствие музыкального документального кино как класса в России. После фильма «Рок» Алексея Учителя 1987 года больше практически не выходило фильмов об отечественной музыке. Если бы не Александр Липницкий и его «Еловая субмарина», у нас до сих пор не было бы фильмов о главных российских рок-группах. Кстати, недавно мне звонили итальянские документалисты, просили помочь – они собираются делать фильм о советском роке. Конечно, итальянцы, кто же еще?..

Критик Артем Троицкий (слева), Евгений Хавтан (группа «Браво») и режиссер Андрей Айрапетов (справа)

АП Создание документального кино во многом напоминает написание литературной биографии. То есть режиссер, так же как автор книги, становится исследователем. Какие моменты в биографии и творчестве Алексея Козлова стали для вас настоящим открытием?

АА Вообще, вся жизнь Алексея Козлова – это большой урок, как творческому человеку в неблагоприятных условиях «железного занавеса» и последующих эксцессов сохранить связь с остальным миром, гнуть свою линию и при этом не потерять себя и вой­ти в историю.

АП В 1980-е многие с легкой иронией наблюдали за экспериментами уже взрослого Алексея Семеновича в области молодежного «брейк-­данса», но при просмотре фильма понимаешь, что для Козлова все это было абсолютно гармонично. Какой из музыкальных периодов Алексея Козлова вам лично кажется наиболее интересным?

АА У меня три любимых периода творчества Козлова: 1970-е – джаз-рок, начало 1980-х – арт-рок (особенно композиция «Тайна») и «электро-джаз» середины 1980-х.

АП Не сложилось ли у вас впечатление, что если бы Козлов на ­каких-то этапах повел бы себя иначе – получил высшее музыкальное образование, переехал бы за границу или, напротив, пошел бы на большее количество компромиссов, – его творческая жизнь пошла бы еще успешнее?

АА История не любит сослагательного наклонения. Все случилось как случилось. Российские музыканты редко становятся суперзвездами на Западе. Видимо, у Козлова другое жизненное задание –адаптировать и демонстрировать нашим слушателям все музыкальное богатство, накопленное по всему миру, за всю историю музыки. Не забывая при этом про свою собственную, ни на что не похожую музыку. На минуточку, этот человек первый заиграл фанк в этой стране. А из фанка выросла вся современная поп-музыка.

АП Ваша дипломная работа во ВГИКе была о режиссере Сергее Параджанове. С «Джазистом» вы вышли за привычные для вас рамки рок-эстетики. О ком бы вы хотели снять следующий фильм, и будет ли это человек из музыкальной среды?

АА Мне интересно продолжать свои музыкальные изыскания, этим никто особо не занимается. Но кроме музыки мне много всего нравится. На том же Netflix я с удовольствием смотрю документальные фильмы про философию, историю, искусство, кино, неформалов. Вот это темы, которыми я бы занялся.

Александр Колотурский: <br>Нужно создавать молодежные оркестры Персона

Александр Колотурский:
Нужно создавать молодежные оркестры

Кит Армстронг: <br>Музыка – это зеркало, отражающее взаимоотношения с людьми Персона

Кит Армстронг:
Музыка – это зеркало, отражающее взаимоотношения с людьми

Джованни Антонини: <br>Булеза мы не сыграем никогда Персона

Джованни Антонини:
Булеза мы не сыграем никогда

Среди наиболее долгожданных гостей Московской филармонии в нынешнем году – ансамбль Il Giardino Armonico (IGA) и его бессменный лидер, флейтист и дирижер Джованни Антонини.

Корнел Фекете-Ковач: <br>Творцам не нужно работать с оглядкой на жанровые рамки Персона

Корнел Фекете-Ковач:
Творцам не нужно работать с оглядкой на жанровые рамки

12 октября в Москве и 14 октября в Санкт-Петербурге пройдут концерты венгерского ансамбля Modern Art Orchestra