Асмик Григорян: <br>Сейчас самое время, чтобы петь и делать что-то достойное Персона

Асмик Григорян:
Сейчас самое время, чтобы петь и делать что-то достойное

29 января исполняется 70 лет со дня рождения Гегама Григоряна. Накануне юбилея в Мариинском театре под управлением Валерия Гергиева пройдет спектакль «Пиковая дама» П.И. Чайковского, посвященный памяти выдающегося тенора, ушедшего из жизни в 2016 году. В партии Лизы – дочь певца, сопрано Асмик Григорян, обладательница престижной премии International Opera Awards (2016, 2019), а также звания «Певица года», присуждаемого немецким журналом Opernwelt.

В интервью Вадиму Симонову (ВС) Асмик Григорян (АГ) поделилась воспоминаниями об отце, рассказала о том, что делала на карантине, и о своем отношении к профессии.

ВС Асмик, год назад в одном из интервью на вопрос, что бы вы хотели пожелать себе в новом году, вы ответили так: «Единственная мечта состоит в том, чтобы батарейка не села раньше времени, и у меня хватило сил на все: на семью, на работу, на себя». Подозреваю, что ваше пожелание отчасти исполнилось. Как и где проводили время на карантине?

АГ Я – из тех счастливых людей, которые не жалели о том, что все остановилось там, где остановилось. При этом я много работала – отпела в Зальцбурге и Мадриде. Конечно, много всего отменилось, но я использовала это время для каникул: уехала в Африку на 10 дней, потом взяла семью и пробыла там еще месяц. Перезарядила батарейки. Если уж появляется у человека возможность, то лучше потратить время на то, чтобы побыть с семьей и наконец заняться тем, что любишь и на что никогда не хватает времени в обычной жизни. Отсутствие работы не означает, что теперь надо экономить. Поэтому я решила увидеть мир и осуществить то, что не успею сделать после возобновления нормального рабочего режима.

ВС Как поддерживали вокальную форму?

АГ Поначалу по этому поводу паниковала. Пыталась что-то петь, а потом смирилась: будет что будет. Решила так: когда все нормализуется, нужно просто пораньше спохватиться и войти в форму. Или научиться заново – тому, чему мы, возможно, в свое время не научились. И продолжать работать. В общем, лучше без паники – а то не будет ни каникул, ни работы. Впрочем, какие-то упражнения я делала, дабы совсем не раскиснуть.

ВС В таком сложном для театральной жизни 2020-м вы дебютировали в Венской опере как Чио-Чио-сан в «Мадам Баттерфляй», исполнили партию Хризотемиды в «Электре» Штрауса на Зальцбургском фестивале, а в ноябре – декабре спели «Русалку» Дворжака в Мадриде. Насколько сильно отличались ограничительные меры в каждом из городов?

АГ Везде было по-разному. Все зависит не столько от ограничений, сколько от команды и обстановки. В Зальцбурге все продумано так, чтобы было удобно певцу. Там и не замечаешь, что есть какая-то «корона». В Вене карантинные меры ощущались уже больше, а в Мадриде – сильнее всего. Однако в Мадриде атмосфера была настолько семейная, что я влюбилась в город и в театр. Потому и соглашаешься, если можно так выразиться, играть в эту игру и соблюдать правила: просто очень хочется, чтобы все состоялось. С другой стороны, появляется ощущение усталости. Понятно, что законы и правила я менять не в силах, но могу контролировать свою роль в происходящем. В какой-то момент стало уже некомфортно работать в масках – либо нормально трудиться, либо тогда уж подождать.

ВС На лето 2021-го в Байройте запланирован «Летучий голландец» в постановке Дмитрия Чернякова с вашим участием (партия Сенты). Есть опасения, состоится ли?

АГ Раздражает, что до сих пор все под вопросом. Особенно это касается новых ролей: теряется очень много времени и сил, когда на 100 процентов не уверен, состоится ли событие. А это значит, что я уже чуть-чуть не доделываю. Появляется некоторая вялость, которую я, вообще-то, человек трудолюбивый, в себе ощущаю. Понятно, что всегда есть смысл выкладываться, но все равно это не то же самое, когда знаешь наверняка.

ВС 28 января вы выступаете в роли Лизы в «Пиковой даме» на сцене Мариинского театра. Вообще, «Пиковых» у вас в последнее время много: в конце 2019-го был Большой театр, в мае 2021-го грядет премьера в Парижской опере. Да и в Мариинке вы уже пели эту партию несколько лет назад. Сильно ли различаются эти Лизы, и насколько каждый из режиссеров влияет на ваше отношение к героине?

АГ Это влияние всегда ощутимо. И каждый раз очень сложно не переносить какое-то устоявшееся видение в новую постановку. Так же и в жизни: чем больше мы знаем, тем тяжелее нам каждый день воспринимать новые знания. В работе – накапливаешь опыт, но тем не менее уметь его стирать тоже необходимо.

ВС Часто ли не соглашаетесь с режиссерами?

АГ Всегда есть такое, но спектакль – это работа одной команды, и мы всегда приходим к какому-то общему знаменателю. Если у тебя с режиссером возникают разногласия по поводу всего, тогда не надо вообще вместе работать, иначе это нечестно. У меня не было таких ситуаций. Должно быть доверие друг к другу: певец должен верить режиссеру, а режиссер – певцу.

ВС Поговорим о вашем отце. От кого исходила инициатива сделать спектакль-посвящение Гегаму Григоряну?

АГ Речь об этом шла давно, но планы постоянно менялись. Валерий Абисалович каждый раз делает на юбилей папы что-нибудь. Я сразу сказала, что в этом году очень хочу участвовать. Поначалу думали сделать концерт.

ВС Вашим партнером в спектакле будет Нажмиддин Мавлянов – он исполнит партию Германа. Вам доводилось с ним петь?

АГ Нажмиддин – замечательный певец, но я никогда с ним не работала, хотя знаю о нем и очень жду этой встречи.

ВС Одна из коронных партий вашего отца – как раз Герман. Вы видели его вживую в этой роли? И что сейчас, по прошествии многих лет, вас больше всего впечатляет?

АГ Видела много раз и в разных постановках. Отец не принадлежал никакому времени – в этом и заключается сила настоящих людей искусства. Он и тогда был современным, был бы современным и сейчас. Тут дело не в том, как ты двигаешься, что поешь, а в энергетике. Европейские певцы до сих пор учатся по этим записям и удивляются всему: технике, подходу к музыке. И я, слушая папу, каждый раз нахожу там что-то новое. Есть вещи исторические – они всегда будут новыми и особенными. И папина «Пиковая дама» – одна из них.

ВС А какие еще его роли вы особенно цените?

АГ Я очень люблю папу в «Бале-маскараде». Если говорить про техническую сторону, то это – топ. Еще в «Богеме», в «Сельской чести». Вообще, я предпочитаю его в вердиевском и лирико-спинтовом репертуаре.

ВС Ваш отец – армянин, мама, Ирэна Милькявичюте, родом из Литвы. Оба стажировались в Ла Скала, где и познакомились. С какой вокальной школой вы себя соотносите?

АГ И мама, и папа учили меня одной и той же школе – я ее называю итальянской. Понятно, что во мне живут эти две страны – они как лед и пламень. А от темперамента в профессиональном плане многое зависит. Пока я росла, мне это, наверное, очень мешало. Но с возрастом стало понятно, что такой мощный контраст как раз и есть самая главная моя сила. Это те краски, которые отличают меня, позволяют быть особенной, в том числе и в профессии.

ВС Вы, можно сказать, театральный ребенок – много времени проводили вместе с родителями на гастролях. Как окружение повлияло на ваше певческое становление?

АГ Оно формировало вкус. А вкус в искусстве – один из самых важных критериев. Ему непросто научиться, но его можно развить. Все папино поколение – великие люди. Часто говорят: «Ты такая простая, обычная». И я понимаю: это из-за того, что выросла среди больших звезд, настоящих профессионалов. И «игры в див» мне не очень понятны.

ВС Перед вами стоял выбор, чем заниматься в жизни?

АГ Это все время менялось. Когда была маленькой, хотела стать певицей, потом, как и все девочки, балериной. В подростковом возрасте ничего не хотела, не было особых планов кем-то стать. Я по своей сути не мечтатель, а делатель. То, чем занимаюсь, беру и делаю по максимуму. Думаю, если б меня понесло в другую сторону, то я с такой же отдачей занималась бы чем-то другим.

ВС Редко случается так, что из профессиональных занятий родителей с детьми выходит толк. Каково вам было учиться у собственной мамы?

АГ Очень сложно. Можно сказать, что я прошла через огонь и воду. Считаю, что такой подход не совсем верен – никому бы не пожелала.

ВС А сейчас мама дает какие-то советы?

АГ Конечно, но только когда я спрашиваю. Сама же – никогда, она очень тактичный и интеллигентный человек.

ВС Ваш отец был не только певцом, но также режиссером и художественным руководителем Национального театра оперы и балета в Ереване. Как он относился к этой стороне своей деятельности?

АГ Он был певцом. Все остальное для него было тяжело, тем более что руководителем он был в Армении. Когда возвращаешься из большого театрального мира, когда знаешь, как этот механизм работает, приходить туда, где ничто не работает, очень сложно. Менять нужно все, а это требует много сил и нервов. К тому же ситуацию усугубляют понятия «дружба», «братство», особенно важные в такой стране, как Армения. Одним словом, это был сложнейший период для него. Я, например, никогда в жизни не решилась бы на подобное.

А что касается режиссуры… Певческая карьера, как и большой спорт, – крайне утомительная работа. Ты постоянно в борьбе: вечная подготовка и нагрузка. Мне кажется, что все певцы хотят быть режиссерами. И это тоже отдельная профессия. У папы был прекрасный вкус, но, наверное, лучше оставаться там, где мы уже есть. Однако я не уверена, что в один прекрасный день не стану режиссером. Почему бы и нет? (Смеется.)

ВС Ваш отец мечтал построить свой театр в Армении и проводить там фестивали. Даже купил землю под строительство большого амфитеатра. Четыре года назад вы говорили, что «возможно, когда-то мы, его дети, займемся этим, хотя пока нам такой план не осилить». Сейчас вы столь же сдержанно оцениваете перспективы?

АГ Пока ничто не сдвинулось, да и ситуация в Армении непростая. Эту идею мы очень хотим осуществить, тем более что Армения прекрасная страна для проведения летнего фестиваля.

ВС Часто ли бываете в Ереване?

АГ Примерно раз в год. Там у меня семья: брат, папина жена, с которой мы очень близки, папин брат. В Ереван мы часто ездили, и он всегда присутствовал в моей жизни.

ВС Вы в зените славы. Не хотели бы создать, например, свой фестиваль?

АГ Я еще многому хочу научиться. Сейчас тот момент, когда надо заниматься профессиональными вещами. Это самое эффективное время, чтобы петь и делать что-то достойное. И время это будет недолгим. Поэтому надо сконцентрироваться на работе, я бы сказала, в монотонном спортивном режиме. А потом можно и фестивали. Может, тогда и для Инстаграма придет пора: буду сидеть, вспоминать, выкладывать фотографии, и лайки будут доставлять мне радость. Пока я до этого не доросла.

ВС У вас двое детей. Хочется ли вам видеть преемственность поколений и дальше?

АГ Мне хочется, чтобы дети занимались тем, что выберут. И главное, чтобы они были счастливы. Как они до этого дойдут – это их личное дело, я поддержу и помогу во всем, в чем смогу. Если это будет пение, то я, конечно, рада. Если другое – тоже. Сын в этом году уже поступает, будет пробовать и пение, и актерское мастерство, и джаз.

ВС А у вас есть желание попробовать себя в другой музыке, в том же джазе, например?

АГ Баловаться люблю, я же игрок по своей сути. Но сейчас для чего-то другого нет времени. Может быть,когда-нибудь потом, но тогда б я уж лучше попробовала… построить себе дом.

Константин Ишханов: <br>Рудольф Бухбиндер, Аркадий Ценципер и Дмитрий Алексеев проведут мастер классы на Мальте Персона

Константин Ишханов:
Рудольф Бухбиндер, Аркадий Ценципер и Дмитрий Алексеев проведут мастер классы на Мальте

Северин фон Эккардштайн: <br>Бетховен – суперзвезда классической музыки Персона

Северин фон Эккардштайн:
Бетховен – суперзвезда классической музыки

Российско-немецкая музыкальная академия в рамках перекрестного года культуры России и Германии представила замечательного немецкого пианиста Северина фон Эккардштайна.

Рыцарь Святой Хильдегарды Персона

Рыцарь Святой Хильдегарды

20 февраля исполнилось 70 лет Бенджамину Бэгби, основателю и руководителю ансамбля Sequentia, без которого наши представления о средневековой музыке были бы иными.

Еще не конец Персона

Еще не конец

Композитору, возвестившему конец времени композиторов, – 75!