Больше, чем опыт События

Больше, чем опыт

Второй исполнительский практикум МАСМ прошел в ГРАУНД Солянке

«Тебе ведь явно нравится этот звук, когда ты берешь его», – подмечает куратор, обращаясь к кларнетистке во время репетиции. «Ну да, – признается она, – у меня на лице, что ли, написано?». Написано. По лицам студентов легко угадывается, что играть современную академическую музыку им интересно, что учиться этому – хочется, и что все идет лучшим образом.

В нынешнем году на участие в проекте Московского ансамбля современной музыки пришло около девяноста заявок со всей страны, в два раза больше, чем в прошлый раз. Практикум длился всего неделю, за которую четырем десяткам приглашенных студентов – исполнителям на флейте, кларнете, скрипке, альте, виолончели и фортепиано – нужно было привыкнуть примерно ко всему: к Москве, что теперь нехлебосольна, к плотному расписанию, к легендарным преподавателям и друг к другу. На четвертый день, сев за пульты и приготовившись учить Первый струнный квартет Пендерецкого, они робко познакомились, а уже на седьмой исполнили его на финальном концерте. Всего таких подытоживающих концертов было три, так что за короткое время предстояло и притереться, и программу отрепетировать, и, кроме того, успеть на лекции. Вообще, показательно, что в практикум вошла теоретическая часть, и что провели ее именно композиторы, ведь для современной академической музыки интеллектуальное осмысление имманентно. Александр Хубеев рассказал о разных традициях нотной записи, Николай Хруст – об истории электроакустической музыки и ее месте в современной мультидисциплинарной композиции, а Владимир Горлинский на примере собственных сочинений размышлял о способности и неспособности нотного текста фиксировать композиторскую идею. Горлинский же провел и любимую студентами часть практикума – занятия импровизацией. Звон цепей, шуршание бумаги, стук теннисных мячиков, движение ножа по струнам гитары, всполохи голоса и инструментов, прыжки перформера и вторжение звуков стройки за окном – все это сливается в хаотичный шум, но после вслушивания начинает обретать черты формы. И тут опять же важно композиторское руководство, которое, как сказала директор ансамбля Виктория Коршунова, «не позволяет импровизации превратиться в капустник».

«Маленькая концертная импровизация» завершила первый «отчетный» вечер в Галерее-мастерской ГРАУНД Солянка, причем зрителей попросили пересесть в центр зала, а музыкантов – окружить их; прозвучала она и в финале практикума в Центре имени Мейерхольда. На втором из концертов студенты Михаила Дубова (фортепиано), Ивана Бушуева (флейта), Олега Танцова (кларнет), Романа Минца (скрипка), Ирины Соповой (альт) и Ольги Деминой (виолончель) устроили многочасовое исполнение сольных произведений, а на первом и заключительном прозвучали ансамблевые пьесы. К слову, когда сложность сочинений и качество их исполнения обратно пропорциональны юности лиц, впечатления от звучащего как будто даже фактурнее.

Большая программа финального концерта в ЦИМ – это, можно сказать, мечта аудиофила. Тут были звуки на любой вкус. Хрупкие и звонкие, доносящиеся из препарированного рояля «Небесной механики» Крама; приглушенные длинноты Lo Spazio Inverso Шаррино, протянутые кларнетом, виолончелью и скрипкой, а затем прерванные раскатами челесты и хрипением флейты. Были нежные отзвуки брамсовской баллады (соч.10 № 4) – баркарольные покачивания Nebenstück, инструментованные Жераром Пессоном и подсвеченные серебряным светом на сцене. Жесткие трения и стуки струнных сталкивались в Первом квартете Пендерецкого. Прозвучала даже камерная опера Петера Этвёша «Харакири», где сдавленный мелодизированный речитатив и вторящие ему флейты перебивают удары дровосека (это альтернативное название топора); но, видимо, зал следил больше за хрупкими руками исполнительницы, чем за музыкой, – уж очень неуютно они смотрелись под взмахами топорика, который вел себя непредсказуемо, то застревая в деревянных брусках, то отбрасывая их. Пьесы российских композиторов тоже вошли в программу. «Лебяжий пух» Горлинского играл в антракте Иван Бушуев, управляясь с контрабасовой флейтой, габаритами и обликом напоминающей больше водопроводную трубу, пока электроника, второй голос пьесы, была на своей тембральной и ритмической волне. Юлия Мигунова исполнила «Стон земли» Александра Хубеева – сочинение, в котором перформер, словно ожившая скульптура, неистово сражается с упряжкой неподчиняющихся существ, натянутыми струнными объектами, рычаще резонирующими в пятилитровых бутылках. Николай Хруст представил ISM для бас-кларнета (Олег Танцов) и электроники – густой звуковой слепок, наращивающий плотность и обретающий форму прямо во время исполнения.

И все действительно прошло лучшим образом. Участники МАСМ, как всегда, великолепны и делятся гораздо большим, чем исполнительским опытом. Это проявляется в мелочах: в том, как заботливо они поправляют ноты перед выступлением подопечных, как разряжают концертную обстановку шутками на задних рядах, как тактично, учитывая разный возраст участников, приводят в баланс технику и понимание. На репетиции «Небесной механики» Джорджа Крама – цикла, где каждой пьесе соответствует название звездной системы, – Михаил Дубов обратился к пианисткам: «А вы посмотрели, какие звезды находятся в этих созвездиях?». Такие вопросы дорогого стоят.

В ожидании ветра перемен События

В ожидании ветра перемен

В Большом зале консерватории прошел финал IV Международного конкурса хорового письма имени А.Д.Кастальского

История одного жертвоприношения События

История одного жертвоприношения

«Балет Москва» открыл сезон премьерой

Love is… События

Love is…

Театр Maggio Musicale Fiorentino досрочно открыл новый оперный сезон оперой «Так поступают все», перекочевавшей из прерванного предыдущего сезона 2020/2021

Как звучит «Криптотишина»? События

Как звучит «Криптотишина»?

Stella Art Foundation представил новую выставку композитора Дмитрия Курляндского