Будоражащий Прокофьев, вдохновляющий Стравинский и завораживающий Равель События

Будоражащий Прокофьев, вдохновляющий Стравинский и завораживающий Равель

В концертном зале Изарской филармонии выступил Симфонический оркестр  SWR под управлением Теодора Курентзиса

Теодор Курентзис является главным дирижером Симфонического оркестра Юго-Западного радио Германии с сезона 2018/2019 года. В фокусе работы Курентзиса с оркестром оказались симфонии Малера, произведения русских композиторов, а также современных авторов, таких как Лахенман, Шельси, Цендер, Курляндский, Никодиевич. К декабрю этого года музыканты подготовили поистине сногсшибательную программу, которую составили важнейшие произведения первой половины двадцатого столетия: Фортепианный концерт №2 Прокофьева, «Весна священная» Стравинского и «Болеро» Равеля. Кроме Мюнхена, она прозвучала в основном концертном зале оркестра – штутгартском Liederhalle, а также будет исполнена в Эссене, Гамбурге и Вене.

Поскольку в 2022 году отмечается 140-летие со дня рождения Игоря Стравинского, на афишах концерта заглавными буквами значится только две фамилии – дирижера и юбиляра. Можно с уверенностью сказать, что для Теодора Курентзиса «Весна священная» совершенно особенное произведение: в 2015 году на лейбле Sony Classical вышел альбом с ее записью в исполнении оркестра musicAeterna, кстати сказать, с таким же названием – «Курентзис – Стравинский». Новаторское для своего времени произведение Стравинского, заказанное Дягилевым и сочиненное в 1913 году для балетных сезонов в Париже, которое вызвало одновременно бурю восторга и негодования современников, и произвело грандиозный шум в международной прессе после премьерного исполнения, было также свежо и самобытно прочитано Курентзисом, открывшим новые грани гениальной партитуры. На концерте 12 декабря в зале  Изарской филармонии в Мюнхене сочинение заиграло новыми красками, хотя дирижер и сохранил основу своей интерпретации. Партитура «Весны священной» чрезвычайно многослойна: в одном пласте может быть не просто мелодия, изложенная аккордами деревянных или струнных инструментов, но и сложная многоголосная фактура, на которую накладывается звучание других пластов, например, соло трубы с сурдинкой или кларнета, а также целая группа инструментов с новой музыкальной темой. Курентзису удалось создать такой баланс оркестра, при котором каждое вступление инструмента внутри пласта или прорезающие его реплики были слышны очень рельефно. Это было достигнуто в том числе за счет использования более тихой динамики во второстепенном, сопровождающем основную линию развития пласте, который тоже был превосходно слышен, а также очень тонкой фразировки солирующих инструментов и общей пластичности движения в крупном масштабе.

В частности, сама акустика зала в полной мере позволила добиться тончайших динамических градаций при очень ясном звучании. Надо отметить, что Изарская филармония, открытая в 2021 году, – реконструированное здание бывшей фабрики. Здание представляет собой стальную конструкцию объемом почти 60 000 кубометров, в которую встроен концертный зал почти на 2000 гостей, состоящий из сборных элементов из цельного дерева. Стены покрыты черными глазурованными панелями из хвойного дерева, сцена и полы отделаны контрастным светлым кедровым деревом. Проект выполнен архитекторами Gerkan, Marg and Partners (gmp), оформление – известным японским звуковым дизайнером Ясухисой Тойота. Зал предназначен как для концертов классической музыки, так и для джазовых выступлений и кинопоказов. Журнал Bauwelt сообщает: «Весной 2018 года после двухэтапного переговорного процесса архитекторы получили заказ, в марте 2020 года началось строительство – и всего через полтора года концертный зал уже готов. Причина этого: строительство началось только после завершения планирования. Это рекордное время сочеталось с бюджетной дисциплиной, которая радует налогоплательщика: на здание на 1900 мест нужно было собрать всего 43 миллиона евро».

«Весна священная» стала центральным сочинением программы, ей предшествовало исполнение концерта Прокофьева, занявшее все первое отделение. Юлианна Авдеева, исполнявшая в 2021 году в серии абонементных концертов SWR под руководством Теодора Курентзиса Третий фортепианный концерт Прокофьева, теперь вновь покорила сердца слушателей мастерской интерпретацией его Второго фортепианного концерта, имеющего репутацию одного из самых сложных во всем классическом репертуаре. Очень развернутые каденции рояля в первой и четвертой частях, густая фактура с непрерывным движением обеих рук в стремительном темпе во второй части в духе perpetuum mobile и дьявольскими скачками в главной партии четвертой части – все это  требует от пианиста большой виртуозности и выдержки. В концерте можно услышать, с одной стороны, бóльшую лиричность, по сравнению с Первым концертом, и продолжение традиции романтического пианизма в каденциях, широту и напевность медленных тем, даже их созвучность русскому фольклору; с другой – изломанность музыкальных линий, чеканность, сложную гармонию, местами приближающуюся к модернизму «Скифской сюиты», сочиненной в 1915-м, то есть двумя годами позже.

В интервью 2021 года для YouTube-канала SWR Сlassic, приуроченному к исполнению Третьего концерта Прокофьева, Юлианна Авдеева говорит: «На рояле я могу наиболее ясно выражать испытываемые мной эмоции <…> более точно, чем словами». И действительно: игра Авдеевой на концерте в Изарской филармонии была богата тонкими оттенками, а оркестр под управлением Курентзиса чутко следовал за ними, в нужные моменты как бы высвечивая важные мелодические линии или поддерживая пианистку в эпизодах с непрерывным и четким ритмом. Хотя в целом в этом сочинении роль фортепиано более значима, чем оркестровая партия, в некоторых фрагментах оркестр настойчиво заявлял о себе, как о равноправном участнике соревнования: в громогласной теме вступления медных духовых инструментов после каденции фортепиано в первой части, дико звучащем начале третьей части или шокирующей своей внезапностью репризе в финале. Когда после тишайшего соло рояля Курентзис, слегка согнувшись, как бы «провожая» затухающие аккорды, внезапно с быстротою молнии подал еле заметный знак оркестру вступить, после чего литавры, тарелки и медные духовые обрушились на публику, некоторые в зале ощутимо вздрогнули. Браво, Прокофьев, браво, Курентзис, что тут еще сказать? Завершение первого отделения увенчал бис Юлианны Авдеевой. Это была виртуозная пьеса в духе Прокофьева, которую ни я, ни мои друзья и коллеги-пианисты, к сожалению, не смогли опознать. Блестки на пиджаке пианистки сверкали и, кажется, хотели обогнать ее ловкие пальцы.

Особая акустика зала, с одной стороны, предоставляет возможность добиваться отличного баланса в оркестре, с роскошным ярким forte (не таким оглушительным, как, скажем, в большом зале Liederhalle в Штутгарте). Но что касается звучания рояля в концерте Прокофьева, то оно было иногда рискованно тихим. С другой стороны, я был в этом зале впервые и не знаю, можно ли в принципе добиться более мощного звучания фортепиано (слушая его на хороших местах в центре зала) при игре forte и еще более «осязаемого» в динамике piano. Зато тишайшее соло флейты, играющее тему «Болеро», как мне рассказали знакомые, слушавшие с балкона, было слышно идеально. На середине я поймал себя на мысли, что впервые слышу это сочинение с буквально воплощенной динамической идеей: от pianissimo первых ударов малого барабана, открывающих «Болеро», до заключительного fortissimo всего оркестра. Каждая вариация была чуть громче предыдущей, и ни одна нота, даже у солирующих инструментов, не выбилась из «динамических» рамок своей вариации, хотя у других дирижеров исполнители часто грешат «комплексом» солиста – мол, если я играю в этом фрагменте один, то имею право сделать хоть пять forte. Курентзис начал управлять оркестром почти без движений, взглядом показывая музыкантам вступления и постепенно добавляя жесты, в последующей вариации перешел к «нормальному» дирижированию. Такими трюками славились Леонард Бернстайн, Геннадий Рождественский и многие другие. И здесь нет цели устроить шоу: все, что и как показывал Курентзис, имело непосредственный отклик в оркестре. Возникал совершенно невероятный эффект, который в полной мере может ощущаться только присутствующими на исполнении в концертном зале: музыка рождалась в сознании дирижера и зримо передавалась от его движений через звучание оркестра слушателям. После исполнения «Весны священной» Курентзис поднялся по ступенькам в задние ряды оркестра и представил всех солистов, а после триумфального завершения концерта даже вывел на авансцену для поклонов исполнителя на малом барабане остинато из «Болеро». Далее весь оркестр вместе с дирижером поклонился публике, находящейся сзади, справа, слева сцены и основной части зала, это было забавно и вместе с тем трогательно.

Интерпретации Курентзиса отличают детальная проработка сочинений на макро- и микроуровне, яркие динамические контрасты и ясное, отточенное звучание оркестровой фактуры. Но самое главное – это то, что Курентзис вдохновляет людей, музыканты идут за ним, играют с невероятным драйвом и открывают в себе новые возможности, находят новые краски в исполняемых произведениях, а вместе с ними и слушатели.

Кто боится Синюю Бороду События

Кто боится Синюю Бороду

В Красноярском театре оперы и балета состоялась премьера оперы-буффа Оффенбаха

«Москва» помянула молодогвардейцев События

«Москва» помянула молодогвардейцев

Новый концертный зал позвал столичную молодежь на представление о подвиге ее сверстников во время Великой Отечественной

«Американские горки» для разума и чувств События

«Американские горки» для разума и чувств

В Московской филармонии Госоркестр Республики Татарстан дал концерт в честь Мариса Янсонса

Мечтатели закрыли сессию События

Мечтатели закрыли сессию

В Малом зале Московской консерватории состоялся зимний цикл концертов творческого объединения «Притяжение»