«Чайка»: территория смыслов События

«Чайка»: территория смыслов

На Новой сцене Большого театра прошла мировая премьера балета «Чайка» композитора Ильи Демуцкого в постановке хореографа Юрия Посохова и режиссера Александра Молочникова

«Я напишу что-нибудь странное…», – оповестил Чехов своего издателя, приступая к работе над «Чайкой». Загадки этой пьесы мировой театр разгадывает до сих пор. Многие из окружения автора узнавали в образах себя и общих знакомых, кто-то – обижался. Напрасно. Чехов никогда не писал «натуры из жизни», и ни один герой его драм не повторял живую модель. Просто он представлял «жизнь такою, какая она есть».

«Чайка» с ее пульсирующими смыслами, переносом внимания с поворотов фабулы на «внутреннее действие», с пронзительными душевными реакциями, подчас спрятанными в подтекст, «поручала» сцене новое творческое задание. Вызов в 1898-м принял Художественный театр, и Станиславский не сомневался, что «Чайка» открывает новое направление спектаклей – с «линией интуиции и чувства», потом он назвал такую эстетику «театром настроения».

«Чайка», наверное, самая танцевальная пьеса. Хотя, казалось бы, море необязательных разговоров, незамысловатые биографии вполне заурядных людей, «мало действия, пять пудов любви»… Но в глубинах этой «обыденности» пульсирует «внутреннее действие» и его возбужденный лиризм и напряженный драматизм – доступны балету, это – территория его силы.

Первую балетную «Чайку» осуществила Майя Плисецкая, через пару десятилетий чеховскую пьесу представил Джон Ноймайер, потом – Борис Эйфман. Тени тех спектаклей не тревожат новую «Чайку» Большого театра. Ощущение дежавю подчас может догнать наиболее въедливых знатоков, но скорее оно относится к спектаклям, созданным творческими усилиями той же постановочной команды: композитора Ильи Демуцкого и хореографа Юрия Посохова. (Их балеты «Герой нашего времени» и «Нуреев» украшают афишу ГАБТ.) В новенькой «Чайке» – не повторение найденного ранее, а, скорее, индивидуальный стиль художников – свой собственный. Полноправным соавтором и «Героя», и «Нуреева» был режиссер Кирилл Серебренников, «Чайку» создавали с его молодым коллегой Александром Молочниковым, свою версию этой пьесы он сочинял для МХТ имени Чехова, но спектакль не вышел, идеи остались нереализованными. Думаю, четыре актуальных перформанса Кости Треплева – плод буйной и необузданной фантазии Молочникова. Из их числа – попытка самоубийства Кости в горящем тракторе-развалюхе, где предала Костину любовь Нина Заречная. Чуть раньше – еще один, убийство чайки. Когда Треплев заходится в истерическом гневе и с остервенением «вколачивает» трепещущую птицу в пол, то не только в мою голову пришли недобрые воспоминания об акции Павленского на Красной площади.

Светлана – Захарова Аркадина, Артемий Беляков – Тригорин

Либретто, написанное режиссером в соавторстве с Ольгой Хенкиной, сильно отступает от замысла Чехова. Треплев, неистовый и вспыльчивый, к финалу вполне остепенился, по доброй воле решил вписаться в мейнстрим и даже в одежде подражает успешному Тригорину. Кажется, Чехов поморщился бы. Но дело сладилось – союз Посохова и Молочникова родился под счастливой звездой. Режиссер взрывал чинную благовоспитанность балета, а хореограф умел смикшировать его жирные курсивы и укротить безудержную энергию. «Они сошлись. Волна и камень, / Стихи и проза…»

Юрий Посохов – художник скрупулезный – умеет проникать в суть литературного первоисточника и рифмовать его глубинные смыслы с болевыми точками родной современности. Хореографу необходима история сложная, с многоголосием судеб, желательно из мира русской классики. Его явно захватывает текст со всеми поворотами сюжета. Совсем недавно мы вновь получили тому подтверждение: приз Benois de la Danse Юрию Посохову вручили за спектакль «Анна Каренина» по роману Льва Толстого, поставленный в Балете Джоффри. Чеховская «Чайка» – давняя мечта Посохова – «прочитана» его неоклассическим языком, который не просто красив, но удивляет полифонией образов и афористичностью мыслей. Хореография отражает чеховский «водоворот чувств», человеческую сложность при внешней (конечно, кажущейся!) простоте. Основа истории сплетена из соло – в них признания, крики души, тихие размышления, и дуэтов, любовных и прощальных. Ансамблевые сцены: невеселая свадьба, суматошные проводы Аркадиной и Тригорина, танец страдающих птиц – настроены на более прикладное звучание.

Не знаю, умышленно или нет, но спектакль улыбнулся символизму, к которому взывали Мережковский и Владимир Соловьев, а в пьесе символизм олицетворял Костя Треплев, но Антон Павлович пророчески предвидел скорый крах этого течения. Так и случилось. На сцене появляются огромные шахматные фигуры и крупногабаритные детские игрушки: неваляшки, медведи, лошадки, машинки, вырванные с корнем и повисшие между небом и землей деревья.

Мария Виноградова – Нина Заречная, Артем Овчаренко – Треплев

Музыку специально написал единомышленник хореографа Илья Демуцкий. «Чайка» – их пятый совместный балет. Музыка соотносится с указаниями балетмейстера, стилизована под танцевальные формы, удобна для артистов. Подчеркивает грациозную театральность звучания оркестра маэстро Антон Гришанин. Временами щемящие мелодии прерывает устрашающий и тревожный голос огромного гонга, выписанного для спектакля из Японии.

На подмостках – одна из многочисленных усадеб, разбросанных по всей среднерусской полосе России. У британского сценографа Тома Пая деревенская глухомань дышит нежной ностальгией по ушедшей эпохе. Ржавый трактор, пожухшая трава, облупившиеся стены сарая, застекленная терраса и бескрайнее небо.

Начинается спектакль с бенефиса Ирины Аркадиной – на заднике словно отражение реального зрительного зала. Звезда, бесподобная в своем классическом совершенстве, купается в поклонении. Но неожиданно грянул скандал – на сцену выскочил странный юноша: тело в татуировках, волосы – дыбом, кожаная куртка нараспашку. Это сын Аркадиной Костя Треплев решил выразить протест против традиционных форм. Мать не останется в долгу: она сорвет его протестную «индустриальную мистерию», которую исполнят любители – землепашцы и трактористы с робкой девочкой Ниной Заречной в бликующем комбинезоне и шлеме. Аркадина своей темпераментной вариацией-негодованием подавит все юношеские надежды сына. Правда, самодеятельные танцы мужиков и впрямь не вызывают волнений. Они далеки от авангардных исканий и кажутся примитивными – неслучайно: действие балета «помещено» в 80-е годы прошлого столетия, когда современный танец еще ютился в подвалах.

Тогда Юрий Посохов был молод и много танцевал, в том числе и в «Чайке» Майи Плисецкой, а сегодня он подарил артистам роли, которые они проживают с невероятной актерской отдачей (автор этих строк видел состав второго премьерного вечера). Треплев Игоря Цвирко –экспериментатор, бунтарь, художник-акционист. Он, устремленный к эпатажу и не обремененный грузом прошлого, фигура трагическая – его финальное самоубийство кажется предрешенным. В блестящем исполнении Екатерины Крысановой Аркадина – незаурядная сильная женщина, сумевшая вырваться из провинциального однообразия, натура одаренная и гордая. Она всегда, на всех виражах жизни, «держит себя в струне». Только один раз позволит себе расслабиться, когда брат увлечет ее в мир детских воспоминаний.

Мария Виноградова – Нина Заречная, Артемий Беляков – Тригорин

Мать и сын стремятся в народ. Костя с мужиками ставит перформансы, Аркадина прививает деревенским жителям вкус к культурному досугу – «петь хором, играть в шахматы», но поселяне инициативу не подхватывают.

Второразрядный беллетрист Тригорин потерял свою профессиональную принадлежность – теперь он «известный красавец» и «возлюбленный Аркадиной». В замечательной и многогранной интерпретации Владислава Лантратова писательское начало очевидно – столько в его герое ума, породы, юмора, блеска, самовлюбленности. Он и на внимание Нины отвечает не сразу – слишком хорошо знает жизнь. Нина Анастасии Сташкевич – играющее дитя, в котором уже проснулись инстинкты обольщения и жажда красивого благополучия. В финале, когда она, словно раненая чайка, бьется в руках обезумевшего Треплева, в ней не узнать нежную доверчивую девочку, которая так искренне верила в будущее.

Среди важных персонажей – уездный доктор Дорн. Он легко и естественно, как умеет Вячеслав Лопатин, «простраивает» прошлое своего героя: еще совсем недавно он был любимцем окрестных дам. Дорн – доброе сердце – успокаивает разбушевавшегося Костю. Их пронзительный мужской дуэт понятен без слов. Перед Дорном трепещет Полина Андреевна Шамраева – ее свежо и весело танцует Анастасия Меськова. Ее мужу (Антон Савичев) досталась скромная роль: как и положено управляющему имением, он следит за порядком, обходя владения с двумя ленивыми овчарками. Зато их дочь Маша в выдающемся исполнении Марии Александровой – отважная и потерянная. Обреченная на безответную любовь к Косте, она выходит замуж за нищего провинциального учителя, столь лишенного индивидуальности, что на сцене оказывается тряпичной куклой, которую таскает Маша – как свою унылую загубленную судьбу. Глубокие и тонкие переживания отданы брату Аркадиной – Денис Савин неузнаваем в роли действительного статского советника в отставке Петра Сорина, подводящего итоги убывающей на глазах жизни в атмосфере «милой деревенской скуки».

Мировую премьеру «Чайки» репетировали четыре состава исполнителей, все они – ведущие артисты балетной труппы Большого театра. Помимо участников, которые вдохновили автора этой статьи, первую серию июльских показов представили: Светлана Захарова, Кристина Кретова (Аркадина); Артем Овчаренко, Алексей Путинцев (Треплев); Михаил Лобухин, Руслан Скворцов (Сорин); Мария Виноградова, Елизавета Кокорева (Нина); Александр Водопетов, Александр Смольянинов (Шамраев); Анна Тихомирова (Полина Андреевна); Ангелина Влашинец, Анна Балукова (Маша); Артемий Беляков, Игорь Цвирко (Тригорин); Георгий Гусев (Дорн) и другие…

Большой театр «под занавес» тревожного сезона подарил современный спектакль большой постановочной культуры и вкуса, балет, где жизнь людей со страстями и страданиями представлена по-чеховски, как «важное и вечное».

В ожидании ветра перемен События

В ожидании ветра перемен

В Большом зале консерватории прошел финал IV Международного конкурса хорового письма имени А.Д.Кастальского

История одного жертвоприношения События

История одного жертвоприношения

«Балет Москва» открыл сезон премьерой

Love is… События

Love is…

Театр Maggio Musicale Fiorentino досрочно открыл новый оперный сезон оперой «Так поступают все», перекочевавшей из прерванного предыдущего сезона 2020/2021

Как звучит «Криптотишина»? События

Как звучит «Криптотишина»?

Stella Art Foundation представил новую выставку композитора Дмитрия Курляндского