Денис Мацуев: <br>Нельзя уходить в полный локдаун Персона

Денис Мацуев:
Нельзя уходить в полный локдаун

На исходе декабря в Казани состоялся VIII фестиваль «Денис Мацуев у друзей», где пианист выступил соло и с Государственным симфоническим оркестром Республики Татарстан под управлением Александра Сладковского. В Казани сейчас разрешено 50-процентное заполнение зала, и публика воспользовалась этой привилегией. И солист, и оркестр очень любимы казанцами, так что фестиваль стал знаковым событием, в том числе и потому, что всю осень ГСО РТ работал в удаленном режиме. В двух концертах прозвучали сочинения Чайковского, Рахманинова и Шопена. Творчество польского классика, а также нынешнюю ситуацию в культуре Денис Мацуев (ДМ) обсудил с Евгенией Кривицкой (ЕК). И выразил уверенность, что мы прорвемся.

ДМ Рад, что провели фестиваль в Казани с моим любимым оркестром и Александром Сладковским. Им было тоже непросто выйти спустя четыре месяца удаленки. Дай им Бог здоровья. За десять лет работы Александра Сладковского оркестр достиг огромных успехов, и они не собираются останавливаться, постоянно растут – это заметно, в частности, по их мобильности на сцене. Можно предлагать идеи, нюансы интерпретации прямо во время исполнения, и они мгновенно откликаются. На это способен оркестр только высокого класса, коим они являются.

Денис Мацуев и Александр Сладковский

ЕК Нынешней осенью вы включили в свой репертуар новинку – Второй концерт Шопена, вроде бы ожидается ваша презентация и Первого концерта. Что побудило вас обратиться к этой музыке?

ДМ Шопен – это основа, мы бы все оказались сиротами без него. Конечно, с  его сочинениями должен возникнуть особый контакт, «любовь» и желание вынести отношения с этой музыкой на публику. Затем начинается второй этап познания, и когда «вода начинает закипать» – начинается самое захватывающее. Скажу откровенно: истерических «сопливых» зависаний с оргазмическим выражением лица я в Шопене очень не люблю. Давайте послушаем Владимира Горовица, Михаила Плетнёва или Алексея Султанова на Конкурсе Шопена – он там играет гениально. Уникальный магнетизм, он захватывает своим исполнением. Султанов тогда, в 1995 году в Варшаве, получил только вторую премию – но все равно оказался победителем, так как первую не дали никому. Может быть, потому, что он избегал этой преувеличенной сентиментальности. Могут быть разные точки зрения на любое произведение, и для публики это как раз хорошо – пусть будет выбор.

Очень важно, с кем ты играешь Шопена: на мой взгляд, дирижировать его гораздо труднее, чем, к примеру, концерты Рахманинова. Недавно я исполнял Второй Шопена с Российским национальным оркестром под управлением Михаила Плетнёва, и он предложил свою инструментовку. Она феерическая, сделанная удобно и для солиста, и для дирижера. Ведь Шопен, как известно, далеко не выдающийся симфонист. А Михаил Васильевич, конечно, знает «подводные камни» этого концерта как никто: он где-то добавил инструменты, где-то передал голоса другим или снял первую долю, чтобы облегчить ансамблевое взаимодействие. Я попросил его разрешение использовать эту версию в моих программах с другими коллективами, и он мне дал добро. Это открытие! Так что буду заранее рассылать оркестровые голоса.

Денис Мацуев и Михаил Плетнёв

ЕК К вопросу о дирижерах. Борис Березовский, например, декларирует, что дирижер вообще не нужен. А что думаете вы?

ДМ У меня есть несколько категорий: первая – маэстро, с которыми я обожаю выступать, вторая категория – те, кто мне не мешают, и третья – которые мешают (улыбается). Здесь я, пожалуй, поддержу Бориса Березовского: Концерт Шопена, в принципе, может состояться и без дирижера, если все хорошо отрепетировано и правильно стоит рояль. Ведь это камерная музыка, вариант квинтета,  который просто расширяется до камерного оркестра. Не уверен, что легко сыграть без дирижера Третий Рахманинова или Второй Брамса, тут у меня есть вопросы. А Шопен, Моцарт, Бетховен – да.

ЕК Сейчас ведутся дискуссии про целесообразность проведения концертов при 25-процентной рассадке. Некоторые музыканты считают, что лучше было бы вообще не открываться. Ваша позиция?

ДМ Согласен с тем, что экономически мало кто может себе позволить. Потому что при такой наполняемости залов деятельность идет «в минус», если только это не заранее проданные абонементы. Либо как мне сейчас – приходится давать два концерта с разницей в час с одной программой, чтобы смогло суммарно прийти 50 процентов публики. Но не все такую нагрузку могут вынести физически.

ЕК Да и психологически тяжело. Как вы себя на это настраиваете?

ДМ Держусь. Потому что понимаю, что если совсем закрыться, то это еще хуже. Насчет ограничений по количеству публики в концертных залах, замечу, что есть в этих мерах странность. К примеру, вопиющий факт: автобусы в аэропортах, которые подвозят пассажиров к самолету, – в них набивают людей, «как сельдей в бочку». Ну, сделайте два или три автобуса, чтобы соблюсти социальную дистанцию. А вот в концертном зале требуют пускать 25 процентов слушателей. Как это вяжется друг с другом? Кто научно докажет, что в концертном зале можно больше заразиться, чем в самолете или в автобусе?

Поэтому моя позиция такова: мы должны продолжать выходить на сцену. Будем просить государство находить возможность поддерживать культуру, будем искать спонсоров. Приходится констатировать: мы сейчас переживаем трагедию, потому что на глазах рушится и исчезает наш цех, наша профессия в том глобальном смысле, как мы привыкли ее понимать.

ЕК Насколько я знаю, на  Западе теперь все очень завидуют тому, что в России открыты театры, работают филармонии.

ДМ Они с трудом верят, что это возможно. Смотрю на коллег в Европе или в США и вижу, насколько они изменились, даже внешне. Мы общаемся по Скайпу, и я отмечаю, что люди на глазах дряхлеют и чахнут. Нельзя уходить в полный локдаун – это чревато для психики. А если взять балет, у танцоров такой короткий век, всего-то 15-20 сезонов. Когда целый год «вылетает», то у них нарушается внутренний метроритм без этой «кислородной подпитки» в виде сцены.

ЕК Расскажите, как обстоит дело с вашим детищем – фестивалем «Звезды на Байкале»?

ДМ До сих пор неопределенная ситуация. Мы разговаривали с губернатором Иркутской области, вроде как с 10 января собираются открыть залы – впервые с марта! Более девяти месяцев там не было ни одного концерта, ни одного спектакля! Так что жду решения, чтобы вернуться в Иркутск и провести, наконец, фестиваль «Звезды на Байкале».

ЕК Вы же планировали грандиозную программу к 15-летию фестиваля?

ДМ Придется корректировать, так как иностранных артистов мы пригласить пока не можем. Будем проводить своими силами, «с колес», как говорится. Сейчас сложилась фантастическая ситуация: если раньше звезды были расписаны на пять лет вперед, то теперь выдающиеся исполнители могут легко откликнуться на приглашение сыграть концерт через три недели. Такое нереально было представить. Я жду не дождусь первого концерта в Иркутске подобно тому, как это было в августе в Концертном зале имени П.И.Чайковского, когда мы открывали после большого перерыва «живые» концерты с публикой.

Денис Мацуев: Самая лучшая вакцина – это музыка

ЕК Как обстояли осенью дела с гастролями за границей?

ДМ Была Вена – сольный реситаль в Музикферайне и концерт с Юлианом Рахлиным. До этого играл в Мадриде и в Амстердаме – вот, пожалуй, все. Был еще концерт в Дубае, турне по Японии с Венским филармоническим оркестром и Валерием Гергиевым. Кстати, там была стопроцентная заполняемость залов… Я подсчитал, что в этом году у меня слетело 148 концертов: что-то отменилось совсем, что-то перешло на следующий год. Трижды переносились гастроли в Китае. Они мне сказали: «Приезжайте, мы вас очень ждем, все билеты на вас давно распроданы. Но по прилету – две недели жесткого карантина, без каких-либо исключений». Ведь когда мы летели в Японию, то президенты Австрии и Японии договорились, что мы выступаем без сидения в карантине, но с тестами каждый день и полной изоляцией: из гостиничного номера мы имели право выйти только на концерт, куда нас перевозили группками, и потом сразу обратно в номер. Но тур был исторический, как будто в прошлый век перенеслись. Полные залы, аншлаги. Да, зрители сидели в масках, но для Японии это нормально. Когда я в первый раз приехал в эту страну, то смотрю – четверть публики в масках. Я  спросил, в чем дело. Мне объяснили, что если японцы чувствуют себя как-то неважно, насморк, то они всегда наденут маски. Их с детства приучают заботиться об охране здоровья – не только своего, но и окружающих. И соблюдать дистанцию: там никто при встрече не бросается целоваться. Поэтому там нет таких зашкаливающих цифр – другие традиции плюс идеальная дисциплина.

ЕК Вы на карантин в Китае не согласились?

ДМ Конечно нет. Зачем мне там сидеть две недели, когда в России у меня через день концерты – это же счастье! Приеду, когда пандемия закончится. Кстати, я в своей семье запретил упоминать это слово. Хочется нормально поржать, поиграть в футбол, весело отпраздновать Новый год – с оливье, мандаринами. Надеюсь, у нас в семье все ощутят их запах!

Денис Мацуев с участниками Международного фестиваля “Звезды на Байкале”

ЕК А у вас есть ли традиции, как встречать Новый год?

ДМ Это всегда настолько непредсказуемо, настолько импровизационно, как у меня многое бывает в жизни. Конечно, это домашний праздник, но не всегда он отмечается именно дома, как мы это понимаем в смысле локации. Потому что мой дом – это и Иркутск, и Москва, а порой  я оказывался 31 декабря в разных точках света.

Под Новый год я с друзьями хожу в баню. Это традиция, идущая вовсе даже не от  фильма «Ирония судьбы». Реально так с детства было заведено. Помню, как я с дедушкой еще ходил в Курбатовские бани в Иркутске. По полной программе отмывались, отрывались, чтобы встретить Новый год очищенными и обновленными. Банное искусство, честно говоря, это отдельная тема, своя профессия. Правильный банщик – в нем есть что-то и от дирижера, и от гипнотизера, от экстрасенса и даже от ударника (смеется). Париться – это сродни медитации, это не то что зашел, погрелся и выскочил потом в ледяную воду. Нет, нужно долго находиться в бане, дышать этим воздухом, расслабляться и раскрывать чакры. Под Новый год бывало много смешного.

Никогда не забуду, как мой папа, который работал в Театральном училище в Иркутске, обещал моей школьной учительнице, что один из его студентов переоденется Дедом Морозом и придет к нам в класс на елку. И папа в суматохе последних дней уходящего года случайно попросил трех разных студентов, и все они одновременно пришли к нам в школу. Три Деда Мороза и одна Снегурочка! Они, конечно, растерялись, и пришлось по ходу импровизировать.

ЕК И как же получилось выкрутиться?

ДМ Стали говорить, что они братья, приехали к старшенькому в Иркутск из Бодайбо и из Листвянки.

ЕК Денис, следующий год – Год Быка по восточному гороскопу. Что пожелаете нашим читателям?

ДМ Я уже говорил неоднократно: красота и музыка спасут мир. Слушайте музыку чаще, она заряжает, одухотворяет. Настоящая музыка может служить тем кислородом, которого не хватает пока нашей публике в залах, да и в интернете, по большому счету, тоже. Хотел бы, чтобы во всех машинах звучала классика: ведь в каком состоянии люди утром приезжают на работу, наслушавшись по дороге этой «долбежки»! Столько радиостанций, а звучит фактически одно и то же. Настоящая музыка настраивает на правильный лад, умиротворяет – ты не будешь жестким и злым. Я бы хотел, чтобы каждый ребенок, наравне с буквой и цифрой, познакомился с нотной грамотой вне зависимости от того, будет он музыкантом или нет. Пусть в Новом году все будет  хорошо в каждой семье. Верю, что после таких испытаний, после такой черной полосы должно наступить облегчение. Сибиряки – всегда оптимисты. Наш девиз: «Не обижаем – помогаем!» Здоровья, счастья, и давайте с этим бычком пойдем в правильном направлении.

Александр Колотурский: <br>Нужно создавать молодежные оркестры Персона

Александр Колотурский:
Нужно создавать молодежные оркестры

Кит Армстронг: <br>Музыка – это зеркало, отражающее взаимоотношения с людьми Персона

Кит Армстронг:
Музыка – это зеркало, отражающее взаимоотношения с людьми

Джованни Антонини: <br>Булеза мы не сыграем никогда Персона

Джованни Антонини:
Булеза мы не сыграем никогда

Среди наиболее долгожданных гостей Московской филармонии в нынешнем году – ансамбль Il Giardino Armonico (IGA) и его бессменный лидер, флейтист и дирижер Джованни Антонини.

Корнел Фекете-Ковач: <br>Творцам не нужно работать с оглядкой на жанровые рамки Персона

Корнел Фекете-Ковач:
Творцам не нужно работать с оглядкой на жанровые рамки

12 октября в Москве и 14 октября в Санкт-Петербурге пройдут концерты венгерского ансамбля Modern Art Orchestra