Джазовая синкопа и онегинская строфа События

Джазовая синкопа и онегинская строфа

В Москве завершился фестиваль «Триумф джаза»

Когда Луи Армстронга спросили, что такое джаз, он ответил: «Вам никогда этого не понять, если вам пришел в голову подобный вопрос». Впрочем, широко известно и другое его высказывание – о сверхспособности главного импровизационного жанра нового времени объединять людей. С этим важным интегрирующим свойством джаза связана творческая миссия Игоря Бутмана. Амбассадор российского джазового искусства осознанно следует ей, и помешать ее осуществлению не в силах даже внешние обстоятельства, связанные с проблемами в сфере межкультурной коммуникации с западным миром. Бутману, кажется, удается невозможное – в непростых для музыкальной индустрии условиях приглашать на свои проекты таких прославленных исполнителей, как, к примеру, американцы Рэнди Бреккер – легендарный трубач, семикратный обладатель премии «Грэмми», и интересный и самобытный гитарист Марк Уитфилд. Оба заграничных гостя приняли участие в мартовском двадцать четвертом по счету фестивале «Триумф джаза». Впрочем, открывший смотр концерт в Светлановском зале Дома музыки, с российскими артистами и их коллегами из Турции, продемонстрировал эффективность импортозамещения, с одной стороны, и творческую индивидуальность российской профессиональной джазовой сцены – с другой.

Программа вечера была сформирована из трех блоков и фактически представляла собой мини-фестиваль с хедлайнером – Московским джазовым оркестром, который в этом году отмечает четвертьвековой юбилей. Честь открыть концерт выпала пианисту и аранжировщику Антону Баронину и его трио Orchestra 2.0. Стиль этого тандема существует на стыке абстрактности постмодернистского джаза и рафинированной интеллектуальности академической исполнительской школы, что не удивительно, так как Баронин – воспитанник Московской консерватории. Задавший тональность всего концерта инструментальный сет апеллировал к практике, восходящей к синтезу классики и экспериментам «свободного» джаза (чего только стоила импровизация на тему из Третьего этюда op. 10 Шопена). На бис Баронин оставил композицию «полегче», но сделанную все в том же эстетском русле, – Smoke on the Water группы Deep Purple, мгновенно узнаваемую по вступительному жесткому риффу и известную своей неповторимой синкопированной мелодией в блюзовом ладу.

Антон Баронин и музыканты Orchestra 2.0

Следом за россиянами на сцену вышли гости фестиваля – турецкий ансамбль Akra Jazz Band с вокалисткой Эдже Гёксу и программой, в которой нашлось место и попурри на темы из Гершвина, и национальным мелодиям, аранжированным Гёксу для джазового ансамбля. Сама исполнительница продемонстрировала внушительный арсенал различных техник джазового пения, а ее изящный скэт (прием имитации голосом тембра музыкального инструмента), идеально синхронизированный с духовой секцией, произвел должный эффект. Выступление Akra Jazz Band подготовило почву для «музыкального документального спектакля» «Джаз от первого лица» – здесь к Игорю Бутману и его коллективу присоединился актер театра и кино Алексей Гуськов.

Akra Jazz Band и Эдже Гёксу

Алексей Гуськов: Находясь внутри оркестра, я слышу, как дышат скрипки

Отличительная черта этого зажигательного театрализованного перформанса – ювелирная сбалансированность. Все его элементы соотносятся друг с другом в идеальных пропорциях: текст, представленный ранними критическими суждениями о джазе, цитатами пионеров джаза в России, наших современников – корифеев джаза, декларирует определенное утверждение, а участники Московского джазового оркестра вместе со своим лидером дают к сказанному музыкальный комментарий – ёрнически-ироничный, остроумный, шутливо-озорной, задумчиво-меланхоличный. В этой незамысловатой с точки зрения драматургии композиции важно не только содержание, удачное сочетание музыки и слова, но и контекст, а также штрихи и нюансы. Алексей Гуськов подходит к своей роли «обозревателя» становления джаза в России с бешеным азартом. Для каждого авторского высказывания (будь то Максим Горький с его знаменитым памфлетом «Музыка толстых» в газете «Правда», или саксофонист Алексей Козлов, написавший самоироничную книгу «Козел на саксе») находит свою индивидуальную интонацию, и делает это так колоритно, что в какие-то моменты возникает ощущение живого присутствия тех, кому принадлежат цитируемые слова. У Леонида Утесова (размышления о поисках русской эстрады собственного лица), например, Алексей Гуськов буквально снимает манеру речи, характерную хрипотцу голоса. Взаимодействие же актера с музыкантами Бутмана складывается в красивое партнерство, построенное на паритетных началах.

Алексей Гуськов и Игорь Бутман

В этом творческом мужском союзе есть место и для представительницы прекрасного пола – австралийская певица Фантине, обладающая невероятным обаянием, давно и плодотворно сотрудничает с Игорем Бутманом. Появление этой джазовой леди на сцене всегда эффектно, стремительно и подобно комете. Исполнение Фантине наивной песенки о потерянной желтой корзинке A-Tisket, A-Tasket из репертуара Эллы Фицджеральд настолько легко, точно и непринужденно, что кажется, певица не прилагает никаких усилий, чтобы добиться идеально ровного тембра на всем диапазоне звучания.

В программе «Джаз от первого лица» есть еще один солирующий вокалист – «русский Рэй Чарльз» Олег Аккуратов. Его лирический тенор, от природы чистый и гибкий, подкупает искренностью интонации, эмоциональной теплотой («Как много девушек хороших» и «Песенку военных корреспондентов» хочется переслушивать вновь и вновь). А вариации на народные мотивы (кавказская лезгинка, азербайджанская «Джуджалярим», украинская плясовая «Ти ж мене підманула»), когда Аккуратов поет на разных языках бывших советских республик, захватывает зал не меньше, чем виртуозные соло Бутмана и участников его оркестра.

Алексей Гуськов и Фантине

Особое место в программе «Джаза от первого лица» было отведено воспоминанию об успешном проекте Алексея Гуськова и Игоря Бутмана «Онегин-блюз», в котором нетленная классика проходила контрапунктом к импровизационной джазовой практике. В концерте в Светлановском зале артисты сыграли две композиции («Ностальгия» Бутмана и Como un bolero Хосе Антонио Родригеса), гармонично представившие универсальность пушкинского слова и его актуальное звучание по отношению к музыке XX-XXI веков. Великолепно чувствуя музыкальность пушкинской стихотворной речи, Алексей Гуськов безошибочно находит нужный темп, вписывая «онегинскую строфу» в блюзовую канву.

Завершить этот отзыв о концерте-открытии фестиваля Игоря Бутмана хочется словами автора первой в России публикации о джазе Валентина Парнаха: «Джаз-банд одновременно чрезвычайно прост и чрезвычайно сложен, как современная жизнь». Несмотря на заявленную сложность, у этой уникальной формы музыкального искусства, как у культурного явления, есть бесценная способность быть универсальным языком общения, важным способом формирования идеалов. Инициативы Игоря Бутмана уже который год помогают не забывать об этом.

Танцев не было и больше не будет События

Танцев не было и больше не будет

В Берлине состоялось последнее концертное представление оперы «Электра» из серии показов на фестивале в Баден-Бадене и в Берлинской филармонии

Свидание с итальянской увертюрой События

Свидание с итальянской увертюрой

Юрий Симонов и АСО Московской филармонии исполнили оперные увертюры Россини и Верди

В гости на Волгу События

В гости на Волгу

Теодор Курентзис выступил в Нижнем Новгороде с оркестром La Voce Strumentale

Я вам пишу – и это все События

Я вам пишу – и это все

Театральное агентство «Арт-партнер XXI» возобновило спектакль «Онегин-блюз» на сцене Театра эстрады