Джазовая синкопа и онегинская строфа События

Джазовая синкопа и онегинская строфа

В Москве завершился фестиваль «Триумф джаза»

Когда Луи Армстронга спросили, что такое джаз, он ответил: «Вам никогда этого не понять, если вам пришел в голову подобный вопрос». Впрочем, широко известно и другое его высказывание – о сверхспособности главного импровизационного жанра нового времени объединять людей. С этим важным интегрирующим свойством джаза связана творческая миссия Игоря Бутмана. Амбассадор российского джазового искусства осознанно следует ей, и помешать ее осуществлению не в силах даже внешние обстоятельства, связанные с проблемами в сфере межкультурной коммуникации с западным миром. Бутману, кажется, удается невозможное – в непростых для музыкальной индустрии условиях приглашать на свои проекты таких прославленных исполнителей, как, к примеру, американцы Рэнди Бреккер – легендарный трубач, семикратный обладатель премии «Грэмми», и интересный и самобытный гитарист Марк Уитфилд. Оба заграничных гостя приняли участие в мартовском двадцать четвертом по счету фестивале «Триумф джаза». Впрочем, открывший смотр концерт в Светлановском зале Дома музыки, с российскими артистами и их коллегами из Турции, продемонстрировал эффективность импортозамещения, с одной стороны, и творческую индивидуальность российской профессиональной джазовой сцены – с другой.

Программа вечера была сформирована из трех блоков и фактически представляла собой мини-фестиваль с хедлайнером – Московским джазовым оркестром, который в этом году отмечает четвертьвековой юбилей. Честь открыть концерт выпала пианисту и аранжировщику Антону Баронину и его трио Orchestra 2.0. Стиль этого тандема существует на стыке абстрактности постмодернистского джаза и рафинированной интеллектуальности академической исполнительской школы, что не удивительно, так как Баронин – воспитанник Московской консерватории. Задавший тональность всего концерта инструментальный сет апеллировал к практике, восходящей к синтезу классики и экспериментам «свободного» джаза (чего только стоила импровизация на тему из Третьего этюда op. 10 Шопена). На бис Баронин оставил композицию «полегче», но сделанную все в том же эстетском русле, – Smoke on the Water группы Deep Purple, мгновенно узнаваемую по вступительному жесткому риффу и известную своей неповторимой синкопированной мелодией в блюзовом ладу.

Антон Баронин и музыканты Orchestra 2.0

Следом за россиянами на сцену вышли гости фестиваля – турецкий ансамбль Akra Jazz Band с вокалисткой Эдже Гёксу и программой, в которой нашлось место и попурри на темы из Гершвина, и национальным мелодиям, аранжированным Гёксу для джазового ансамбля. Сама исполнительница продемонстрировала внушительный арсенал различных техник джазового пения, а ее изящный скэт (прием имитации голосом тембра музыкального инструмента), идеально синхронизированный с духовой секцией, произвел должный эффект. Выступление Akra Jazz Band подготовило почву для «музыкального документального спектакля» «Джаз от первого лица» – здесь к Игорю Бутману и его коллективу присоединился актер театра и кино Алексей Гуськов.

Akra Jazz Band и Эдже Гёксу

Алексей Гуськов: Находясь внутри оркестра, я слышу, как дышат скрипки

Отличительная черта этого зажигательного театрализованного перформанса – ювелирная сбалансированность. Все его элементы соотносятся друг с другом в идеальных пропорциях: текст, представленный ранними критическими суждениями о джазе, цитатами пионеров джаза в России, наших современников – корифеев джаза, декларирует определенное утверждение, а участники Московского джазового оркестра вместе со своим лидером дают к сказанному музыкальный комментарий – ёрнически-ироничный, остроумный, шутливо-озорной, задумчиво-меланхоличный. В этой незамысловатой с точки зрения драматургии композиции важно не только содержание, удачное сочетание музыки и слова, но и контекст, а также штрихи и нюансы. Алексей Гуськов подходит к своей роли «обозревателя» становления джаза в России с бешеным азартом. Для каждого авторского высказывания (будь то Максим Горький с его знаменитым памфлетом «Музыка толстых» в газете «Правда», или саксофонист Алексей Козлов, написавший самоироничную книгу «Козел на саксе») находит свою индивидуальную интонацию, и делает это так колоритно, что в какие-то моменты возникает ощущение живого присутствия тех, кому принадлежат цитируемые слова. У Леонида Утесова (размышления о поисках русской эстрады собственного лица), например, Алексей Гуськов буквально снимает манеру речи, характерную хрипотцу голоса. Взаимодействие же актера с музыкантами Бутмана складывается в красивое партнерство, построенное на паритетных началах.

Алексей Гуськов и Игорь Бутман

В этом творческом мужском союзе есть место и для представительницы прекрасного пола – австралийская певица Фантине, обладающая невероятным обаянием, давно и плодотворно сотрудничает с Игорем Бутманом. Появление этой джазовой леди на сцене всегда эффектно, стремительно и подобно комете. Исполнение Фантине наивной песенки о потерянной желтой корзинке A-Tisket, A-Tasket из репертуара Эллы Фицджеральд настолько легко, точно и непринужденно, что кажется, певица не прилагает никаких усилий, чтобы добиться идеально ровного тембра на всем диапазоне звучания.

В программе «Джаз от первого лица» есть еще один солирующий вокалист – «русский Рэй Чарльз» Олег Аккуратов. Его лирический тенор, от природы чистый и гибкий, подкупает искренностью интонации, эмоциональной теплотой («Как много девушек хороших» и «Песенку военных корреспондентов» хочется переслушивать вновь и вновь). А вариации на народные мотивы (кавказская лезгинка, азербайджанская «Джуджалярим», украинская плясовая «Ти ж мене підманула»), когда Аккуратов поет на разных языках бывших советских республик, захватывает зал не меньше, чем виртуозные соло Бутмана и участников его оркестра.

Алексей Гуськов и Фантине

Особое место в программе «Джаза от первого лица» было отведено воспоминанию об успешном проекте Алексея Гуськова и Игоря Бутмана «Онегин-блюз», в котором нетленная классика проходила контрапунктом к импровизационной джазовой практике. В концерте в Светлановском зале артисты сыграли две композиции («Ностальгия» Бутмана и Como un bolero Хосе Антонио Родригеса), гармонично представившие универсальность пушкинского слова и его актуальное звучание по отношению к музыке XX-XXI веков. Великолепно чувствуя музыкальность пушкинской стихотворной речи, Алексей Гуськов безошибочно находит нужный темп, вписывая «онегинскую строфу» в блюзовую канву.

Завершить этот отзыв о концерте-открытии фестиваля Игоря Бутмана хочется словами автора первой в России публикации о джазе Валентина Парнаха: «Джаз-банд одновременно чрезвычайно прост и чрезвычайно сложен, как современная жизнь». Несмотря на заявленную сложность, у этой уникальной формы музыкального искусства, как у культурного явления, есть бесценная способность быть универсальным языком общения, важным способом формирования идеалов. Инициативы Игоря Бутмана уже который год помогают не забывать об этом.

Победа над тишиной События

Победа над тишиной

Нью-йоркская школа vs русский футуризм

Не ручей, а ремикс События

Не ручей, а ремикс

В «ГЭС-2» музыка Баха вступила в диалог с электроникой

Однажды вечером на Крите События

Однажды вечером на Крите

В Казани состоялась российская премьера балета Микиса Теодоракиса «Грек Зорба»

Сто форпостов легендарной «Мелодии» События

Сто форпостов легендарной «Мелодии»

К своему юбилею российская звукозаписывающая компания выпустила подарочный фолиант