Джон Леннон: метаморфозы и направления Контркультура

Джон Леннон: метаморфозы и направления

Сорок лет назад 8 декабря был убит один из знаковых музыкантов XX века

Имя Джона Леннона, наверное, как ничье другое олицетворяет эпоху. Для многих именно момент «роковых выстрелов», оборвавших его жизнь, означает конец их надежд, чаяний и высоких устремлений, одним из символов которых, несомненно, был Леннон. Смог бы сегодняшний 80-летний музыкант остаться тем же, кем он был, явившись миру в составе The Beatles – созданной им самой великой рок-группы прошлого века? Гадать бессмысленно! Очевидно другое: окажись Джон в нынешней эпохе, нашпигованной новыми музыкальными технологиями и цифровыми коммуникациями, он бы точно вписался в ее ритм и остался важнейшей и влиятельной персоной. Ну, скучно ему точно бы не было.

Весь «ленноновский» ранний рок-н-ролл, вылившийся в создание выдающихся композиций, оказавших влияние на десятки тысяч последователей, по большому счету, начинался как лекарство от скуки. От безнадеги, безработицы, упадка, от предложенных послевоенным обществом схем, которые в портовом Ливерпуле 1950-х были сильны и проверены годами. Ранние The Beatles – это не только результат кропотливого «вслушивания» в заокеанские пластинки Элвиса Пресли и Литтл Ричарда, мечта понравиться девушкам и насолить родителям. В случае с Джоном Ленноном и всеми битлами это явная неосознанная творческая необходимость, исполнение миссии проводников высшего творческого разума. Уже потом исследователи будут вычленять и анализировать процентное соотношение англо-­кельтских, шотландских, ирландских мотивов в битловских песнях и глубину их пересечений с американским госпелом и блюзом.

Понятно, что ни о каком сочинении музыки, позже ставшей частью репертуара лучших симфонических оркестров мира, четверо парней, ютившихся в туалете гамбургского кинотеатра, отведенного им в качестве гостиницы, не могли и помыслить. Тем не менее в клубах Ливерпуля и в портовых кабаках Гамбурга, в концертной работе на износ формировались важнейшие композиторские качества – упорство и полная самоотдача, мастерство в доведении исполнения, а позже – сочинительства до абсолюта.

Именно в это время характер Джона Леннона, да и остальных The Beatles, проходил проверку на прочность на каждом шагу. Красивые костюмчики и аккуратные прически пришли на смену джинсам и кожаным курткам, лишь в силу объективных требований менеджера Брайна Эпстайна. Настоящий же Леннон – в воспоминаниях одного из самых отчаянных битломанов, лидера группы Motörhead Лемми Килмистера, подростком заставшего выступление ранних «битлов» в Ливерпуле и блестяще позднее его описавшего:

«Помню один их концерт в Cavern (главная концертная точка “битлов” в родном городе А.П.). Как раз тогда Брайан Эпстайн стал их менеджером. Все в Ливерпуле знали, что Эпстайн – гей, и ­кто-то из публики выкрикнул: “Джон Леннон – ***!” А Джон – он всегда выступал без очков – положил гитару и спустился в толпу: “Кто это сказал?” Парень отвечает: “Это я, мать твою”. Джон подходит к нему и… делает ему “ливерпульский поцелуй”: головой в лицо, причем еще и дважды! Тот так и осел на пол, в каше из крови и собственных зубов. Джон поднялся на сцену. “Еще ­кто-нибудь?” – спросил он. Тишина. “Отлично. Следующая песня – Some Other Guy».

Выступление в зале кинотеатра «Гомон», Вулверхэмптон, 1963

В клубах и на улицах Ливерпуля и Гамбурга формировались лидерские качества Джона Леннона, так мощно проявленные им в 1960-х и внезапно приобретшие иной вид в 1970-х. The Beatles – изначально группа Леннона. Остальные, пускай и с очень небольшим разрывом, даже еще до появления названия, пришли уже в его (!) команду. Не случись именно в жизни Леннона той встречи с загадочной японской авангардисткой, неожиданно получившей железный контроль над потерявшим ориентиры и вкус к жизни Джоном, кто знает, что было бы с The Beatles.

Почти все сходятся во мнении, что распад группы имел бы чуть более затянувшийся характер: еще изрядное количество отличных совместных студийных сессий и уж точно эпизодические совместные выступления Джона, Пола, Джорджа и Ринго. Да, распад The Beatles был вопросом времени. В отличие от тех же The Rolling Stones и The Who, «великая ливерпульская четверка» осталась неповторимой сказкой, не став живой легендой. Распад The Beatles был обозначен в тот момент, когда группа прекратила концертную деятельность, а с появлением в жизни Леннона авантюристки-­авангардистки Оно – четко предопределен.

И дело тут не только в очевидной странности выбора Джона (пускай и изрядно подорвавшего сознание наркотиками), в чьих объятиях на пике битломании могли оказаться самые яркие женщины эпохи. Рано лишившийся матери, воспитанный строгой теткой Мими, он нашел в Йоко Оно не просто нечто неординарно-­авангардное и даже не новую «маму» (так он и называл Оно еще до рождения их сына Шона), но и менеджера, получившего безраздельную власть не только над деньгами, делами, мыслями и решениями, но и в конце концов над памятью Джона Леннона.

Нельзя сказать, что Оно совсем не тяготела к музицированию, а, точнее, тому, что она понимала под этим видом искусства. Эксперименты с некой «концептуальной» музыкой выливались в концерты, на одном из которых зрители слушали лишь звук шагов передвигающихся в полной темноте музыкантов, а на другом – оркестрантов связывали веревками и уводили со сцены. До музыки в ее традиционном понимании, даже со снисходительной ссылкой на «авангард», несмотря на заявленное «влияние Кейджа», в общем, никогда не доходило. Все сольные работы Оно во всех жанрах и во все годы имели одну ценность: с конца 1960-х их авторство принадлежало жене одного из самых популярных людей на планете. Отношение коллег Леннона по группе к неожиданно возникшей в их жизни японке можно легко заметить на поздних совместных фото и видео из студии The Beatles, куда Джон ­зачем-то все активнее притаскивал Оно и даже разрешал вносить (!) ­какие-то предложения. Особой теплоты и точно никаких музыкальных надежд в ее отношении не питал никто из других рок-музыкантов славной эпохи.

Тем не менее один, а, учитывая факт рождения младшего сына Леннона Шона, так и целых два важных аргумента, оправдывающих присутствие Оно в жизни Джона, определенно не отметить нельзя. Наверное, именно Йоко Оно во многом определила не только некий вектор сольного творчества Леннона, но и его общественную позицию: внимание к важнейшим проблемам современности – от борьбы против вой­ны во Вьетнаме до стремления привлечь внимание к проблемам расовой толерантности, правам женщин и полному неприятию музыкальных рамок.

Йоко Оно и Джон Леннон

Вернемся к музыке. Если не брать в расчет шумовой хлам, запечатленный на двух частях Unfinished Music и Wedding Album, а начать с John Lennon / Plastic Ono Band (1970), пройти через блистательный Imagine (1971) и нервный Mind Games (1973), проплыть под задумчивыми Walls and Bridges (1974) и завершить знакомство великолепным Double Fantasy (1980), то можно отчетливо проследить творческий рост Леннона.

Тем не менее, слушая его сольные альбомы и погружаясь в концертные записи, нужно четко помнить о том, что ни одна из пластинок Леннона не может быть воспринята вне исторических процессов, без понимания его личных переживаний, страстей и эмоций. Отчетливо понимая планетарный масштаб своего влияния, Джон Леннон стремился быть не только на острие новых музыкальных течений, но в первую очередь на передовой социальных баталий. Он допускал немало ошибок, но не ошибается только тот, кто ничего не делает, а это не про Леннона!

Веселый, нервный, безжалостный, умный, щедрый и неожиданно жестокий, но безгранично открытый ко всему новому и к миру, который Джон так хотел изменить.

В студии и на концертах к нему присоединялись лучшие музыканты его времени. Немногочисленные роли Леннона в кино прекрасны и гармоничны. Его книги – сборники очень смешных, абсурдистских рассказиков и стихотворений, до сих пор один из лучших образцов работы с языком, хотя и страшная головоломка для переводчиков. Сыновья Джулиан и Шон выпустили по несколько симпатичных пластинок.

Несмотря на то, что песни Джона Леннона написаны еще в прошлом веке, к ним обращаются не только как к блистательному музыкальному материалу или объекту исследований, но и в поиске верных жизненных ориентиров. Их перепевают, микшируют заново и предлагают свои версии и прочтения.

Одно из самых удивительных таких прочтений представил десять лет назад Оззи Осборн, так же как и Лемми Килмистер, исполняющий очень далекую от The Beatles и Леннона музыку. Именно его версия ленноновской How? вкупе с видео, запечатлевшим путь Оззи от Дакоты, где жил и был убит Леннон, до знаменитого мемориала Strаwberry Fields в нью-йоркском Центральном парке c намертво запечатанным в мозаичный круг воззванием Imagine, предельно точно передает пронзительные чувства и светлую грусть, которая возникает каждый раз 8 декабря при упоминании великого имени Джона Леннона.

Он всего лишь человек Контркультура

Он всего лишь человек

Пятьдесят лет назад вышла пластинка Jesus Christ Superstar

Людвиг ван хард-рокер Контркультура

Людвиг ван хард-рокер

Бетховен и «легкий жанр»

“Вежливый отказ” крупным планом
Контркультура

“Вежливый отказ” крупным планом

Тридцать пять карьерных лет – это вообще что?

Шалость удалась Контркультура

Шалость удалась

Проекту «Нечетный воин» исполнилось пятнадцать лет