И Рахманинов – такой молодой События

И Рахманинов – такой молодой

В Московской консерватории прозвучала мировая премьера дуэта из неоконченной юношеской оперы композитора

До 150-летия Сергея Рахманинова осталось не так много времени, а год его имени только набирает свои обороты – достаточно взглянуть на афишу концертных залов столицы и регионов. Чествуя «самого русского композитора», оркестры и сольные артисты в большинстве своем исполняют его популярные сочинения – Второй и Третий фортепианные концерты, «Вокализ», до-диез минорную Прелюдию, «Рапсодию на тему Паганини»… Дирижер Дмитрий Юровский также решил внести свой вклад в празднование юбилея Рахманинова, но пошел по иному пути, задумав представить его ранние сочинения, малоизвестные широкой публике. И не где-нибудь, а в родной alma mater Рахманинова – в Московской консерватории. И не с почти уже своим Госоркестром имени Светланова, а со студенческим коллективом. Музыку Рахманинова-юноши Юровский доверил исполнить, по сути, его сегодняшним сверстникам в стенах главного музыкального вуза страны – этой простой и одновременно гениальной идее маэстро можно было в хорошем смысле позавидовать. В Большом зале прозвучали симфоническая фантазия «Утес», Первый фортепианный концерт, симфоническая поэма «Князь Ростислав» и ария Алеко из одноименной оперы. А главным событием концерта под характерным названием «Молодой Рахманинов» стала мировая премьера дуэта из неоконченной оперы «Эсмеральда».

Ирина Долженко и Николай Казанский — исполнители дуэта из неоконченной оперы Рахманинова «Эсмеральда». Фото: Владимир Орехов

Первый концерт для фортепиано с оркестром Рахманинов написал в семнадцать лет, поэму «Князь Ростислав» – в восемнадцать, оперу «Алеко» – в девятнадцать, «Утес» – в двадцать. Это были самые что ни на есть студенческие опусы, которые при всей их значимости создавались, в общем, для очередного зачета / экзамена по композиции (Рахманинов учился в классах Танеева и Аренского). Но тогда их исполнение преподносилось как большое событие, которое явно тешило самолюбие молодых композиторов. Так, например, Первый фортепианный концерт был исполнен в Большом зале консерватории: за роялем – сам автор, за дирижерским пультом – тогдашний ректор Василий Сафонов (сегодняшние студенты-композиторы и не мечтают о том, чтобы заполучить Большой зал). Конечно, в этом сочинении чувствуется явное влияние концертов Шопена, Листа и прочих романтиков – музыковеды и вовсе называют Первый фортепианный концерт наивным и элементарным по изложению. Победитель Международного конкурса Рахманинова Александр Ключко выбрал для своего выступления вторую редакцию произведения, значительно переработанного композитором уже в зрелом возрасте. Пианист подчеркнул эмоциональность, пылкость, полетность, заложенные в этом цикле, приблизив свою интерпретацию к эстетике раннего Скрябина (его Первый фортепианный концерт написан в той же тональности и в целом очень похож на рахманиновский). В исполнении Ключко Рахманинов предстал взволнованным, трепетным юношей, увлекающимся крупной аккордовой техникой, выражающим свои сомнения и робкие надежды в лирических темах – их, к слову, Симфонический оркестр студентов Московской консерватории играл с потрясающим воодушевлением.

Александр Ключко. Фото: Евгений Евтюхов

Симфоническую поэму «Князь Ростислав» по одноименной поэме Алексея Толстого Рахманинов написал также в годы студенчества, однако так вышло, что впервые этот опус был исполнен аж в 1945 году, когда композитора уже два года как не было на свете. «Князь Ростислав», пожалуй, одно из самых удивительных сочинений Рахманинова, поскольку оно стилистически заметно выбивается из всего сочиненного и до, и после. Уже в медленном вступлении эпического плана начинают всплывать тени Римского-Корсакова, Лядова, Глазунова, и невольно задумываешься, почему вдруг у Рахманинова появилось увлечение музыкой композиторов петербургской – «противоположной» – школы. Дмитрий Юровский выстроил последовательную и четкую драматургию этой одночастной поэмы, неспешно разворачивающуюся вплоть до кульминации у всего оркестра и последующего наступления «богатырской» темы. Его подопечные, в целом очень достойно проявившие себя на протяжении всего вечера, безукоризненно выполняли задачи своего временного руководителя, явно чувствуя с ним контакт. В том же эпическом сказочном ключе предстала и симфоническая фантазия «Утес» – пусть и не консерваторская работа Рахманинова, но блестящий пример его юношеских исканий собственного музыкального языка. Здесь также ощущаются аллюзии на симфонические антракты опер Римского-Корсакова (колористическая оркестровка, игра тембрами), но характер и развитие тем, облаченных в узнаваемые рахманиновские гармонии, намекают на то, что композитор значительно вырос, снял с плеч достижения предшественников и отправился дальше.

Дмитрий Юровский: Музыка Цемлинского становится все более актуальной

Опера «Алеко», как известно, была дипломной работой Рахманинова-выпускника, который даже и не подозревал, что совсем скоро «диплом» будет поставлен в Большом театре и удостоится восторженной оценки Чайковского. И можно с уверенностью сказать, что «Алеко» – это самое совершенное и самобытное сочинение из ранних рахманиновских произведений.  Бас-баритон Николай Казанский исполнил арию Алеко со всей присущей ей страстностью, а оркестр наполнил заключительные такты этого монолога драматическим звучанием самого высокого накала. Также Казанский и меццо-сопрано Ирина Долженко приняли участие в исполнении мировой премьеры дуэта из неоконченной оперы Рахманинова «Эсмеральда». За эту музыку композитор взялся в пятнадцатилетнем возрасте – оставил лишь наброски и, очевидно, потеряв интерес к сюжету Гюго (или засомневавшись в своих силах), эту затею оставил. А Дмитрий Юровский ее подхватил. Найдя в архиве Российского национального музея музыки рукопись интродукции к первому акту, фрагменты к третьему и дуэт Клода Фролло и старухи Шантфлери, дирижер сделал редакцию и свою оркестровку последнего. Получилось крайне любопытно – такой пример речитативной оперы (как позже в «Монне Ванне»), в которой партии солистов еще не отделены от оркестра, а от постоянного динамического нагнетания становится скучно. Но что мы хотим от молодого Рахманинова – нескладного подростка? Теперь дело за его нынешними коллегами, студентами-композиторами Московской консерватории. Ждем «Эсмеральду» целиком – и даже если она будет с кластерами и в сонорной технике.

Шесть часов в Доме Радио События

Шесть часов в Доме Радио

От барочного натюрморта до композитора за диджейским пультом

Девять лет спустя События

Девять лет спустя

Академический симфонический оркестр Самарской филармонии выступил в Москве

В ночь лунного затмения События

В ночь лунного затмения

В Башкирском театре оперы и балета обратились к национальной опере

Юбилей Владимира Федосеева справили по-русски События

Юбилей Владимира Федосеева справили по-русски

В альма-матер дирижера прозвучали Чайковский и Свиридов