Конь Байярд привез к победе События

Конь Байярд привез к победе

Призы Третьего композиторского конкурса AVANTI уехали в Петербург, Пермь, Уфу, Казань

Можно долго рассуждать на тему нужности композиторских конкурсов для развития и продвижения музыкального искусства. А можно просто привести слова композитора Ольги Бочихиной, члена жюри одного из таких соревнований – Третьего Всероссийского конкурса AVANTI, организованного Союзом композиторов России: за год пришлось просмотреть несколько сотен партитур. Причем, по замечанию другого члена жюри, петербуржца Александра Радвиловича, среди сочинений-претендентов было гораздо больше, чем дюжина, достойных премий и счастливой публичной судьбы. Но тут уже вступили в силу такие ограничители, как существующее количество призов и регламент заключительного концерта победителей, что состоялся в  октябре в Малом зале Московской консерватории. Однако, уверяют арбитры, их отбор непредвзят: конкурс был анонимным, и, по признанию той же Ольги, порой было отдельным открытием узнать в момент подведения итогов – «ах вот кто ты, мой тайный собеседник». Как ни удивительно, эту интригу узнавания отчасти довелось испытать и автору настоящей заметки…

Но обо всем по порядку. Начну с сочинения, рядом с названием которого в моем блокноте стоит жирный плюс. Это инструментальный секстет 32-летнего Константина Комольцева из Перми Sommernacht («Летняя ночь»). Правда, в происхождении названия, вроде бы связанного с творчеством Кнута Гамсуна (в свою очередь близкого к немецкой культуре), а с другой стороны как-то навеянного проходившими в то время в Пермской опере репетициями «Лючии ди Ламмармур», я не очень разобрался. Но это кружевное плетение песенных и танцевальных мотивов, порхающих «птичьих» напевов, колокольных звонов рояля, проявляющееся из начальных неясных шорохов и тонущее в аморфном космическом гуле, создало для меня образ нашей планеты как хрупкого островка тепла и света в безбрежном холодном пространстве.

Вторая плюсовая метка досталась обаятельному, чуть «малеровскому» по духу «Лирическому гимну» для сопрано, скрипки и женского хора – вот только кого, я не сразу разобрал, поскольку объявлял номера программы замечательный музыковед Ярослав Тимофеев, известный не только повышенной интеллигентностью, но и крайне тихим голосом. Уловил я только, что вроде «про коня Баяна» и на мотив киргизской народной песни, а фамилия композитора – Камоэнс или типа того. Лишь последующее чтение буклета прояснило: песенка бельгийская, волшебного коня зовут Байярд – это персонаж эпоса об императоре Карле Великом, со временем перекочевавший в детский фольклор, а композитор – все тот же Комольцев! Рассказал же я вам эту длинную историю лишь для того, чтобы подтвердить, что и с моей стороны оценка прозвучавших сочинений, надеюсь, достаточно беспристрастна: я ведь подчас не знал, кому ее ставлю.

Впрочем, третий плюс ушел вполне осознанно к дуэту домр «На круги своя» казанского композитора Елены Анисимовой. Оказалось, диалог этих звончатых инструментов прекрасно передает ощущение бега жизни с его тесным соседством взлетов и падений, где усмешка и драма, вальс и размышление, гармония и атональность неразрывно переплетены.

Образ бега жизни, стержневой для мирового искусства, проявился и в других сочинениях программы – например, композиции для скрипки соло «Бегство впереди себя» петербуржца Алексея Крашенинникова, навеянной одноименным рисунком Пауля Клее с человечком, от спешки раздвоившимся и не догоняющим самого себя (донести этот смысл помогают две электронные loop-машины, подхватывающие и «размножающие» звук скрипки). Примерно об том же – Generation Ctrl-C (или в вольном переводе «Поколение копипаста») Антона Светличного из Ростова-на-Дону. Особо отмечу блистательное исполнение пианистки Наталии Черкасовой, одинаково артистичной, и когда она гремит ритмами а-ля Седьмая соната Прокофьева по клавиатуре, и когда «лазит» за струнными флажолетами в нутро рояля, и когда иронично воспроизводит «цитаты времени» – приветственный мотивчик Windows, звонок «Нокиа», музыку из «Гарри Поттера»… Впрочем, как мы уже убедились, слишком доверять авторским названиям или комментариям опасно. Ну вот Red Square петербуржца Игоря Друха (отнюдь не о Красной площади, как вы могли подумать): что в этом инструментальном трио, балансирующем между гармониями Бартока, ритмами Стравинского и минимализмом Гласса, напоминает о «Красном квадрате» Малевича, которым якобы навеяно?

Ненамного мотивированней представилась хоровая «Хомония» екатеринбуржца Диниса Курбанова: ну как «отказ от слов – это отказ от всего мирского», да от такого «утверждения» любой священник камня на камне не оставит. Хотя сами по себе дискантовые звучания этой партитуры вполне красивы и даже благостны.

И совсем запутал теоретическими выкладками типа «интервальный ряд уже дан в инверсии и смещен на одну позицию в числовой последовательности» Денис Писаревский – при том, что его Notecracker («Щелкунчик нот») для маримбы соло в головокружительном исполнении Елисея Дрегалина увлек оригинальными звучаниями, а в пьесе явно угадывается сюжет в духе «Петрушки» Стравинского… Ну, в 27 лет (столько Писаревскому) можно и потроллить публику. Совсем в другом состоянии духа – 61-летний Андрей Микита, один из самых известных сегодня московских авторов, взявшийся за своего рода «Малые Страсти по Матфею» – его композиция для хора и органа Jesum autem flagellatum («…А Иисуса, бив…») пронизана истовой скорбью, хотя, может быть, чересчур предсказуема в своем пафосе.

Напротив, уфимец Валерий Скобёлкин сделал свою обработку народной башкирской песни «Сынрау торна» сколько можно не претенциозной – а как интригует слух, помимо красоты мотива, сочетание «пения» курая (это национальная тростниковая флейта) в руках мастера Марселя Вахитова и органного «хорала» в воспроизведении Константина Волостнова!

Эта удача вполне оправдала в моих глазах композитора за не слишком увлекательное «Скерцо пиццикато» для струнного квартета. Хотя – вот парадокс – именно «Скерцо» жюри под председательством Александра Чайковского поставило на первое место в категории «сочинение для камерного ансамбля». А на второе столь же озадачивающе поместило «Размышленьице» екатеринбуржца Романа Цыпышева для инструментального квинтета – милый, но, на мой взгляд, совершенно не обязательный пустячок.

Ну и самое время дать официальный список премий. 3-ю среди камерных ансамблей разделили Red Square Игоря Друха и Sommernacht Константина Комольцева. В вокальных/хоровых опусах лучшим признан «Лирический гимн» Константина Комольцева, 2-е место у Jesum upsem flagellatum Андрея Микиты, 3-е у «Хомонии» Диниса Курбанова. Среди сочинений с участием этнических инструментов 2-е премии получили Елена Анисимова за «На круги своя» и «Сынрау торна» Валерия Скобёлкина. Среди инструментальных соло/дуэтов победило «Бегство впереди себя» Алексея Крашенинникова, 2-ю премию получил Notecracker Дениса Писаревского, 3-ю – Generation Ctrl-C Антона Светличного.

Отмечу прекрасный исполнительский уровень программы, куда организаторы пригласили Московский ансамбль современной музыки, Камерный хор Московской консерватории, Евгению Кривицкую (орган), Екатерину Мочалову и Юлию Неверову (домры). Наконец, мой совет всем не попавшим на концерт – следить за релизами фирмы «Мелодия», которая записала эту уникальную программу.

Трагедия и вечный свет События

Трагедия и вечный свет

Фортепианный вечер российско-немецкого музыканта Льва Винокура в Большом зале Петербургской филармонии, названный «In mеmoriam», заставил по-новому взглянуть на проблему трагического в музыке и стал поводом для серьезных размышлений.

Жесткое приземление после полета в Элизиум События

Жесткое приземление после полета в Элизиум

Фестиваль «Другое пространство» стал одним из главных событий московского музыкального года

Титаны и россиянин События

Титаны и россиянин

Шельси, Лигети и Невский на «Другом пространстве»

Противовирусный рейв Теодора Курентзиса События

Противовирусный рейв Теодора Курентзиса

В Перми прошел трехдневный фестиваль «Дягилев +»