Контрасты 1930-х События

Контрасты 1930-х

От «Озарений» до «Траурного концерта»

Концерт в «Зарядье» под названием «ХХ век – век поиска» стал одним из главных акцентов Второго Зимнего международного фестиваля Юрия Башмета. Он необычен во многих отношениях, но особенно – концепцией программы, продуманной с особой тщательностью.

Четыре великих композиторских имени: Бриттен, Хартман, Стравинский, Равель. Четыре произведения: вокальный цикл «Озарения», Concerto funebre для скрипки и струнных, «Итальянская сюита» для виолончели и камерного оркестра и Концерт № 1 для фортепиано. Четыре солиста из четырех стран: Богдан Волков (Россия), Патриция Копачинская (Швейцария), Иштван Вардаи (Венгрия), Давид Фрай (Франция). 4х4 – сплошная магия цифр! А здесь еще и два плюс два: два произведения в первом отделении, два во втором. Два оркестра – «Солисты Москвы» и «Новая Россия». Над всеми этими двой­ками и четверками, четностями и квадратами – только один дирижер: Юрий Башмет.

1930-е – страшное время: время национализма, милитаризма, тоталитарных режимов. И эту гнетущую атмосферу в полной мере выразил в своем «Траурном концерте» (Concerto funebre, 1939) немецкий композитор Карл Амадеус Хартман (1905–1963), убежденный противник нацизма, поневоле ушедший во внутреннюю эмиграцию. Это его самое известное сочинение в России звучит крайне редко (впервые его в 2007 году исполнил у нас Владимир Спиваков с НФОР под управлением Иона Марина). В четырехчастном опусе преобладают медленные темпы, нервные, тревожные вибрации, необыкновенно созвучные Шостаковичу, особенно его Одиннадцатой симфонии «1905 год», написанной, правда, спустя 18 лет – в 1957 году. И там, и там в качестве одного из главных лейтмотивов используется революционная песня «Вы жертвою пали». Трудно придумать ­что-то более мрачное. Но вместе с тем музыка Хартмана возвышенна, благородна, красива, и Патриции Копачинской удалось это с блеском раскрыть. Скрипачка была, как всегда, импульсивна, эмоциональна и, как обычно, босиком. Концерт Хартмана явил серьезный контраст куда более оптимистичным и светлым остальным трем произведениям и, пожалуй, стал кульминацией вечера. Он прозвучал в конце первого отделения, и публика отправилась на перерыв подумать об услышанном. Но на самом деле в антракте обсуждали босоногость Патриции, гадая о том, что за ней кроется. «Возможно, ощущение энергетики пола, земли?» – подслушала я в кулуарах. Примерно так объясняет этот феномен и сама артистка.

Патриция Копачинская

Но открыло вечер другое знаковое произведение – лирический вокальный цикл «Озарения» на стихи Артюра Рембо, написанный Бриттеном в 1939 году для сопрано Софи Висс (цикл также исполнял Питер Пирс). Тоже редкость у нас, и публике очень повезло послушать его в исполнении Богдана Волкова – одного из лучших теноров нашего времени, который весьма мудро уделяет серьезное внимание камерной музыке. Богдан не впервые поет Бриттена (в его репертуаре «Серенада» и один из «Кантиклей»), но с «Озарениями» дебютировал как раз в тот вечер. Как рассказал мне артист, он давно мечтал спеть эти девять миниатюр, поэтому охотно откликнулся на предложение Юрия Башмета и специально для этого концерта выучил непростой текст на французском. Впрочем, Богдану этот язык особенно близок («Чувствую, что это мой язык, хотя, к сожалению, не говорю на нем свободно»), и впоследствии он намерен наращивать франкофонный репертуар. Помимо Питера Пирса, цикл пели именитые артисты – Патрисия Петибон, Йен Бостридж, и Богдан Волков – достойный продолжатель этой эстафеты. В данном случае мы стали свидетелями очень точного «попадания» материала в исполнителя, голос его звучал свежо, разнообразно, без ­какого-либо форсажа. И очень насыщенно в акустике «Зарядья». В конце (песня Départ – «Уход») этот голос как будто «растворился»… Долгая пауза и бурные аплодисменты.

Второе отделение было гораздо более духоподъемным. Лауреат Конкурса Чайковского Иштван Вардаи в «Итальянской сюите» для виолончели с оркестром (из балета «Пульчинелла»), правда, не всегда был интонационно безупречен и в целом не потряс ­какой-то особой харизмой. Скорее тут «первую скрипку» сыграл оркестр («Новая Россия»). Гораздо более эффектно прозвучал в финале жизнерадостный Первый фортепианный концерт Равеля. Солист Давид Фрай сыграл его с подлинным французским шиком – под стать самому произведению, в котором и ассоциации с изысками Эрика Сати, и приджазованность в духе времени, и роскошный, как всегда у Равеля, оркестр.

А вообще, организовать такой концерт в январе 2021-го, когда почти все границы еще на замке, – нечто из разряда фантастики. Как Русскому концертному агентству и Юрию Башмету удалось привезти столько зарубежных солистов, да еще с такой эксклюзивной, нетривиальной программой, знает, наверное, только директор фестиваля Дмитрий Гринченко.

Богдан Волков

P. S. На бис, кстати, Юрий Башмет и «Новая Россия» сыграли Адажио из «Спартака» Хачатуряна. Неожиданно – ведь сегодня это тоже редкость!

Без страха смотреть на небо События

Без страха смотреть на небо

На Камерной сцене Большого театра представили «диалог» двух опер послевоенного времени

Пасха. Классика. Туризм События

Пасха. Классика. Туризм

С 1 по 9 мая в Ярославле прошел ХIII Международный музыкальный фестиваль Юрия Башмета

На тихом морском берегу События

На тихом морском берегу

Владимир Юровский приурочил фестиваль к 50-летию со дня смерти Игоря Стравинского

Второе рождение Александра Невского События

Второе рождение Александра Невского

На фестивале Юрия Башмета в Ярославле отпраздновали 800-летие Александра Невского