Кринж, Яндекс Алиса и любовь к Петербургу События

Кринж, Яндекс Алиса и любовь к Петербургу

В Атриуме Главного штаба в рамках «XXIII Международной недели консерваторий» состоялся концерт «Петербургские художники звука»

Эта, возможно, самая необычная и провокационная за всю историю фестиваля программа, стала предметом дискуссии не только у публики, но и среди молодых музыковедов, принявших участие в творческой мастерской по музыкальной журналистике (руководитель – профессор Евгения Кривицкая). Программа явила собой настоящий эксперимент: по замыслу организаторов (композиторов Антона Танонова и Артура Зобнина) был избран формат мультимедиа-концерта с использованием алгоритмов искусственного интеллекта YandexGPT. С их помощью была создана визуализация звучащей музыки (которая, к сожалению, мало соответствовала ей), а также в качестве ведущего концерта выступил – знакомый всем голос Яндекс Алисы, который уже с момента вступительной речи вызвал смешанные чувства.

Программа оказалась довольно любопытной: в ней были исполнены как сочинения молодых авторов – студентов Санкт-Петербургской консерватории, в том числе победителей конкурса на создание произведений специально для этого концерта, – так и уже прославленных мастеров – Бориса Тищенко, Антона Танонова, Сергея Слонимского, Настасьи Хрущёвой… Немалая часть произведений, прозвучавших в этот вечер, была вдохновлена темой любви к Санкт-Петербургу (о чем публика узнала из комментариев Алисы), ностальгии по воспоминаниям, связанным с самыми разными уголками города. Но музыка, которая при этом звучала, вызывала ассоциации как минимум не совсем соответствующие понятию любви, а как максимум – ему противоречащие, а иногда – попросту ужасающие.

Концерт открыло весьма символичное для этой программы сочинение Константина Степанова «Песенка про потерянный дом» – эксцентричное, «хулиганское», с интересным тембровым решением, обилием колоритных диссонантных «клякс» и эпатажными строками о «кривоногом и кринжовом» композиторе (имелся в виду Цезарь Кюи), мелодии которого ныне забыты, как и он сам. Отзвучав, это яркое провокационное произведение, оставило неизгладимое впечатление у слушателей и желание спросить: а чем же так провинился перед автором Кюи?

Как оказалось впоследствии, – это было далеко не самый неоднозначный номер. Последовавшие за ним сочинения с их жестким, тяжело воспринимаемым на слух скрежетом и тревожными ритмами все больше погружали зрителя в мрачно-депрессивную атмосферу и вызывали катарсические ощущения и облегчение всякий раз, когда музыка прекращалась. Дважды видеоряд нейросети сменяло авторское видео, которое лишь усугубляло пессимистическое содержание произведений (казалось бы, посвящённых любви к Петербургу). В пьесе «Днем так же темно, как и ночью» Артура Зобнина видеоряд изображал паническое блуждание по катакомбам во мраке, а в опусе Олега Гудачева «Сегодня мы были так прекрасны» – психоделическую картину странно двигающихся человеческих фигур в агрессивно-красном свете. Сочинение с таким обманчиво нежным названием стало пиком всеобщего напряжения. Начавшись волшебным завораживающим пением русалок, за первые пару минут музыка разошлась до жутких сирен, напоминающих воздушную тревогу, звучащих под беспрестанную давящую вибрацию, мучительно оглушающую слушателя. Возможно, такой эффект и был нужен? Однако вопрос убедительности соотношения музыки с названием и аннотацией, как и цель создания такого эффекта, остается открытым.

Ситуацию усугубляла неудачная звукорежиссура концерта: вероятно, чтобы сгладить неудобства акустики атриума, было принято решение поставить микрофоны у каждого исполнителя и усилить звук, но в итоге колонки звучали слишком громко и создавали преувеличенный резонанс.

Произведение Гудачева вызвало максимально противоречивую реакцию: пока одни аплодировали стоя и кричали «браво», другие в возмущении покидали зал.

После такого невероятного напряжения сочинения Тищенко, Танонова и Слонимского стали отдохновением: яркие, эмоциональные, концептуальные, и самое главное – понятные простому слушателю, они дарили гораздо больше удовольствия.

«Вишенкой на торте» стало финальное «Словно в сказке» Настасьи Хрущёвой – самая светлая, очаровательнейшая музыка этого вечера. Она подкупила изящной простотой, вкрадчивым звучанием ансамбля духовых, струнных и рояля, «подкрашенным» сочным тембром меццо-сопрано. Солистка Маргарита Шмакова сумела передать необычный эффект двух разный исполнителей, соединившихся в одном: первую часть сочинения она пела на высоком шепчущем субтоне, словно ребенок-дискант, а во второй как раз раскрывалась вся глубина и сила ее голоса. Этот потрясающий номер оставил зрителям приятный шлейф сказочного волшебства по завершении вечера.

Отдельно хочется поблагодарить исполнителей, чей высокий профессионализм, выдержку и смелость выступить с такими сложными произведениями нельзя не отметить. Восхищение вызвали сопрано Мария Степанова и тенор Илья Звягинцев, которые просто заворожили слушателей своим пением.

Не только концепция мероприятия, но и сама музыка, звучащая на концерте, как уже подчеркивалось, оказались крайне неоднозначными, но оттого и невероятно интересными и интригующими. Что касается эксперимента с искусственным интеллектом – в конечном итоге нельзя утверждать, что он действительно удался: все-таки живое слово, искренние эмоции и теплую интонацию ничто не способно заменить.

Возьмите мое сердце События

Возьмите мое сердце

В Большом зале Санкт-Петербургской филармонии, а затем дважды в Москве, в «Зарядье», хор и оркестр musicAeterna под управлением Курентзиса исполнили «Страсти по Матфею» Баха

Век учись События

Век учись

В Москве презентовали новый подход к обучению оперных критиков

Брамс – дело благородное События

Брамс – дело благородное

Александр Ключко и ГАСО имени Светланова под управлением Алексея Рубина представили два фортепианных концерта Брамса в КЗЧ

Неуловимое обаяние «советского Голливуда» События

Неуловимое обаяние «советского Голливуда»

Мюзикл «Веселые ребята» на сцене Московского театра на Таганке