Leoncavallo: Zingari</br>Krassimira Stoyanova, Arsen Soghomonyan, Stephen Gaertner, Łukasz Golínski</br>Opera Rara Chorus, Royal Philharmonic Orchestra</br>Carlo Rizzi</br>Opera Rara Релизы

Leoncavallo: Zingari
Krassimira Stoyanova, Arsen Soghomonyan, Stephen Gaertner, Łukasz Golínski
Opera Rara Chorus, Royal Philharmonic Orchestra
Carlo Rizzi
Opera Rara

Мир знает Леонкавалло как композитора одной оперы — «Паяцев», ставящейся в большинстве оперных театров планеты. Меньшей части мира известно, что в наследии композитора есть еще несколько не только опер, но и оперетт. Среди названий — «Заза», которая нет-нет да ­­где-нибудь на страх и риск ставится, есть пылящиеся в архивах, но захватывающие дух «Медичи», «Чаттертон» или даже «Роланд Берлинский». Нет сомнений, как интенсивно и в разные стороны искал молодой неаполитанец свои сюжеты, чтобы вписаться в утопающий в операх европейский контекст. Сегодня труднее всего пришлось бы «Богеме» Леонкавалло конкурировать с одноименным шедевром его коллеги Пуччини, хотя по многим параметрам это сочинение Руджеро ничуть не уступает, а даже превосходит опус Джакомо. А вот у недавно отреставрированной и записанной оперы «Цыгане» есть все шансы стать новым репертуарным шлягером.

В России броское название могло бы прижиться благодаря «нашему всему» — Александру Сергеевичу Пушкину, чье одноименное произведение и стало источником вдохновения для Леонкавалло. Хотя на деле от него остался скорее лишь пышный экзотический колорит, вдохновленный романтическим образом и нравами вольнолюбивого народа, живущего безудержными страстями. Вместо Земфиры — Флеана, вместо Алеко — дворянин Раду. Флеана здесь предпочитает тенору баритона — поэта Тамара, а Раду продолжает линию тенора-­­ревнивца, идущую от Хозе, Отелло и Канио. В финале страстных любовников он не закалывает, а поджигает.

«Цыгане» Леонкавалло увидели свет в Лондоне в 1912 году, спустя двадцать лет после колоссального триумфа «Паяцев» в Милане. К этому времени уже вовсю блистал Пуччини, поэтому Леонкавалло пришлось позаботиться о красочности и усиленной плакатной броскости партитуры. Оперу открывает на берегу Дуная совсем не цыганский звонкий заразительный полонез, в котором, конечно, есть вьющиеся змеиные хроматизмы, традиционно маркирующие этнос. А стук молоточков там не может не напомнить знатокам… правильно, «Трубадура» Верди. Его тень неочевидным призраком носится над «Цыганами», вплоть до финала — пожара, огорошивая косвенным ситуативным сходством с казнью на костре. Однако стилистика оперы Леонкавалло в целом все же далека от Верди. Леонкавалло здесь изощряется на все лады, обогащая оркестровую палитру и выписывая прихотливые ритмомелодические рисунки в изображении живописных звуковых «джунглей» мира цыганской свободы, заботясь о динамичных контрастах, распаляя температуру происходящего до финального пожара. В разработке экзотических ладов в ней больше генетических связей с «Лакме», с плясками из «Самсона и Далилы», с бодрящим закарпатским звуковым топосом, сдобренным цимбалами. И, конечно, с музыкой «Паяцев» — топовым детищем Леонкавалло, о чем напоминает уже увертюра.

В идеально подобранном касте маэстро Карло Рицци учел разные факторы, среди которых не только превосходные голоса с очень богатыми тембрами. Болгарка Крассимира Стоянова в партии Флеаны — идеальная пуччиниевская дива, дарящая своим вокалом раздольное, безграничное наслаждение. Армянин Арсен Согомонян с глубокой рефлексией горделивых интонаций — безупречный претендент на роль Раду, как и американец Стефан Гертнер с глянцевым блеском его баритона — эффект­ный чувственный Тамар.

ОРКиКО <br> СУП <br> ГЕОМЕТРИЯ Релизы

ОРКиКО
СУП
ГЕОМЕТРИЯ

Japan Czech Inspiration </br> Pilsen Philharmonic Orchestra </br> Chuhei Iwasaki </br> ARS Produktion Релизы

Japan Czech Inspiration
Pilsen Philharmonic Orchestra
Chuhei Iwasaki
ARS Produktion

Janáček. Brahms. Bartók </br> Patricia Kopatchinskaja, Fazıl Say </br> Alpha Classics Релизы

Janáček. Brahms. Bartók
Patricia Kopatchinskaja, Fazıl Say 
Alpha Classics

На волнах нашей памяти Релизы

На волнах нашей памяти

«Фирма Мелодия» переиздала на виниле альбом «По волне моей памяти» — легендарную сюиту композитора Давида Тухманова, вершину отечественного композиторского арт-рока середины 1970-х годов.