Неопределенное время События

Неопределенное время

Заключительная церемония фестиваля «Золотая Маска» была посвящена забавному будущему, но говорили на ней о тревожном настоящем

Похожую антиутопию не придумал даже Евгений Замятин в романе «Мы»: на сцену Большого театра, семеня, выходят и крутятся два десятка зеленых однотипных существ, а оркестр народных инструментов имени Зыкиной играет эпический образец русского минимализма. Композитор Алексей Наджаров приложил к церемонии, которую поставила Нина Чусова, и немало электронных роботизированных звуков, а драматург Валерий Печейкин сочинил целую версию существования в будущем различных театральных жанров, из которой следовало, что минимальное взаимопонимание между роботом и человеком все-таки останется. Общими усилиями они наплодят столько искусства, что на него не напасешься никаких премий.

Трудно было уже и сейчас – сотни спектаклей, десятки номинаций. И все-таки главное – та ситуация, на фоне которой проходил фестиваль и о которой только и говорили на церемонии между вскрытием конвертов, танцами роботов и полетами дирижаблей. Уже во вступительном слове директор «Золотой Маски» Мария Ревякина назвала имена Алексея Малобродского, Кирилла Серебренникова, Юрия Итина и Софьи Апфельбаум, а зал поддержал ее долгими аплодисментами. Театральное сообщество проявило удивительное единство. Имена фигурантов дела «Седьмой студии» называл каждый пятый, потом каждый второй, а в конце буквально каждый, кто поднимался на сцену за своей наградой. Последними были Юрий Бутусов, названный лучшим режиссером за спектакль «Дядя Ваня» в петербургском Театре имени Ленсовета (где с недавних пор не работает сам награжденный), и Лев Додин, чья работа «Страх Любовь Отчаяние» в Малом драматическом театре – Театре Европы была названа лучшим драматическим спектаклем большой формы.

Проявление гражданской солидарности с коллегами говорило, в первую очередь, о человеческой поддержке: нелегко праздновать завершение фестиваля в то время, когда один из коллег находится в переполненной и прокуренной тюремной камере. Но не только: ситуация задевает и профессиональную сферу, в том числе правомерность существования премии: если сильный режиссер находится под домашним арестом, то победы его коллег несколько обесцениваются.

Кирилл Серебренников, однако, успел поставить в сезоне 2016/2017 работы и в драматическом, и в оперном театре. Они были замечены жюри: формулировка спецприза жюри драматического театра звучит так: «Коллективу театра “Гоголь-центр” под руководством Кирилла Серебренникова – За создание пространства творческой свободы и смелые поиски языка театральной современности». Награду в номинации «Лучшая женская роль в драме» получила Алла Демидова за спектакль «Ахматова. Поэма без героя», который актриса сама поставила в «Гоголь-центре» в режиссерском соавторстве с Серебренниковым. Наконец, Серебренников был назван «Лучшим режиссером в опере» – за спектакль театра «Геликон-опера» «Чаадский».

В иные времена такое количество призов или даже любой из них по отдельности мог бы обсуждаться с чисто профессиональных позиций. Теперь, к сожалению, творческие соображения должны умолкнуть перед этическими и коллегиальными. Ведущая театральная премия страны, объединив театральное сообщество, выступает в поддержку коллег, но при этом сама жертвует толикой профессиональной принципиальности. Такова объективная ситуация на нынешний год.

Она не исключает разговора о важных наградах, которые было нелегко отдать в верные руки – например, в разделе «Опера», где сезон выдался весьма сильным.

Нелегко праздновать завершение фестиваля в то время, когда один из коллег находится в переполненной и прокуренной тюремной камере

Конечно, победа спектакля «Билли Бадд» была предсказуемой. Стопроцентно мужская по составу персонажей опера Бенджамина Бриттена, поставленная на Новой сцене Большого театра в копродукции с Английской национальной оперой и Немецкой оперой Берлина, заявила такой уровень художественной высоты – драматургической, но прежде всего музыкальной, – что вопрос состоял только в том, завалить ее наградами или все же оставить сколько-то премий и для других удавшихся спектаклей.

Жюри проявило взвешенность. «Билли Бадд» – «Лучший спектакль в опере» – оказался вне конкуренции, как и его сценограф Пол Стейнберг, награжденный за «Лучшую работу художника в музыкальном театре».

Остальные награды символизировали успех других оперных работ. Екатеринбургская «Пассажирка», женская концлагерная опера Моисея Вайнберга, была награждена в лице дирижера Оливера фон Дохнаньи и артистки Надежды Бабинцевой, дерзким образом отобравшей «Маску» в номинации «Лучшая женская роль в опере» у самой Анны Нетребко. Это вызывающее по отношению к мировому истеблишменту решение жюри компенсировало спецпризом Анне Нетребко и Юсифу Эйвазову «За уникальный творческий дуэт в спектакле Большого театра “Манон Леско”».

«Фауст» из «Новой Оперы» получил награду «За лучшую мужскую роль в опере» в лице баса Евгения Ставинского, спевшего незабываемого Мефистофеля.

«Саломея» из Мариинского театра была заявлена в нескольких номинациях, и в одной все-таки получила «Маску» – автором «Лучшей работы художника по свету в музыкальном театре» назван Александр Наумов.

Часть команды пермского спектакля “Cantos” – Ксения Перетрухина, Семен Александровский, Леша Лобанов, Теодор Курентзис

 

Без Перми и Теодора Курентзиса в оперном жанре, конечно, не обошлось. Спецприз музыкального жюри был выдан спектаклю «Cantos» Театра оперы и балета имени П. И. Чайковского, Пермь (Алексей Сюмак, Семен Александровский, Ксения Перетрухина, Леша Лобанов, Ксения Гамарис, хор musicAeterna и Теодор Курентзис) «За художественную целостность и создание новаторской формы музыкального спектакля ансамблем авторов и исполнителей». Точнее не скажешь, а мы все-таки можем выделить лидера перечисленной команды: сценограф Ксения Перетрухина, создавшая спектакль-путешествие почти такого же полета, как «Билли Бадд» в Большом театре. Молодой, но опытный мастер, Перетрухина сегодня пришла к истинной зрелости и одновременно признанию: она же получила премию как сценограф в драме – за спектакль «Дыхание» в Театре наций.

Дубль сделал Алексей Сюмак, взявший «Маску» за «Лучшую работу композитора в музыкальном театре».

О чем приходится жалеть – о том, что остался не отмечен Владимир Федосеев, а ведь «Турандот» в театре «Геликон-опера» – первая работа выдающегося дирижера (возможно, не всегда выступающего одинаково ровно) в отечественном музыкальном театре.

Гусары – молчать! События

Гусары – молчать!

В Мариинском театре поселилась «Летучая мышь»

Спляшем, Фрида, спляшем! События

Спляшем, Фрида, спляшем!

Владимир Варнава поставил в Мариинском театре «Быка на крыше»

Сказка против эпидемии События

Сказка против эпидемии

Новую сценическую версию оперы «Ночь перед Рождеством» Н.

Королева беженцев События

Королева беженцев

Фестиваль «Золотая Маска» стартовал серией трехдневных показов оперы «Дидона и Эней» Пёрселла на Новой сцене Большого театра