Одиннадцать историй из кипарисового сундука История

Одиннадцать историй из кипарисового сундука

История 4. Вид из «комнаты Петрушки»

Мы продолжаем публикацию эссе, посвященных И. Ф. Стравинскому и его близким, на основе материалов из архива «Фонда семьи Ф. И. Стравинского и его сыновей».

Летом 1881 года отец композитора занимался поиском новой квартиры для семьи. «…Я пытался, пытался и пытался и все понапрасну. Искал того, чего нельзя было найти, ибо то, что мы с тобой проектировали, были розовые надежды, которые и растаяли после двухдневных моих похождений в поисках квартиры. Но как всякий труд, как всякая тяжелая работа по большей части венчается успехом, так и мое горькое прозябание и угнетенное существование с 22-го и по сей день, проведенное в страшных трудах, неестественно напряженных и тому подобных усилий, все же наконец увенчаются успехом, хотя и не во втором этаже, но не меньше блестящем третьем [1] <…>», – пишет Федор Игнатьевич жене Анне Кирилловне 30 августа 1881 года из Петербурга в Киев.

Семья Стравинских поселилась в доме № 27/6–8 на углу Офицерской улицы (ныне улица Декабристов) и Крюкова канала в квартире № 66. В квартире из девяти комнат, где обитала семья Стравинских, главной достопримечательностью считалось помещение с огромными книжными стеллажами – семейная библиотека, любовно собранная главой семьи – Федором Игнатьевичем. Ее всегда с гордостью показывали друзьям дома и гостям. Редкие книги вызывали восхищение у современников и тайную зависть у столичных «книжников» и букинистов.

Еще в письме 1881 года к своей супруге Федор Стравинский на шестнадцати листах жалуется на свои «мытарства» в поисках, оправдывается, что находится она «в третьем», а не «во втором этаже», и описывает все детали будущей квартиры, рисует подробный план, где помечает каждую комнату («гостиная», «столовая», «комната прислуги», «комната Петрушки»): «Я договорился ее брать ибо она в третьем этаже, хотя этот третий этаж ниже нашего третьего этажа уже потому, что [неразборчиво] лестницы и большие площадки, что поднимающемуся служит большим облегчением <…>. Да и расположенные очень удобно. Три комнаты и передняя на Канал, на солнце весь день, все три комнаты огромные, в три три окна, в остальных по два, простенки такие, что каминное Горвальское зеркало свободно идет четыре комнаты и кухня, таким порядком: две комнаты и большая (вроде нашей детской) по два окна и две по одному окну, при чем та, которая по соседству с кухней больше, чем ее соседка, т. е. шире. Затем громадная кухня, на концах коридора два клозета: наш и людям <…>».

В это время в семье уже было два сына – Роман и Юрий. Через пару месяцев Стравинские узнают, что летом родится третий ребенок. Его – маленького Игоря – привезут в квартиру на Крюковом канале в сентябре 1882 года из Ораниенбаума. Здесь он проведет свое детство и юность, будет делить комнату со своим младшим братом Гурием. В этой квартире семья Стравинских будет жить до 1942 года.

В 1910 году в своем балете «Петрушка» Игорь Стравинский вводит это «место детства», описывая его небольшим и мрачным пространством, где Петрушка (или сам Игорь?) совершенно один и никому не нужен, где он отчаянно пытается пробить стену комнаты и попасть туда, в яркий и шумный мир ярмарочных гуляний.

Фрагмент письма Ф.И. Стравинского жене А.К. Стравинской 30 сентября 1881 года о найме квартиры

В 1962 году Игорь Федорович посетил Ленинград и побывал в доме своего детства. Это была не та квартира, которую восемьдесят лет назад арендовал его отец, но находившаяся рядом, через стенку. В двух комнатах коммуналки проживала семья Ксении Юрьевны Стравинской – племянницы композитора. Сохранились многие вещи, мебель, предметы интерьера, портреты и фотографии. Ксения Юрьевна постаралась воссоздать для дяди обстановку прошлого: две комнаты, в которых проживали пять человек, были превращены в «гостиную» и «столовую». Соседей уговорили запереться и не показываться все время визита. Игорь Федорович так и не понял, что это коммунальная квартира. Вид из окна, правда, стал другим: на месте тюрьмы теперь стоял жилой дом, а вместо Литовского рынка – ДК Первой пятилетки.

Из письма Федора Стравинского: «…Хорошо, право, чудно, перед окнами простор, две набережные и Канал и Мойка и что напротив Литовская тюрьма это защита нам и все равно она так удалена широтою пространства перед окнами, что нисколько не мозолит глаз. На набережной тишина, народа совсем мало, не то что на Офицерской, только конка иногда…» [2]

Вид из окна квартиры, из комнаты Игоря и Гурия, был дважды запечатлен на рисунках. Первый рисунок – акварель, автор неизвестен, хранится в Фонде. Тут и простор, и конка, Литовский замок напротив и Литовский рынок. Другой рисунок в 1903 году выполнила свояченица Игоря Стравинского, жена его старшего брата Юрия – Елена Николаевна Стравинская, урожденная Новоселова, художница, ученица Яна Ционглинского. Он был опубликован в «Диалогах» Роберта Крафта. На нем изображен тот же вид из окна на Литовский замок, тот же отрезок Офицерской улицы и купол Синагоги. Две загадки остаются нерешенными: кто автор первого рисунка и где находится второй – Елены Стравинской?

Литовский замок (тюрьма) был разобран в конце 1920-х годов; на месте Литовского рынка, также запечатленного на рисунках, теперь стоит новое здание Мариинского театра (Мариинка-2), из окна «комнаты Петрушки» видны окна фойе Стравинского. Композитору запомнился вид из окна комнаты квартиры, куда его привезли осенью 1882 года и где он прожил 22 года, так: «…Помню дребезжание конки, в особенности скрип колес, когда она заворачивала за угол нашего дома, где набирала скорость для подъема на мост через Крюков канал… По другую сторону канала стояло очень красивое желтое здание в стиле Ампир, похожее на виллу Медичи в Риме; к сожалению, это была тюрьма».


1 Публикуется впервые, орфография и пунктуация автора сохранены.

2 Публикуется впервые.

Голос времени и вечности История

Голос времени и вечности

В апреле мир отмечает 90-летие со дня рождения Андрея Тарковского, и дата эта не чужая для ценителей музыкального искусства.

Отражения мерцающей тишины История

Отражения мерцающей тишины

Итальянскому композитору Сальваторе Шаррино, без которого уже сложно представить крупные фестивали новой музыки, в начале апреля исполнилось семьдесят пять лет.

Быть Сергеем Дягилевым История

Быть Сергеем Дягилевым

В марте исполняется 150 лет со дня рождения легендарного импресарио

Одиннадцать историй из кипарисового сундука История

Одиннадцать историй из кипарисового сундука

История третья. Le chic. Стравинские и мода