Орландо без неистовства События

Орландо без неистовства

В Большом театре состоялась мировая премьера балета Кристиана Шпука

Сцена представляет собой «черный кабинет», основная гамма костюмов – черный, серый, темно-зеленый (за сценографию «Орландо» отвечал Руфус Дидвишус, за костюмы – Эмма Райотт). Изысканно тусклый свет сотворен Мартином Гебхардтом. Хореограф Кристиан Шпук любит темные цвета, мрачные настроения:среди лучших его балетов – сделанный в Цюрихе «Зимний путь» (Шуберт/Цендер, про путешествие к смерти сквозь холод и мглу) и сотворенный в Риге «Песочный человек» (Шуман, Шнитке и Доннер, точная интонация гофмановской жути). В придуманной Вирджинией Вулф 93 года назад истории Орландо – елизаветинского пажа, оказавшегося бессмертным и по ходу своего многовекового жизненного путешествия превратившегося в женщину, – Шпук тоже увидел прежде всего мрачные тона и сполна воспроизвел их на сцене.

Партитура балета была собрана из фрагментов нескольких сочинений. Виолончельный концерт Элгара (солист Петр Кондрашин) стал музыкой Орландо, назойливый нерв Концерта для скрипки с оркестром Филипа Гласса (солист Станислав Измайлов) превратился в символ времени, сквозь которое проходит герой. При этом концерты разъяты, их части разнесены по разным эпизодам. К этим двум «главным» музыкальным сочинениям добавлена музыка Леры Ауэрбах (по одной прелюдии в каждый акт двухактного балета), православное песнопение «Под Твою милость» в исполнении Хора Свешникова (в записи; это эпизод с влюбленностью Орландо в русскую княжну Сашу), «Песнь из Священной книги» Гурджиева (также запись – Ансамбль народных инструментов имени Гурджиева; эпизод восстания в Турции, где Орландо служит послом), «Жаворонок» Глинки и ария-вокализ Элизы из балета «Дикие лебеди» Елены Кац-Чернин. Оркестр Большого театра, ведомый Алексеем Богорадом, мужественно сплетал разномастные нити в единую музыкальную ткань, и чаще всего у него это получалось.

Орландо – Ольга Смирнова, Кавалер Орландо – Якопо Тисси

По структуре новый балет представляет собой набор сцен, каждую из которых предваряют несколько фраз, произносимых по трансляции приятным женским голосом. Это – пояснения к происходящему, и они совершенно необходимы, потому что разобраться, что происходит на сцене, без них было бы очень трудно. Главная коллизия «Орландо» Вулф – превращение молодого человека в девушку, случившееся неким магическим способом (герой просто заснул на неделю, а проснулся уже героиней), – никак не отражается в придуманной Шпуком пластике. В 1997 году, когда этот сюжет был впервые использован в балете (Роберт Норт поставил в Риме бенефисный спектакль для Карлы Фраччи), два акта – «мужской» и «женский» жестко делились по характеру дуэтов, в которых великая итальянка вела диалоги с партнершами/партнерами. У Шпука и там и там в тексте правят ранверсе; понятно, что это не случайность, что мысль, высказанная в книге Вулф, – одежды (=пол) могут меняться, человек остается одним и тем же – сознательно транслируется им в балете. Но эта одинаковость утомляет глаз: начинает казаться, что речь вообще не о том, что Орландо – это один и тот же человек, несмотря на его/ее превращения, – а о том, что жизнь героя нудна до невозможности.

Из пяти заявленных в буклете балерин в премьерную серию вышли только две – Ольга Смирнова и Мария Виноградова. Прохладная прима из Вагановской школы и жизнерадостная солистка из школы московской по-разному взглянули на текст: Смирнова транслировала замкнутость своего поэтического пажа, брезгливость по отношению к ухажерам, а в момент влюбленности ее героиня царственно позволяла себе поклоняться. Виноградова же (быть может, противореча хореографу – но точно соответствуя интонации Вулф) в первом акте определенно играла юношу, завороженного загадками жизни, во втором – женщину, относящуюся к жизни с тем же любопытством, и добавляла в текст энергию, которой там катастрофически не хватало. Это был(а) именно Орландо из романа – того романа, что был написан Вулф как объяснение в любви ее подруге, Виктории Сэквилл-Уэст. Решительная завоевательница женских сердец, Сэквилл-Уэст вдохновила Вулф на многие ее сочинения – но главное, давала жажду жить писательнице, с детства страдавшей затяжными депрессиями. Потому роман Вулф – да, говорящий и о природном одиночестве поэта – так полон солнцем и любовью; это солнце и любовь, эти шуточки, этот ясный день жизни вносила в жизнь Вулф Сэквилл-Уэст. Но эту ясную интонацию (которую отлично почувствовала в своем фильме 1992 года режиссер Салли Поттер) вовсе убрал из своего спектакля Шпук. Он явно помнил только то, чем жизнь Вулф закончилась – а закончилась она самоубийством, когда после начала Второй мировой и бомбежек Лондона писательница не смогла более справляться со своей депрессией.

Орландо – Ольга Смирнова

Весь спектакль Шпука – о том, как темна жизнь и утомительны окружающие люди. При этом он не дает себе труда как следует этих людей прорисовать, придумать им запоминающуюся пластику. Вот шестнадцатилетним Орландо увлекается пожилая королева Елизавета – сколько интересных ходов здесь можно было бы придумать – хоть комических, хоть трагических! Шпук отдает роль королевы танцовщикам-премьерам, танцовщикам-виртуозам – и, обнаружив в программке имена Семена Чудина (в первый вечер) или Артемия Белякова (во второй), зритель предвкушает яркий танец – но нет, королева лишь шествует в массивном «историческом» наряде. С тем же успехом эту роль можно было поручить рослому артисту миманса. Во втором акте, когда Орландо уже сама разгуливает в платье, Шпук «расплачивается» с премьерами, дав им же роль любовника героини – Шелмердина. В этой части они получают возможность немного потанцевать – но с точки зрения лексики их танец ничего интересного не представляет, публика наблюдает, как они, так сказать, плавают баттерфляем в очень ограниченном пространстве.

Орландо Вирджинии Вулф дал обещание Елизавете навсегда оставаться юным – и обещание сдержал, и именно юностью, любопытством, авантюризмом наполнен роман. Орландо Кристиана Шпука от рождения стар и опаслив, ему не интересны люди, он их боится. (Как искрила в книжке история о влюбленности Орландо в русскую княжну Сашу! Здесь персонажи делают несколько невнятных кругов друг вокруг друга, и Саша исчезает в кулисах; Ксении Жиганшиной (в первый вечер) и Анне Балуковой (во второй вечер), как и премьерам, не дали потанцевать. И проблема, собственно говоря, не в том, что хореограф не придерживался интонации романа (менять что-то или вообще все – его святое право), но в том, что балет по определению – территория любопытствующей юности. Можно написать хоть восемьсот страниц о том, как утомительна и невыносима жизнь – и, вполне возможно, у книги найдутся поклонники и почитатели. Но наполни всего лишь двухактный балет (час – первое действие и сорок пять минут –второе) усталостью, депрессией, боязнью людей – и его не спасет даже высококлассная труппа Большого. Что ж, и после неудач жизнь, к счастью, продолжается. В Большом начались репетиции следующей новинки – «Чайку» (сочинение Ильи Демуцкого) ставит Юрий Посохов, эта команда точно никому заскучать не даст. Премьера ожидается в начале июля.

Сила эмоций и блеск интеллекта События

Сила эмоций и блеск интеллекта

В Екатеринбурге в шестой раз прошел Симфофорум

Барток заговорил на языке джаза События

Барток заговорил на языке джаза

14 октября в Петербургской капелле выступил венгерский биг-бэнд с аранжировкой музыки Белы Бартока

Опера, которой не было События

Опера, которой не было

На фестивале «DSCH. Шостакович. XX век» прошла самарская премьера оперы «Игроки»

Не волнуйтесь, все хорошо События

Не волнуйтесь, все хорошо

В лондонском Ковент-Гардене Клаус Гут поставил «Енуфу» Яначека. Но это не главное