Песнь льда и пламени События

Песнь льда и пламени

В Большом театре показали премьеру программы «Зимняя рапсодия» в жанре органного гала

Представить себе афишу театра без ежегодного органного гала на Исторической сцене Большого уже невозможно. Орган здесь – такая же монументальная константа, как, к примеру, орган в Кафедральном соборе Калининграда.  Формат программы, по замыслу куратора этого проекта, профессора Московской консерватории Евгении Кривицкой, – это всегда многомерность, многоплановость, глубина смыслов, игра неожиданностями и, можно сказать, гармония контрастов. 

Одним из примеров последнего является сценография нынешнего концерта (режиссер Владислав Колпаков, художник по подбору сценического оформления Сергей Тимонин и художник по свету Антон Стихин). Архитектурных ансамблей, витражей старинных соборов, неких цветовых абстракций – всего того, что визуально сопровождало музыкальные номера в прошлом году, на этот раз не было. Не было в видеоряде и крупных планов самих музыкантов – их одухотворенных лиц, их священнодействующих рук (а вот этого по-настоящему жаль!). Только застывшие, заиндевевшие зимние пейзажи то в ослепляющем свете морозного солнца, то в таинственных мистических бликах полной луны. Написанное льдинками слово «вечность». Вечная природа и вечная музыка – музыка сердца, живая, любящая. И вот уже зимняя рапсодия превращается в рапсодию любви! 

По традиции в органных гала всегда выступает несколько органистов. Кроме Евгении Кривицкой, участие в концерте приняли заслуженный артист России Даниэль Зарецкий из Санкт-Петербурга и японка Хироко Иноуэ. Три такие яркие и абсолютно непохожие друг на друга индивидуальности в одном концерте – настоящий подарок для искушенного слушателя. 

Даниэль Зарецкий – явный «волк-одиночка» в этот вечер чувствовал себя в ансамблях с хором и скрипкой несколько скованно. Зато сольная баховская Токката и фуга ре минор не просто «взяла реванш» – это была настоящая исполнительская удача! Мощная, убедительная, оригинальная интерпретация Зарецкого заслужила безоговорочное признание. Роскошные, жирные, объемные мазки – вот палитра органиста, которой он пользуется с виртуозным мастерством. 

Художником совершенно иного, «импрессионистического» направления показала себя Хироко Иноуэ. Ее сильная сторона – игра колоритом, светотенями, многообразие тончайших звуковых эффектов. В «Двух ноэлях для органа соло» Мишеля Коррета, «Бретонской рапсодии № 3» Камиля Сен-Санса, а также в «Рапсодии на рождественские мелодии» из цикла «Десять пьес для органа» Эжена Жигу она словно чудодействовала. Кстати, зритель не видит весь «организм» органа весом 8 тонн, размещенного на специальной галерее над сценой, и именно у Хироко создавалось впечатление, что звук рождается сам по себе, что от миниатюрной женщины на сцене вообще ничего не зависит. Просто само собой творится волшебство! В ансамблях же Хироко намеренно уходила в тень. Недаром ее лучшим «коллективным» номером стал «Лебедь» из сюиты «Карнавал животных» Камиля Сен-Санса (хореография Михаила Фокина) – воплощение хрупкости и трепетной нежности, – где на первый план «от имени Терпсихоры» вдохновенно выступила народная артистка России Екатерина Шипулина, а партию виолончели проникновенно исполнил солист оркестра Большого театра Петр Кондрашин. 

Петр Кондрашин, Хироко Иноуэ и Екатерина Шипулина

Евгения Кривицкая показала себя прежде всего в качестве непревзойденного ансамблиста, тонко чувствующего своего партнера и выступающего с ним буквально единым организмом. Можно назвать настоящим историческим событием исполнение Менуэта и Фарандолы из музыки к драме Доде «Арлезианка» Жоржа Бизе в транскрипции для органа и фортепиано (чрезвычайно редкое сочетание инструментов!). Идеальный дуэт Евгении Кривицкой и заслуженной артистки России Екатерины Мечетиной – это тот эталон искусства ансамбля, к которому должен стремиться каждый музыкант. Не менее бережно и в то же время не теряя собственной индивидуальности, выступала Кривицкая и с другими участниками органного, нет, не концерта – праздника! 

Уже традиционным членом «органного ансамбля Большого театра» стал Камерный хор Московской консерватории (художественный руководитель и главный дирижер Александр Соловьёв). Что вы скажете, когда в совершенной акустике Исторической сцены звучал Agnus Dei из «Маленькой торжественной мессы» Джоаккино Россини? Слияние голосов органа (Евгения Кривицкая), рояля (Екатерина Мечетина), теплого нежного тембра солистки (артистка Молодежной оперной программы Большого театра Мария Баракова) и ангельского звучания хора требовало сопереживания, возвышало душу, заставляло сердце сладко сжиматься. Рождало катарсис… 

Евгения Кривицкая, Александр Соловьёв, Мария Баракова, Екатерина Мечетина

Но объявим же наконец и неизменного ведущего органных гала – актера и режиссера Петра Татарицкого, чей драматический талант давно и бесповоротно покорил зрителей. Впрочем, было бы грубейшей ошибкой назвать его просто ведущим. Его голос – поистине уникальный пластичный музыкальный инструмент! Он – полноправный герой действа, тот, кто олицетворяет собой синтез музыки и слова, кто воплощает саму идею, суть органных концертов в Большом – по собственным словам Петра Татарицкого, «союз Эвтерпы, Каллиопы и Терпсихоры». В удивительной по силе эмоционального воздействия сцене (по-другому не назовешь!) – положенном на «Размышление» из оперы «Таис» Жюля Массне стихотворении Карины Филипповой «Верхом на урагане» модуляции голоса чтеца сливались с прихотливыми изгибами мелодии органа (Евгения Кривицкая) и скрипки (Александр Майборода), в едином порыве рождая… «пожар в снегу»! 

“Размышление”: Евгения Кривицкая, Петр Татарицкий

А на смену ему – пронзительный уникальный хореографический дуэт, в котором партнером Екатерины Шипулиной выступил заслуженный артист России Руслан Скворцов. Органная «Прелюдия» И.С.Баха (хореография Н. Касаткиной и В. Василёва). Посвящение 95-летию Майи Плисецкой. Одна из зрительниц призналась после концерта, что во время этого номера даже не скрывала своих слез… 

И вдруг… Танго! Танго на органе? Оксюморон? Но нет! Чувственная, жаркая, страстная «Зима в Буэнос-Айресе» из цикла «Четыре времени года в Буэнос-Айресе» Астора Пьяццоллы в исполнении Александра Майбороды, Петра Кондрашина и Евгении Кривицкой. На смену любви духовной, небесной, пришла любовь земная. 

Мы же обещали вначале, что «Зимняя рапсодия» – это на самом деле «Любовная рапсодия»! Оставалось только вслед за Леонардом Коэном воскликнуть: «Аллилуйя»! И сожалеть, что, если иметь в виду традицию, следующую «Органную рапсодию» придется ждать целый год. Впрочем, мы уже убедились, что чудеса случаются. 

Моцарт без комплексов События

Моцарт без комплексов

Теодор Курентзис и musicAeterna исполнили в Москве две последние симфонии Моцарта и не только

Апокалипсис и робкая надежда События

Апокалипсис и робкая надежда

Масштабным концертом с участием Уральского филармонического оркестра, Симфонического хора Свердловской филармонии и московского виолончелиста Александра Рамма в Екатеринбурге завершился мини-фестиваль «Мясковский.

Закавычивая лирику События

Закавычивая лирику

Денис Кожухин и Шарль Дютуа на VIII Транссибирском Арт-фестивале

Большая история Большого зала консерватории События

Большая история Большого зала консерватории

Ему всего 120, а кажется, этот храм музыки был в Москве всегда