На этого музыканта билеты раскупили мгновенно, еще в сентябре – ведь его выступление всегда нечто большее, чем просто очередной концерт. Можно подобрать много духоподъемных эпитетов, но лучше просто сказать: была Музыка. Романтическая в широком смысле программа была продумана до мелочей. Ее костяк составила музыка XIX-начала XX веков – Дебюсси, Шопен, Франк и Рахманинов.
В интервью с Юлианом Макаровым в эфире программы «Главная роль», вышедшей в эфир за сутки до концерта в «Зарядье», Николай Луганский отчасти объяснил выбранные произведения. Например, «Прелюдия, хорал и фуга» Сезара Франка – это последняя запись пианиста. Она будет доступна для слушателей уже зимой. Интерес к музыке Франка у Луганского не только исполнительский; это и опыт собственноручной обработки органных опусов франко-бельгийского композитора. На новом CD-диске будет представлена запись переложения для фортепиано органного Хорала № 2 си минор Сезара Франка.
«Образы» Клода Дебюсси (вторая тетрадь) окутали зал в прямом и переносном смысле лунным светом, последний аккорд которого прозвучал в трехчастной коде концерта (на бис исполнены «Лунный свет» Дебюсси, «Патетический этюд» Скрябина и «Сирень» Рахманинова). Нежная сияющая дымка софитов, возможно, навеянная названием второй пьесы «Образов» – «И луна озаряет развалины храма…» – стала визуальным аналогом акварельному импрессионистскому туше пианиста. Дышащее облачное пространство музыки Дебюсси создало эффект погруженности в мир грез, потусторонней полуреальности.
Шаг назад на полстолетия – и мы в зоне притяжения Шопена. В «Зарядье» Николай Луганский сыграл шопеновские Баркаролу, Ноктюрн Ре-бемоль мажор и Четвертую балладу, ставшие штрихами к портрету самого Луганского: пианиста–мечтателя–философа. А Баллада – совпало это или нет – явилась также ступенькой триптиху Сезара Франка, где сплелись позднеромантические и барочные черты, с традиционной символикой мотивов и скрытыми смыслами.
Вечер Николая Луганского в «Зарядье» завершился исполнением восьми прелюдий Сергея Рахманинова – «самого русского композитора» по мнению Луганского. Рахманинов – не просто номер один в концертных программах пианиста, он его alter ego. Сегодня Луганский – один из лучших интерпретаторов Рахманинова. Восемь прелюдий из двух опусов составили, по словам Луганского, маленький цикл, включивший широкий спектр настроений – от созерцания до трагического отчаяния. Прелюдия соль минор стала точкой сопряжения этих метаний и итогом всего концерта.
Программа эта, ставшая собранием важнейших для Николая Луганского композиторов, с которыми он не первый год ведет диалог (в том числе, и в формате звукозаписи), прозвучит 26 декабря в Концертном зале Мариинского театра. Артист выступит в рамках ХIV Международного фестиваля «Лики современного пианизма», где будет оценен в контексте парада исполнителей несколько поколений.
Рецензия написана в рамках проекта «Журналистские читки»
