Пришлось поклониться данности События

Пришлось поклониться данности

Об открытии фестиваля «Другое пространство»

С гораздо меньшим размахом прошло начало Международного фестиваля актуальной музыки «Другое пространство», чем его успешное продолжение. Прежде чем набрать обороты, пришлось поклониться данности – ограничению количества музыкантов на сцене, невозможности свободно передвигаться по миру – а значит, и репетировать. В результате замысел открывающего концерта считывался с трудом, пафос его фестивального первенства сгладился, а фарсовый финал навредил и без того эклектичной программе. Вытягивал ее сильный исполнительский тандем дирижера Валентина Урюпина и Российского национального молодежного симфонического оркестра (и уже хронический характер химии между ними).

Начали многообещающе и живо, как и предписывало итальянское название первой пьесы. Con brio (2008) – парадоксальный слуховой аттракцион современного немецкого композитора Йорга Видмана. Автор воссоздает фрагменты симфоний Бетховена, вполне узнаваемые, но не вполне существующие: по словам Видмана, музыку классика он ни разу не цитирует. Псевдоцитаты возникают мельком, инкрустируются в партитуру и тут же «опровергаются» инструментальными просвистами, шорохами, ударами и другими звуками, далекими от «венского саунда».

Исполнение этой пьесы в начале фестиваля негласно приурочило его к мировому празднованию 250-летия со дня рождения Бетховена. Эффектное и популярное среди музыкантов сочинение уже звучало в России, за ним последовали российские премьеры, одна за другой – крупные и идейно настоявшиеся. Собственно, в этом программа и потеряла: большие концепции не сложились в адекватную для восприятия форму. Вышло громоздко и вкупе с финалом – слегка нелепо.

На написание Son of Chamber Symphony (2007) американского минималиста Джона Адамса вдохновили две Камерные симфонии – собственная и почитаемого им Арнольда Шёнберга, а также саундтрек к мультфильму о дятле Вуди Вудпекере – музыка комичная и суетливая. Ее авторы использовали как прием так называемого «микки-маузинга» – иллюстрации движений и состояний персонажей с помощью звуков (к ним относится, например, тот самый квакающий звук тромбона, знаменующий разнообразные epic fails). В сочинении Адамса обо всем этом напоминают быстрые смены событий, прихотливые ритмы, стойко оркестром выдержанные. Намекают на связь с киномузыкой и китчеватые соло скрипки и гобоя. К «Сыну Камерной симфонии» изо всех сил напрашивалась иллюстрация – не случайно у сочинения есть хореографическая версия. Появись тут видеоряд, музыку Адамса он бы оживил, а финал концерта – театральный, странный и неуместный – уравновесил бы еще одним внемузыкальным форматом.

Среди прочего прозвучала пьеса, преодолевшая ковидный блокпост незадолго до своего исполнения. После нескольких замен солистов сочинение все же подготовили пианисты Станислав Христенко и Даниил Цветков и сделали это всего за полторы недели. «В свете» – музыка для двух фортепиано и оркестра австрийского композитора Йоханнесса Марии Штауда. Пару роялей автор трактует как один грандиозный инструмент, «четырехрукий спрут», токкатно рассекающий большое и звонкое оркестровое облако (с челестой, саксофоном и разнообразными ударными среди инструментов). Исполнение не выдало немногочисленных репетиций, хотя Христенко и признавался: при взгляде в партитуру не всегда было понятно, что именно будет звучать в оркестре в следующий момент.

Финал длился час и, кажется, претендовал на статус полноценной второй части концерта. И все-таки, после такой программы 30-минутное сочинение, самым неудачным образом увеличенное вдвое, воспринималось не как вторая часть, а как затянутый финал. «Музыка к застолью Короля Убю» Бернда Алоиса Циммермана – музыкальный коллаж из фрагментов сочинений композиторов разных эпох. Название содержит отсылку к сатирической пьесе Альфреда Жарри«Король Убю» (1896). В связке с ее сюжетом отобранные Циммерманом музыкальные цитаты превращаются в пародию. К примеру, композитор выражает свою непримиримость с музыкальным всевластием Штокхаузена в годы создания сочинения (1966) и делает это в так называемом «Мозгодробильном марше». Он звучит на основе «вдалбливаемого» аккорда одной из пьес противника. Тем самым Циммерман проводит параллель между Штокхаузеном и персонажем Жарри – Королем Убю, жестоким узурпатором, в арсенале садистских инструментов которого была машина для потрошения мозгов.

Александр Филиппенко

В версии режиссера Георгия Мансурова пародия исчезла. Сочинение превратилось в часть литературно-музыкальной композиции – анахроничного формата, нисхождения до которого самодостаточная музыка Циммермана совсем не заслуживает. В течение часа ее прерывали сценки в духе варьете – стихотворения (иронично сюда закрался и Бродский с его «поклонением данности») в исполнении Александра Филиппенко. Известный актер был равен самому себе: преувеличивал интонации, иллюстрировал текст жестикуляцией и помногу раз повторял одни и те же слова. Образ его удачно сравнялся и с эксцентричным писателем Альфредом Жарри, и с его экспрессивным литературным порождением Убю. Однако все вместе это не было равно ни концептуальной изысканности музыки Циммермана, ни фестивалю, в описании которого есть слово «актуальный».

Выводы не напрашиваются. Проведение «Другого пространства» в этом году находилось под угрозой отмены. После грандиозного продолжения фестиваля назвать его открытие ошибкой, пусть даже незначительной, будет кощунством. Это, вообще-то, чудо, дареный конь (ну а дальше по тексту).

Экзамен для артистов События

Экзамен для артистов

В Москве объявили лауреатов IX Конкурса Галины Вишневской

Один за всех События

Один за всех

Свердловская филармония представила орган нового поколения

Будущее услышано События

Будущее услышано

Завершился второй тур IV Международного конкурса Grand Piano Competition

В Рыбинске появилась собственная филармония События

В Рыбинске появилась собственная филармония

В гала-концерте открытия участвовал Ярославский академический губернаторский симфонический оркестр