Сати Спивакова: <br>Я знаю обо всех фобиях музыкантов
Персона

Сати Спивакова:
Я знаю обо всех фобиях музыкантов

В Театре Наций с успехом продолжает идти спектакль «Наше все… Тургенев. Метафизика любви». Роль певицы Полины Виардо исполняет актриса и телеведущая Сати Спивакова (СС). В интервью Ксении Поздняковой (КП) Сати рассказала о том, зачем музыканту нужны амбиции, как в ее жизни появился Инстаграм, и что же такое метафизика любви.

КП С чего началось ваше сотрудничество с Театром Наций?

СС Изначально мы с артистом Владимиром Кошевым и пианистом Алексеем Гориболем придумали к 200-летию Тургенева проект, посвященный Ивану Сергеевичу и его отношениям с Полиной Виардо. Мы планировали, что это будет одноразовая акция. Однако, на наше счастье, продюсер Михаил Друян, занимавшийся проектом, арендовал для показа Малую сцену Театра Наций. Евгений Миронов посмотрел представление и предложил попробовать сделать из концертной версии полноценный спектакль. Рождалось это все в муках. Спасибо огромное театру, что нам в помощь дали талантливого молодого артиста Дмитрия Сердюка, который активно пробует себя в режиссуре.

КП В основу спектакля лег сценарий Сергея Соловьева «Метафизика любви». Как родилась такая идея?

СС Сначала посмотрели переписку Виардо и Тургенева. Но она оказалась очень неравноценной для нашей идеи. С его стороны это бесконечные послания, наполненные словами любви, восхищения, а с ее – рассказы о себе, о том, где она пела, как ее принимали, какое на ней было платье. Чувства у нее почти не проскальзывают. Но это не слишком монтируется с тем, что она говорила после смерти Тургенева: «Я прожила с избранником своего сердца сорок лет, и кто сейчас имеет право нас осуждать». Полина Виардо очень многое уничтожила из их переписки. Тогда родилась идея взять за литературную основу сценарий Сергея Александровича Соловьева. В начале 90-х он начинал снимать фильм о Тургеневе «Метафизика любви». В главных ролях были заняты Олег Янковский и Татьяна Друбич. Было снято всего несколько сцен, затем деньги закончились, и картина канула в вечность.

КП При переходе от концертной версии к спектаклю многое пришлось изменить?

СС К сожалению, нам пришлось отказаться от живого рояля, но Дима Сердюк насытил действо глубоким и деликатным саундтреком. Декорации минималистичны. Большую роль сыграл видеоряд: он объясняет фазы, время и место действия. Так, одним из главных образов спектакля служит дорога. Всю жизнь Тургенев и Виардо провели фактически в переездах. Это был роман, где времени врозь было намного больше, чем времени вместе. Для того, чтобы подчеркнуть этот лейт­мотив, мы выбрали романс «Дороги любви» Пуленка в исполнении Джесси Норман.

КП Вы как-то участвовали в выборе музыки?

СС Я предложила запись Джесси Норман. В начале публика слышит арию Розины в исполнении Марии Каллас, но это условность, мы ее выбрали как образец оперной дивы. Ведь мы же не знаем, как звучал голос Виардо. Поэтому в качестве лейтмотива мне хотелось слышать Норман. Для меня ее голос – нечто особенное. Это одна из тех колдовских сил, что существовала в мировом музыкальном пространстве. Мне кажется, она производила на публику то же впечатление, которое, по свидетельствам очевидцев, производила Виардо. Как только она появлялась и начинала петь, в зале происходило нечто невероятное, слушатели забывали обо всем на свете и попадали под воздействие ее магической энергии.

КП Отец учил Виардо «властвовать голосом»…

СС Да, он объяснял ей: «Каждый захочет услышать в тебе свой собственный божественный голос». В спектакле есть такая фраза: «Звуки невероятного ее голоса проникали в душу, мучили душу, ласкали душу и вытягивали ее из каждого, кто сидел в зале». Существуют голоса, способные вызвать те физические ощущения, которые мы, по привычке, называем мурашками. В этом есть определенная тайна. Это не просто умение петь, профессиональный навык, правильное звуковедение, подача звука. Вокалист или вокалистка через какие-то свои фибры, внутренние ощущения, эмоции управляет залом.

КП Можно воспитать в себе владение залом?

СС Мне кажется, это дар Божий, но если вы им наделены, его можно и нужно воспитывать. По крайней мере, у меня такое впечатление на примере той же Джесси Норман. Она же была из очень простой семьи. Всю жизнь она не переставала учиться. Переехав из Штатов в Европу, она блестяще освоила и немецкий язык, и французский, занималась философией. Понимаете, без образования, культуры, желания развиваться, без здоровых амбиций ничего не получится. Бывает, человек безумно способен, но интеллектуально не может этим талантом распорядиться. Нельзя думать: выйду в красивом платье, открою рот, немножечко повокализирую – и все будут у моих ног. Не будут. Потому что скучно. Индивидуальность нужна.

КП Когда вы соглашались сыграть Виардо, повлиял на вас тот факт, что она певица? Музыкальный мир вам все-таки ближе, или ошибаюсь?

СС И да, и нет. Я из семьи музыкантов, да и 36 лет рядом с маэстро Владимиром Спиваковым даром не прошли. Даже не представляю, у кого бы они могли пройти просто так. Про музыкальный мир знаю все или почти все: как положительные стороны, так и негативные. Знаю обо всех фобиях музыкантов и вокалистов в частности, так как мой муж работал с огромным количеством исполнителей. Со многими я дружу, вижу, как они работают, как развиваются.

Кстати, моя бабушка была оперной певицей. Так вот она была ярким примером того, когда Бог дал голос и начисто лишил амбиций. Когда в начале войны они бежали от бомбежек из Ростова в Ереван, она устроилась в оперный театр. Она пела в хоре, но ее нисколько не волновало, что она не солистка, а потом она просто перестала работать, потому что ей надоело приходить в театр, распеваться, выходить на сцену. Помню, как в детстве бабушка мне пела: «Девицы-­красавицы, душеньки-подруженьки». У отца на бобинах хранились записи, где слышно, что у нее был совершенно волшебный голос.

КП Вам нравится ваша героиня?

СС Меня восхищает в этой женщине то, что в ней все было подчинено служению профессии. Мне кажется, именно поэтому она вызывала такую любовь, преклонение и восхищение. Не просто так и муж Луи Виардо и Тургенев до конца оставались при ней, в нее были влюблены многие известные люди, музыканты. С другой стороны, мне, конечно, ее жалко. Когда она похоронила Тургенева (а она пережила и Тургенева, и Луи Виардо на 27 лет), сложилось так, что жизнь продолжалась, а судьба – закончилась, хотя Полина до последнего дня продолжала преподавать.

КП Но многие говорят, что она недостаточно сильно любила Тургенева.

СС Не согласна. Она его любила, понимала уровень дарования, видела в нем огромную величину. Мы должны быть ей признательны, потому что, если бы не Виардо, то Тургенев мог и не состояться как писатель. До встречи с ней он был просто, как сейчас говорят, мажором, богатым сынком, который любил охотиться и писал сомнительные по качеству стихи. Если бы он тогда не поехал к ней во Францию, а она не усадила бы его и не сказала: «Ты должен работать, должен писать, ты станешь знаменитым», то, может быть, его жизнь пошла бы иным путем.

КП Она это делала для себя или для него?

СС Думаю, для него. Но, может, и для себя… Ведь иногда люди делают что-то для кого-то, чтобы потешить собственное честолюбие. Вдохновлять другого человека – тоже проявление любви.

КП Давайте немного отойдем от «Метафизики любви». «Многие думают, что классическая музыка – это скучно. Для меня главное – заинтересовать зрителя», – говорится в анонсе вашей программы «Нескучная классика». За годы, что существует проект, он вам не наскучил?

СС Программе в апреле будет десять лет. Она – телевизионный долгожитель. Я очень люблю этот проект, и мне не наскучило общение с музыкантами и интересными людьми. Хотя, со временем стало сложнее находить темы. Поэтому, когда вдруг я нахожу что-то стоящее, будь то тема, которой еще не касалась, или герой, с которым ни разу не встречалась, очень радуюсь. По законам телевидения, совсем неизвестных, даже очень талантливых, людей я не всегда могу приглашать. А со звездами – проблема в другом: многие из них приезжают в Москву на один день, и с их менеджерами не договориться. Например, мне пока не удалось «довезти» до студии Хосе Каррераса, с которым я когда-то уже делала интервью для другой программы. Он хорошо меня знает, но, когда возникает строй церберов, охраняющих звезду, я «теряюсь». Видимо, у меня исчез азарт во что бы то ни стало «получить» в программу того или иного героя. Я раз приглашу, два, три, потом перестаю настаивать.

За десять лет многое вокруг нас изменилось. Допустим, изначально мы придумали, что говорим при свечах. С тех пор формат не менялся. А мне все время хочется модернизировать этот «свечной заводик». Увеличить студию, сделать современнее. Как у хозяйки иногда руки чешутся переставить мебель, покрасить стены. Мои робкие попытки уговорить канал найти средства или хотя бы обновить декорации пока ни к чему не приводят. Денег нет, но мы «держимся». К счастью, программа имеет высокий рейтинг, есть своя ниша. Я даже удивляюсь, сколько людей по всей стране и за рубежом нас смотрят! Это приятно!

КП Не было желания уйти в YouTube, создать свой канал?

СС Порой у меня возникает такое желание, но я привыкла рассчитывать свои силы. Мне «летать», конечно, «охота», но, я понимаю: делать это нужно осторожно. Если я знаю, что есть пятьдесят процентов шансов «упасть», то лучше совсем не полечу. Подожду, пока ветер переменится.

Каналы сегодня создают все кому не лень, но только некоторые «выстреливают» по-настоящему. Например, мне нравится канал Николая Солодникова «Ещёнепознер». Он делает абсолютно телевизионный формат, но делает хорошо, качественно. Конечно, сделать в таком стиле свой канал было бы здорово. Но уйти в YouTube и понять, что это не «работает» – не мой вариант. Мне нужен стопроцентный результат. Да и гештальт с телеканалом «Культура» у меня не закрыт.

К тому же то, что прощается всем, мне не прощается. Понимаете, я тоже в какой-то мере заложница образа «жены маэстро», «дама, которая вещает с экрана про классическую музыку». Например, некоторые до сих пор смущенно отводят глаза, когда узнают, что в спектакле «Машина Мюллер» я выхожу на сцену с восемнадцатью голыми перформерами.

КП Вас волновала довольно резкая критика в адрес спектакля?

СС Что вы? С «Машиной Мюллер» у меня был кураж. Мне, единственное, было важно доказать, что я – актриса. У меня были сомнения, можно ли вернуть в полном объеме профессию через столько лет. Сегодня я выхожу на сцену Театра Наций, «Машина Мюллер» в Гоголь-центре сыграна с аншлагами более пятидесяти раз. Это огромный труд и не только мой, но и тех, кто в меня поверил, в частности, режиссера Кирилла Серебренникова.

Все эти комментарии: «Мадам, как вам не стыдно выходить в скандальном спектакле, вы – жена маэстро» меня не слишком волновали. Вот если бы кто-то сказал, что я несостоятельна как актриса, я бы расстроилась. Все публичные люди реагируют на то, что, где и как про них написали и сказали. Если будут говорить, что не читают и не реагируют, – не верьте.

КП Вы сказали, что есть некий образ «жена маэстро». Думаете, люди ждут от вас определенного поведения?

СС Видимо, да. Доходит до смешного. У всех у нас много друзей. Но если я иду в кино или в ресторан (а у мужа моего концерт, или он просто хочет посидеть дома с каталогами по живописи или почитать книгу), и я иду с кем-то из друзей – все, скандал! А что, мне с собачкой ходить, как чеховской героине?

КП Вы завели Инстаграм, чтобы в том числе как-то защититься от сплетен?

СС Нет. Меня об этом попросили. Я, как говорится, еще «немного шью»… Помогаю компании LVMH в организации культурных мероприятий в России. Например, в 2011 году курировала выставку Dior в Пушкинском музее. Мой официальный статус – культурный амбассадор. Завести страничку в Инстаграме меня попросили именно представители LVMH. Потом это стало необходимо из-за моей телевизионной деятельности. Сегодня у меня уже более ста тысяч подписчиков. Причем я ничего специально не делала, не стремлюсь зарабатывать рекламой, и вообще, я «ленивый инстаграмщик».

КП В одном из интервью вы сказали, что «отложили профессию в ящик Пандоры». Почему пришла такая ассоциация? Оттого что была надежда вернуться, или потому что в театре кроется некая опасность?

СС Наверное, я сказала про ящик Пандоры, когда не верила, что смогу вернуться в профессию. Если бы не кипучая энергия моей подруги пианистки Басинии Шульман, которая хотела сделать со мной совместный проект, я бы вряд ли решилась сама. У нее была идея поставить спектакль про Шопена и Жорж Санд, но я не заинтересовалась. Тогда счастливый случай свел нас с Романом Виктюком, и мы сделали моноспектакль «Нежность» по новелле Анри Барбюса. Я не представляла, как выйду на сцену и окажусь перед зрителями после перерыва в двадцать с лишним лет. Не думала, что меня потом будет не остановить, что захочу снова и снова выходить на сцену. Потом был спектакль «Фетишист», который для нас с Андреем Фоминым поставил Василий Бархатов. Но настоящим «ящиком Пандоры», если говорить не о бедах и несчастьях, а о рисках и опасности, оказалась «Машина Мюллер» Кирилла Серебренникова. Сегодня мне мало нескольких названий, хочется чего-то нового.

КП Жорж Санд и Шопен, Полина Виардо и Тургенев, Вальмон и графиня де Мертей. Почему людям интересны токсичные отношения?

СС Наверное, потому что сказки интересны только в детстве. Чем старше мы становимся, тем яснее понимаем, счастливых финалов не бывает. Итог – всегда печален, увы. На этом построены все религии, между прочим.

Кстати, у Шадерло де Лакло, Хайнера Мюллера и, особенно в постановке Серебренникова, заложена сложная философия. Это взаимоотношения людей, которые не могут быть ни вместе, ни врозь. Понимаете, перед нами Адам и Ева наоборот. Недаром, в прологе пьесы Мюллера есть ремарка: действие происходит в бункере после Третьей мировой войны. То есть, на Земле осталось два человека: мужчина и женщина. И они друг друга разрушают, между ними нет обмена конструктивной энергией, нет любви. Все эти ролевые игры нужны им для того, чтобы вновь зажечь искру, чтобы выжить, но ничего не получается. И кончается все тем, что один уничтожает другого, а значит, гибнет сам. Такая аллегория. Женщина понимает, что осталась одна на Земле, и продолжения не будет. Последние ее слова: «Мой возлюбленный, мы с тобой – раковая опухоль». «Веселый» финал, ничего не скажешь.

КП А что же тогда для вас метафизика любви?

СС Что такое метафизика? Это то, что находится за гранью человеческого объяснения: будь то притяжение между двумя людьми, если его объяснять с точки зрения гормональной, будь то встреча двух личностей, которые друг от друга получают эмоциональный заряд и обмен энергией. Для меня метафизика любви – нечто необъяснимое, когда в присутствии другого человека ощущаешь свою абсолютную целостность. Когда вдруг понимаешь, что такое бесконечность. Наверное, вот это. Поэтому мы и любим спектакль под этим названием. Тургенева и Виардо связывала любовь не физическая, не платоническая, а метафизическая. Судьба такая.

Евгений Никитин: <br>Вагнер хорош, когда тебе за сорок-пятьдесят Персона

Евгений Никитин:
Вагнер хорош, когда тебе за сорок-пятьдесят

Главный русский вагнерианец бас-баритон Евгений Никитин, входящий в мировую когорту вагнеровских певцов, был удостоен Российской оперной премии Casta Diva в номинации «Певец года».

Томас Адес: <br>Жизнь уже не такая, как прежде, и это хорошо Персона

Томас Адес:
Жизнь уже не такая, как прежде, и это хорошо

Томас Адес – один из наиболее ярких и успешных композиторов нашего времени, дирижер, пианист, в общем – универсальный музыкант моцартовского типа.

Джеральд Финли: <br>Я ни о чем не жалею Персона

Джеральд Финли:
Я ни о чем не жалею

Баритон Джеральд Финли умудряется добиться успеха в самых разных областях: будучи оперной звездой, он не забывает о песенном репертуаре, после Моцарта поет Вагнера и снова возвращается к Моцарту, наряду с Верди исполняет музыку современных композиторов – в том числе и написанную специально для него.

Дмитрий Лисс: Музыка – это архитектура, развернутая во времени Персона

Дмитрий Лисс: Музыка – это архитектура, развернутая во времени