Счастливого плаванья! События

Счастливого плаванья!

Пятый всероссийский мастер-курс Юрия Симонова

Московская филармония провела Пятый всероссийский (а если быть абсолютно точными – Пятнадцатый международный) мастер-курс дирижерского мастерства под руководством Юрия Симонова.

Двенадцатидневная напряженная работа, целью которой, как и все годы, стало воспитание академических основ профессии, развитие технической оснащенности дирижеров. Преимущественно техники? Именно так. Другие компоненты таланта – самостоятельное музыкальное мышление, этот попутный ветер, наполняющий исполнительские паруса, и способность передавать энергию, вести за собой, точно капитан оркестрового парусника, можно обнаружить, – трудно им научить. Без третьей, технической составляющей, как будто, и вовсе можно обойтись. А это значит всего-навсего отказаться от штурвала и «бегать по палубе» или прикладывать иные усилия для сохранения верного курса в процессе исполнения музыки. Но те, кто не поступает столь опрометчиво, из года в год приезжают к профессору Симонову, чтобы учиться технике, которая сама по себе дисциплинирует дирижера. Приезжают, чтобы прочнее удерживать в руках штурвал. И совершенно правы.

Оценить верность тех советов, что получают от мастера «начинающие плаванье» дирижеры, очень просто. Достаточно с настоящим вниманием обратиться к опыту немецкой, австро-венгерской и ленинградской, преемницы первых двух, дирижерских школ. Прекрасным пособием к мастер-курсу могла бы послужить кинохроника, запечатлевшая искусство Макса фон Шиллингса и Феликса Вейнгартнера, Оскара Фрида и Ханса Кнаппертсбуша, Эриха Клайбера и Фрица Буша, Фрица Райнера и Джоджа Селла, Фрица (Филипповича) Штидри и Александра Васильевича Гаука… Беда этих бесценных кинодокументов только в их малочисленности. Но все они отчетливо иллюстрируют главные принципы техники дирижирования и, как основы ее, рационального мануального поведения, которые осмыслил и систематизировал Юрий Симонов.

Как выдающийся педагог, маэстро видит насущную необходимость в составлении учебных пособий – «дирижерских лоций», описывающих выверенный фарватер исполнительского процесса. Как и в морских лоциях, то есть справочниках для капитанов, где собрано все, что необходимо знать для удачного плаванья, на страницах вышедшей буквально на днях книги  дирижеры и солисты – все, кто всерьез относится к музыкальной культуре, обнаружат драгоценное знание. Делится им Юрий Иванович щедро. Не отстраненно-деловито, а с предельной заинтересованностью. Иногда с юмором, но прежде – житейской и профессиональной мудростью. Читается книга захватывающе. За словами слышишь музыку и думаешь о том, чтобы поскорее открыть партитуру и включить записи: сверить прочитанное и услышанное. Этой книге, «Триптиху» о трудностях оркестрового аккомпанемента (на детальном примере трех шедевров П.И. Чайковского – Первого концерта для фортепиано, Скрипичного концерта и «Вариаций на тему рококо»), отданы десятилетия работы, и выход ее к юбилейному мастер-курсу – огромное событие.

По завершении выпускного гала-концерта, мне довелось побеседовать с пятью его участниками. Всем собеседникам я задала вопрос о работе с оркестром Московской филармонии и попросила сформулировать, что же это значит – быть учеником Юрия Симонова?

Александр Щуров (Луганск, трижды участвовал в мастер-курсе)

Оркестр Московской филармонии – это всегда профессиональный подход, интеллигентное и интеллектуальное отношение к стоящему за пультом. Чуткое воспроизведение тех эмоциональных посылов, которые – умело или неумело – предлагает каждый из нас. Уважительное общение, высочайший уровень культуры. В звучании – колоссально точно выверенный баланс с пониманием тембровых особенностей инструментов. Детализация. Гибкость. Я помню первые минуты своего пребывания в филармонии. Вошел и услышал, как оркестр и маэстро репетировали увертюру Бетховена «Эгмонт». Благородное, мощное, объемное, выразительное и гибкое звучание струнных. Это было так впечатляюще, что я уже не позабуду.

Быть учеником Юрия Ивановича это большая честь. Когда такой человек уделяет тебе внимание, ты чувствуешь груз ответственности и стараешься совершенствоваться самостоятельно. Не для того, чтобы угодить маэстро, а чтобы соответствовать его отношению к профессии, его жизненной позиции. Он делится с нами азами успешного технического мастерства, воспитывает основу профессионального роста, повышает музыкальную культуру. Он выполняет важнейшую роль дирижера-наставника. Он восхищает, как профессионал и мудрый человек, который умеет служить музыке.

Александр Андрианов (Нижний Новгород, участвовал в четвертый раз)

Оркестру Московской филармонии свойственна гармоничность всех голосов (даже самые слабые инструменты в общем звучании не теряются)  и образная яркость в передаче замысла композитора. Когда мы подолгу работаем в наших оркестрах, у нас притушевываются слух и сознание. Но когда приезжаем на мастер-курс, на репетиции или концерты Юрия Ивановича, а потом возвращаемся домой, то, вдохновленные, стараемся повысить уровень наших коллективов, хотя бы отчасти приблизить их к филармоническому оркестру.

От мастер-курса к мастер-курсу, при каждой новой встрече с маэстро я начинаю замечать в его советах все больше деталей, потому что Юрий Иванович дает стимул для роста, ставит цель, освобождает наш технический аппарат и нашу исполнительскую инициативу. Ученик Симонова – это характер, энергия, техника, музыкальность.

Никита Сорокин (Санкт-Петербург/Париж, участвовал трижды)

Если говорить о звучании оркестра, важно помнить о репертуаре. В этом году мы не играли музыку французских импрессионистов, а на прошлом мастер-курсе в программу входил «Послеполуденный отдых фавна». И, конечно, если сравнить звуковой образ этого произведения в оркестре Московской филармонии с игрой французских музыкантов, то здесь принципиально иное звучание. Французские оркестры любят доводить звук до микро-нюансов, до тончайших звучаний. Игра филармонического оркестра во французской музыке была широкой, полновесной. Просто более объемный звук. Но это русский оркестр со своим стилем, со своим лицом. С другой стороны, ярка струнная группа. Мы знаем, что Юрий Иванович тщательно работает над штрихами, что сразу слышно. По энергии звука струнные мощнее, чем во французских оркестрах. Повторюсь, там звук легче и прозрачнее, что для определенной музыки, возможно, лучше. Но для Чайковского да и вообще русских композиторов «московский» звук, конечно, предпочтительнее. В целом, звучание оркестра точно рассчитано на зал имени Чайковского. Ведь для гармоничного заполнения большого зала нужен большой звук. Здесь он звучит весьма солидно.

За несколько мастер-курсов я понял, что ту же самую идею, которую я хотел передать жестами, найденными самостоятельно, удается воплотить с гораздо меньшей затратой энергии. Это радикальное переосмысление каких-то профессиональных проблем. Мы все ищем свой жест. У всех разные физические параметры. Но для себя я почувствовал: то, что раньше делал крупным жестом, можно сделать жестом минимальным. И это очень важно. Быть учеником Юрия Ивановича – это воспринимать живую традицию исполнения, в особенности русской и немецкой музыки.

Даниил Австрих (Санкт-Петербург/Кельн, известный скрипач, в мастер-курсе участвовал впервые)

Я дважды, но уже довольно давно – больше десяти лет назад играл с оркестром в качестве солиста и думаю, что за эти годы оркестр очень вырос. Тогда мне казалось, что в русских коллективах лучше звучат струнные, а в немецких – духовые. Но сейчас звучание оркестра Московской филармонии в этом отношении стало ровным. Я имею небольшой опыт работы с оркестрами как дирижер, но прежде всего отметил, что музыканты реагируют на каждое движение дирижерской палочки, рук, взгляда. Ты наклонился, – уже играют громче. И это действительно удивляет, потому что, как солист или слушатель, я никогда не подозревал, что оркестр может так тонко реагировать на жест и личность дирижера. Вот самое главное, что впечатлило меня в оркестре.

Быть учеником Симонова… За короткое время мастер-курса очень трудно ответить на этот сложный вопрос. Юрий Иванович человек очень активный и во время занятий сильно влияет своим вѝдением музыки. Его образные сравнения, его воля в исполнении и подаче, сила его личности действительно заряжают. Видно, как для него важно, как он горит тем, чтобы вручить ученикам свой опыт. Он передает знания с такой страстью, что они остаются надолго в голове и – если говорить о мануальной технике – в памяти тела, двигательных ощущениях.  Но должно пройти еще некоторое время, чтобы мы почувствовали результаты, потому что пока у нас «взрыв мозга» от объема и разнообразия сведений, которые мы получили.

Все-таки быть учеником маэстро, как я это представляю, значит в первую очередь быть преемником русской дирижерской школы, русских музыкальных традиций. Кроме того, Юрий Иванович сформулировал большое количество конкретных дирижерских вопросов и нашел на них ответы. И поскольку очень мало людей задумываются над этими важными проблемами, ученик Симонова – это еще и носитель комплекса профессиональных идей и задач.

Хетаг Тедеев (Владикавказ/Санкт-Петербург, выпускник дирижерского класса проф. Ю.И. Симонова
в Санкт-Петербургской государственной консерватории)

Стиль работы оркестра отличает серьезность во всем. Это отношение к репетициям, которые начинаются всегда в одно время и проходят при полной концентрации сил, это музыкальная культура – выверенные нюансы и штрихи. Во всем строгая, но творческая дисциплина, не засушивающая музыкантов, а раскрывающая личность каждого. Кроме того, оркестр этот отличается доброжелательностью. Артисты оркестра внимательны и терпеливы к нам, молодым дирижерам. От них исходит позитивная энергия.

Быть учеником маэстро – это каждый день стараться соответствовать высочайшим требованиям к человеку, к мужчине, потому что Юрий Иванович учит не только дирижированию, не только музыке. Он учит жизни. А главное в жизни – оставаться достойным человеком и хорошим профессионалом. Мне кажется, это не мало.

Без страха смотреть на небо События

Без страха смотреть на небо

На Камерной сцене Большого театра представили «диалог» двух опер послевоенного времени

Пасха. Классика. Туризм События

Пасха. Классика. Туризм

С 1 по 9 мая в Ярославле прошел ХIII Международный музыкальный фестиваль Юрия Башмета

На тихом морском берегу События

На тихом морском берегу

Владимир Юровский приурочил фестиваль к 50-летию со дня смерти Игоря Стравинского

Второе рождение Александра Невского События

Второе рождение Александра Невского

На фестивале Юрия Башмета в Ярославле отпраздновали 800-летие Александра Невского