Соня Йончева: <br>Артист должен стремиться к совершенству на сцене Персона

Соня Йончева:
Артист должен стремиться к совершенству на сцене

Болгарская сопрано Соня Йончева – одна из самых признанных оперных певиц мира, сделала успешную карьеру, воплощая на сцене оперных персонажей от барокко до веризма. В начале весны на лейбле Sony Classical вышел ее новый диск Rebirth («Возрождение»).

Виктор Александров (ВА) пообщался с Соней Йончевой (СЙ) и расспросил ее о новых проектах, создании собственной продюсерской компании и многом другом.

ВА Соня, ваш новый альбом хронологически охватывает более чем пять столетий, включая самые яркие фрагменты опер XVII века. Как возник замысел этого проекта?

СЙ Идея родилась десять лет назад, но запись диска проходила после первого локдауна прошлым летом. Молчание и бездействие нынешнего времени – лучшая прелюдия к творческому обновлению. Я задалась вопросом, каким было вокальное искусство задолго до бельканто и веризма? Для меня музыка Ренессанса, мелодии, представленные в альбоме, несут очень интимное послание человеку. Я попыталась соединить каждую арию Ренессанса с сегодняшним днем. Меня вдохновила ария «Серебряный лебедь» Орландо Гиббонса. Лебедь здесь связан с образом артиста, воскресающего после смерти. Во множестве символов искусства Возрождения я нахожу отражение тех страданий, которые мир переживает сейчас. Мне хотелось построить мостик между прошлым и будущим. Ведь за этот период времени мы сами не так  сильно изменились.

ВА Как вам работалось с дирижером Леонардо Гарсиа Аларконом и его ансамблем CappellaMediterranea? Почему выбрали именно его для записи этого диска?

 СЙ Работа с ним –  невероятная фантастика! Леонардо и его музыканты –   уникальнейшие люди в области барокко, очень гибкие, следующие за дыханием, голосом. Именно по этой причине я их выбрала. А еще потому, что знаю Леонардо больше двадцати лет. Новая встреча оказалась очень приятной.

ВА Слушая включенную в этот альбом болгарскую народную песню Zableinano mi agunce, невольно испытываешь эмоциональное переживание. Что вообще значит для вас музыка родного края? Есть ли еще такой пласт балканской музыки, который неизвестен широкому слушателю?

СЙ Я выбрала эту песню по двум причинам. Во-первых, этот проект – символ артистической свободы и независимости, которую я ищу во всем, что делаю. Мой отец пел мне эту песню, когда я была еще маленькой. Каждый раз это было таким облегчением – чувствовать свободу в выражении своих чувств. С другой стороны, если мы вспомним Европу эпохи Возрождения, жизнь тогда изменилась, в том числе во Франции, Германии, Италии и Англии. А на Балканах царила совсем иная ситуация. Болгария долгое время находилась под имперским влиянием Османской империи. Общество не могло культурно развиваться. Люди в те времена не могли открыто общаться  друг с другом, как сейчас. Мне было любопытно узнать, что происходило в те времена как на моей родине, так и в центральной Европе, где только еще зарождался Ренессанс.

ВА В период мирового кризиса вы решились на непростой шаг –  создание собственной продюсерской компании SY11. Как изменит эта новая «предпринимательская» глава  вашу творческую биографию?

СЙ Все началось с того момента, когда я решила проводить концерты у себя в Пловдиве. Из-за регулярных контрактов по всему миру мне не хватало времени чаще бывать дома. А так хотелось выступить в нашем прекрасном античном амфитеатре под открытым небом, вмещающим до семи тысяч зрителей! И вот, прошлым летом у меня наконец-то образовалась масса свободного времени. Я обзвонила всех своих друзей, сказав им: «Давайте уже что-нибудь устроим»! Многие пытались отговорить меня от этой безумной затеи, ссылаясь на кризис, отсутствие денег и рабочего персонала. Я решила сделать это по-другому – открыть собственную продюсерскую компанию. За два месяца до концерта мне говорили, что я сошла с ума: рекламы нет, афиш тоже. Однако пазл сложился! На первом концерте яблоку негде было упасть. С аудиторией в Пловдиве у меня просто не было возможности встретиться раньше, поэтому этот маленький шанс стал нашим совместным музыкальным переживанием. Теперь я могу организовывать все, что только пожелаю! Летом в Софии будет совместный с Пласидо Доминго гала-концерт. Этим грандиозным проектом я хотела бы дать очередной импульс культурной жизни своей стране. Это отличный способ быть активной частью индустрии, а не просто сидеть дома и ждать контрактов.

ВА Как вы думаете, каждому артисту необходимо искать в своей карьере свободу и независимость?

СЙ Вы знаете, все люди разные. Любому артисту в меру своих возможностей нужно искать свободу самовыражения. Это полезно как для здоровья музыканта, так и для его духа –  чувствовать себя свободным, не бояться собственных оценок и быть активным не только в творческой среде, но и в процессе изменений самой музыкальной индустрии, чтобы сделать ее еще лучше!

ВА А что значит сегодня быть успешной певицей? В чем секрет вашего успеха?

СЙ Я всегда стараюсь быть честной со слушателями, никогда не заигрываю с ними, не притворяюсь и не надеваю чужих масок. Я выхожу на сцену и стою перед зрителем, оставаясь самой собой, пою от всей души и сердца. Людям это нравится. Они чувствуют такую взаимосвязь.

ВА Мы очень надеялись вас услышать в гала-концерте Пласидо Доминго «Весна. Любовь. Опера» в Москве на Исторической сцене Большого театра. Тем более, это должен был быть ваш дебют?

СЙ Да, совершенно верно. Я очень расстроена сложившимися обстоятельствами. У меня хрупкое здоровье. Мой организм оказался восприимчив к российским холодам. Я приехала из Швейцарии и после двадцати градусов тепла сразу окунулась в московские –15° и заработала себе ларингит. А накануне у нас с Пласидо была репетиция. Я так ждала дебюта в Большом! Пласидо тоже очень огорчился, узнав о моей простуде.

ВА Какую роль сыграл Пласидо Доминго в вашей судьбе?

СЙ Мы познакомились в Милане за пять минут до выхода на сцену. Это произошло на конкурсе Operalia, в котором участвовало около двадцати человек. Доминго вошел, пожал всем руки и пожелал удачи. В тот момент я поняла, какая рядом со мной глыба – живая легенда и такой простой человек! Потом убедилась, что у Пласидо вся семья такая. Мне, тогда еще очень молодой, было очень сложно это осознать. Тот случай стал примером. Я решила, что стану такой же –  простой в жизни, но необыкновенной на сцене. Мы очень подружились с Пласидо, он стал частью нашей семьи. С моим мужем, дирижером Доминго Хиндояном, они болтают о футболе и всяких других вещах. Я хорошо знакома с Мартой – женой Пласидо и их сыновьями.

ВА Operalia круто изменила вашу международную карьеру. Там же вы встретили болгарского баса Николая Гяурова?

СЙ О, эту историю я не забуду! Мне было тогда двадцать. Приехав в Милан, я не особенно понимала значимость и регламент конкурса, однако неожиданно для себя прошла в финал. В тот момент встретила Николая вместе с его супругой Миреллой Френи. Мы немного поговорили после моего выступления, и он сказал мне: «У вас есть талант, Соня! Я надеюсь, что однажды, когда вы станете известной певицей и увидите меня на своем концерте, то позовете еще раз в свою гримерку, сказав мне снова: “Здравствуйте!” Я наверняка буду уже старым, но в любом случае подойду и отвечу: “Привет!” – если позволишь, конечно». Я была так польщена его теплыми словами! А через восемь месяцев Николая не стало… Каждый раз, когда рассказываю эту историю, очень эмоционально реагирую и сожалею, что была так мало знакома с этим человеком. Но и за тот короткий срок Николай Гяуров передал мне много позитивной энергии, эмоций и ощущений. Я не очень хорошо знала его лично, но думаю, он был очень хорошим человеком.

ВА Вы давно живете в Швейцарии. Как судьба забросила вас в эту страну?

СЙ В детстве во время занятий музыкой я неожиданно обнаружила, что у меня оперный голос. Я начала развивать его, участвовать в вокальных конкурсах. Однажды мой педагог посоветовала мне уехать из Болгарии, выбрать Центральную Европу или США для дальнейшего обучения. Я долго решала, многие из коллег советовали лететь в Америку, но мне не очень хотелось там жить. Я старалась найти страну поближе, пока мне один из моих пианистов не дал совет переехать в Женеву. Швейцария долгое время оставалась запретным местом для такой бывшей коммунистической страны, как Болгария. В Женеве я успешно сдала экзамены в Высшую школу музыки. Мне невероятно повезло оказаться в таком чудесном городе, в замечательном вузе с его потрясающими педагогами.

ВА Часто ли участвуете в совместных концертно-театральных проектах с вашим мужем?

СЙ Нечасто. С первых же лет нашего знакомства мы решили вести карьерные истории отдельно. Нам не нужен был эффект «он – муж Сони, поэтому дайте ему работу». Я не такая! Мы никогда не стремились к совместному сотрудничеству, да и графики выступлений у нас разные. Мы очень уважаем друг друга. Сейчас мой муж занимает должность приглашенного дирижера в Королевском филармоническом оркестре в Ливерпуле и в Национальном оркестре Польского радио в Катовице. Иногда позволяем себе удовольствие работать вместе.

ВА Наряду с барочным и классическим оперным репертуаром, мечтали когда-нибудь о русской камерной программе?

 СЙ Да, с удовольствием бы спела этот репертуар. Я вообще очень любопытна и открыта ко всему новому. Порой это кого-то смущает. Часто слышу, например, когда говорят, что мой голос хорошо звучит в операх Верди, Пуччини, Беллини, а некоторые и вовсе считают меня барочной певицей. Я всегда воспринимала музыку как часть глобального искусства, для меня не существует принципиальных границ в работе над ней. Артист должен стремиться к совершенству на сцене.

ВА Есть ли такие оперные партии, которые вам еще хотелось освоить?

СЙ Честно говоря, я никогда не задумывалась над этим. Моя цель – чтобы люди, возвращаясь домой после концерта или спектакля, вспоминали о том, что они только что увидели –  какой импульс получили, понравилась ли им роль, осознал ли каждый из них историю женщины, которую я им рассказала на сцене? В дальнейшем я хотела бы именно в таком направлении доводить до идеала свою актерскую игру и пение, во всяком случае, в тех сочинениях, которые считаю ключевыми.

ВА В чем вы находите сублимацию своих чувств и переживаний, играя героинь в  репертуаре бельканто?

СЙ Я обожаю этот один из наиболее «безобидных» периодов музыки, в котором мы слышим естественную манеру пения. Однажды я попала на мастер-класс, из которого узнала, что бельканто, судя по описаниям древнего итальянского словаря, представляет собой пение, дающееся исполнителю без особых усилий. Именно поэтому его комфортно слушать публике. Ведь она смотрит на человека, который расслаблен и не пытается перебороть себя на сцене. Меня это очень впечатлило. Я вдруг подумала: «О, как интересно, достичь такого мастерства и так легко петь сложный репертуар в опере, создавая впечатление, что ты вообще не напрягаешься! Я всегда помнила, что это крайне важно. Над чем еще предстоит поработать, так это над тем, чтобы произвести подобное впечатление на публику.

ВА А как вы относитесь к оперным режиссерам? Часто ли солидарны с ними в конкретных постановках?

СЙ Нет, я не всегда соглашаюсь. Когда ты молод, то принимаешь многие предложения, так как хочешь участвовать в разных спектаклях. У меня были постановки, которые мне вообще не нравились, приходилось даже несколько раз собирать вещи и уходить. Сегодня я часто сталкиваюсь с такими спектаклями, в которых бы не хотела себя видеть прежде всего потому, что они не несут в себе никакого смысла. Я никогда не молчала, всегда озвучивала свое мнение, если не находила согласий с концепцией сценических решений режиссера. И меня очень сложно в чем-то переубедить!

ВА Сейчас вы работаете над новой программой, посвященной испанской сарсуэле. Обращались ли к этому лирическому жанру раньше?

СЙ Пару лет назад, когда пела в Мадриде «Пирата» Беллини, режиссер спектакля заинтриговал меня вопросом: «Ты могла бы вообразить себя поющей сарсуэлу?» До этого я пела ее всего лишь однажды с Роландо Вильясоном. Мне очень понравилось –  это было так легко и чувственно! Совсем другая форма искусства, в которой ты свободно можешь выразить и показать себя в ином амплуа. Так что я сразу, не раздумывая, согласилась. Пришлось основательно готовиться к этому проекту. Я выбрала восемь сарсуэл, все они очень разные, но думаю, будет забавно и весело. Единственное, о чем сожалею, так это о небольшом выборе сарсуэл, идеально подходящих тембру моего голоса.

ВА Этот гала-концерт состоится на сцене музыкального Театра сарсуэлы в Мадриде.Концертно-театральная жизнь в Испании продолжается?

СЙ Да, а перед этим я спою на сцене Дворца искусств Королевы Софии в Валенсии еще одну новую программу «К звезде» (Ad una Stella) в ансамбле с шотландским пианистом Малькольмом Мартино. Она составлена из итальянских песен. Мы ее повторим затем в Бильбао, Мюнхене и Бухаресте. Несмотря на возможные риски, связанные с пандемией, концерты в Испании пока продолжаются, в отличие от других стран, где все приостановлено. Летом у меня запланировано несколько крупных проектов в Италии. До сих пор еще не уверена,  состоятся ли они вообще.

ВА На родине вы недавно удостоились почетной награды за выдающийся вклад в области оперы. Как будете продолжать свою работу в качестве посла культуры Болгарии?

СЙ Я очень люблю свою профессию! Мне бы хотелось приложить еще больше усилий для того, чтобы открыть оперное пение для нового поколения. Сегодня это крайне сложно, и лишь немногие молодые люди рассматривают музыку как возможную будущую профессию. Они наблюдают, как страдает искусство в условиях  тотального карантина. Я уверена, многие из них не пожелали бы в будущем оказаться в таком нестабильном положении, как сейчас. Но как посол искусства и музыки я стараюсь делать все возможное, чтобы адаптировать их к этой новой ситуации, чтобы молодежь набралась храбрости и не прекращала профессионально заниматься классической музыкой. Ведь это не только ремесло, но еще и сохранение всемирного наследия. Каждое из сочинений Моцарта, Бетховена, Чайковского, Пёрселла, Генделя, Баха подобно шедеврам Леонардо да Винчи! Если у вас в комнате висит картина Леонардо, она же не оставит вас равнодушным, правда? С музыкой та же самая история.

Владимир Юровский: Стравинский изобретал новую музыку Персона

Владимир Юровский: Стравинский изобретал новую музыку

Игорь Стравинский – очень важный для Владимира Юровского (ВЮ) композитор.

Владимир Юровский: <br>Сопоставляя несопоставимое, я ищу точки пересечения между разными композиторами Персона

Владимир Юровский:
Сопоставляя несопоставимое, я ищу точки пересечения между разными композиторами

Традиционный ежегодный просветительский фестиваль ГАСО проведет худрук коллектива Владимир Юровский

Марк Левянт: <br>Волнуюсь, когда приступаю к новой работе Персона

Марк Левянт:
Волнуюсь, когда приступаю к новой работе

Марина Малер: <br>Дирижеры влюбляются в симфонии Персона

Марина Малер:
Дирижеры влюбляются в симфонии

Внучка Густава Малера и Альмы Малер, дочь скульптора Анны Малер и дирижера Анатоля Фистулари, Марина Малер не просто из музыкальной семьи – в ее взгляде, эмоциях, мыслях продолжает жить великий композитор.