К 200-летнему юбилею Гайдна Московская филармония предложила своим слушателям его оперу «Орфей и Эвридика, или душа философа». Созданная в 1791 году, при жизни композитора она не исполнялась, и была вновь открыта лишь в середине XX столетия. Премьера оперы состоялась в 1951 году во Флоренции, пели Мария Каллас и Борис Христов, дирижировал Эрих Клайбер, а в 1967 году в Вене подобрался не менее звездный состав: Джоан Сазерленд и Николай Гедда. Затем опера привлекла внимание певцов-аутентистов: большую роль в пропаганде «Души философа» сыграла Чечилия Бартоли, спевшая ее в Цюрихе, Лондоне и Вене (в постановке Юргена Флимма). Ахим Фрайер поставил гайдновский шедевр на фестивале в Шветцингене, прозвучала он и на гайдновском фестивале в Айзенштадте.

У нас эта опера в сильно измененном (с большими купюрами) варианте когда-то ставилась в МАМТ имени Станиславского и Немировича-Денченко, а теперь за ее воплощение взялась сильная команда во главе с дирижером Теодором Курентзисом.

Так, опера начинается в тот момент, когда Эвридика отвергает жениха-воина, за которого её сватает отец, царь Креонт. Убежав, девушка попадает в таинственную рощу, населённую загадочными существами. Ей на помощь приходит певец Орфей, который своей волшебной музыкой ограждает Эвридику от опасностей. Молодые полюбили друг друга и пришли во дворец Креонта. Царь благословляет их. Во время праздника на поляне у реки среди всеобщего веселья раздаётся крик. Это отвергнутый воин схватил Эвридику. Пытаясь вырваться, Эвридика наступает на змею и, ужаленная ею, умирает. Все оплакивают смерть Эвридики. Безутешный Орфей просит помощи у прорицательницы Сивиллы. Её посланник Гений сообщает, что Орфей должен искать возлюбленную в подземном царстве Плутона. На берегу подземной реки поет Орфей о своей любимой. Плутон, услышав песню, смягчается и разрешает Орфею забрать Эвридику обратно в царство жизни, но с условием, что он будет вести ее не оглядываясь, пока они не выйдут наверх. Но Орфей, пройдя почти весь путь, не выдержал и взглянул на Эвридику, потеряв ее навсегда. Безутешного Орфея настигают вакханки, которые дают певцу вместо вина чашу с ядом, а затем исполняют демоническую пляску. Но тут поднимается буря, река Лета выходит из берегов, и кровожадные вакханки тонут, исполняя финальный хор.

Курентзис привез в Москву два своих коллектива – оркестр musicAeterna Ensemble, играющий в аутентичной манере, и хор New Siberian Singers, которые блестяще справились и с гайдновской партитурой, и с исполнительскими манерами XVIII века. Особенно порадовал хор, безукоризненно интонируя и, главное, артикулируя, текст. Из солистов главное внимание привлекла Симона Кермес, уже не в первый раз выступающая в Москве. Певица родилась в ГДР, училась пению в Лейпциге. В 1993 году завоевала первое место на Международном конкурсе имени Мендельсона-Бартольди в Берлине, а в 1996 году стала обладательницей II премии на конкурсе имени Баха в Лейпциге.

В ее биографии есть и имена великих дирижеров, и прославленные сцены театров мира. Однако, в отличие от многих «дутых» величин, Симона Кермес действительно потрясающая артистка, в прекрасной вокальной форме, умеющая создать замечательно яркие и убедительные образы. Два ключевых момента оперы – эпизод смерти Эвридики и ария Сивиллы во втором действии – Кермес провела на высочайшем художественном уровне, создав, что важно подчеркнуть, два совершенно разных образа. Последнюю арию Эвридики она спела на тончайшем пиано, так, что слушатели буквально затаили дыхание в зале. А Сивилла, напротив, ею была исполнена с зажигательным драйвом и головокружительной виртуозностью, сразив публику своим темпераментом.

Конечно, быть партнером такой певицы непросто, поэтому исполнители мужских партий произвели более скромное, хотя и достойное впечатление. Тенор Эд Лайон – Орфей – показал культурное пение и в целом хороший вокальный аппарат, хотя были определенные шероховатости в плане интонации. В целом ровно выступил обладатель красивого баритона Дэвид Кимберг – Креонт.

А исполнение оперы «Орфей и Эвридика, или Душа философа» можно смело причислить к ярчайшим событиям филармонического сезона.