История записи проста: тот визит группы состоялся в рамках потенциального сотрудничества с театром – песню «Молодая шпана» планировали использовать в спектакле «Серсо». «Это было воспринято нами как чудо, которое требует более развернутой реакции, чем простое хлопанье глазами», – сказал на этот счет БГ*.

Несмотря на уже серьезную на тот момент «электрическую» дискографию «Аквариума», включавшую в себя, в частности,  такие блестящие образцы магнитоальбомной культуры, как «Треугольник», «Табу» и один из ключевых альбомов – «Радио Африка», группа продолжала жить подпольными концертами. Подобная схема, вызванная очевидными социально-политическими причинами, конечно же, не позволяла задействовать полновесный состав и демонстрировать последние достижения. Тем не менее музыканты могли сводить концы с концами и иметь столь необходимую «встречу со слушателем».

Первые два диска – по сути, дуэт двенадцатиструнки БГ* и на тот момент не самой привычной для рок-музыки виолончели Гаккеля, которые в итоге звучат в данном контексте абсолютно самодостаточно. Виной ли тому неизменная любовь БГ* к музыкантам изначально акустическим – Бобу Дилану и Кэту Стивенсу, или само время (любому высказавшему робкое предположение, что уже через три года «Аквариум» выпустит на всесоюзной фирме «Мелодия» первую официальную пластинку, могли вызвать скорую психиатрическую помощь) – не так важно.

Харизме и энергетике этого альбома может позавидовать большая часть даже куда более раскрепощенных западных музыкантов. Всего лишь голос, стихи, гитарный бой и переборы, доведенные до аскетичного абсолюта мощнейшей энергетикой  виолончельных пассажей Гаккеля, но эффект сопричастности к происходящему накрывает уже с первых минут.

Аудитория «Аквариума» на тот момент довольно смешанная – от уже знающих, кто такие  «Сторож Сергеев», «Иванов» и «Старик Козлодоев», до тех, кому еще предстоит разобраться, почему «небо становится ближе», и что происходит в «Комнате, лишенной зеркал». Но сути это не меняет. «Таганская» сессия – один из важнейших, отлично записанных, сохранившихся (спасибо звукорежиссеру Андрею Зачесову), отреставрированных (Владимир Фрадкин, Евгений Гапеев) документов, наглядно демонстрирующих новым поколениям феномен «раннего»«Аквариума».

Третий диск сборника включает в себя материал, сыгранный уже полновесным составом и практически не повторяющий сет-лист, сыгранный дуэтом. На тот момент «золотой состав» группы, как его стало принято называть позже, представляет собой очень мобильную, крепко сбитую и самодостаточную команду, уже спустя пару лет начавшую работать на огромных площадках и ставшую объектом всеобщего культа.

Можно только белой завистью позавидовать зрителям, увидевшим не эволюцию, а именно логическое продолжение «Аквариума», задействовавшего практически полный инструментарий и представшего перед публикой во всей красе. Кроме уже знакомых по первой сессии БГ* и Гаккеля здесь играют флейтист Андрей Романов, скрипач Александр Куссуль, басист Александр Титов и перкуссионист Михаил Файнштейн – единственный в длинной истории  команды состав, позиционируемый как «“Аквариум” – это не группа, а образ жизни».

БГ* самого, да и фактически каждый этап в жизни «Аквариума», сложно расценивать как топтание на месте, но, слушая подряд все три диска, нырнув,  что  называется, «с погружением», волей-неволей открываешь одну из самых главных страниц команды. Страницу, посвященную «Аквариуму», стоящему на пороге больших перемен, в одинаковой степени, связанных как с переменами в стране, так и в осмыслении новой музыкальной истории.

*Борис Гребенщиков внесен в реестр иноагентов