Три года назад здесь появился еще один центр притяжения – Международный фестиваль фортепианных дуэтов Piano-Piano. Его родителями-основателями стали переехавшие шесть лет назад в этот городок участники известного фортепианного дуэта Людмила Берлинская и Артур Ансель. Они предложили тогдашнему мэру города эту идею, и он, страстный меломан, сразу же подхватил ее. Осознавая, как такое событие может изменить облик города, где уже были и свой театр, и консерватория французского типа, то есть музыкальная школа. По словам Милы Берлинской, их целью был ежегодный интернациональный фестиваль, подобного которому нет во Франции, куда они будут приглашать только постоянно существующие дуэты, а не ансамбли, собирающиеся ad hoc, по особому случаю. Оказалось, что подобная форма концертного музицирования имеет огромную армию поклонников. Уже первый фестиваль, прошедший три года назад, увенчался успехом, несмотря на пандемию, а может быть, вопреки или даже благодаря ей! Ведь большие залы и фестивали были ограничены числом слушателей и столкнулись с проблемой рентабельности, а такого рода эксклюзивные события стали центрами притяжения.

Несмотря на то, что бывший глава города ушел со своего поста, его преемник, Бруно Марсиё, не только продолжил линию своего предшественника, но и стал активным посетителем концертов. Он не только выступал перед каждым концертом, лично открывая Третий фестиваль Piano-Piano, но и с большим вниманием слушал программу каждого дня, оставаясь до конца и с интересом беседуя со зрителями и участниками. На мой вопрос о его музыкальной подготовке Бруно Марсиё ответил, что не имеет абсолютно никакой. Но сразу же осознал ценность подобного события для «реноме», то есть репутации города и благоприятствования его облика. «Я поинтересовался и узнал, что для становления подобного фестиваля необходимо лет пять, но уже сейчас, спустя три года, вижу конкретные результаты, – говорит Бруно Марсиё. – Я встречаю разных слушателей, некоторые приезжают из Парижа и окрестных городов. Ведь каждый концерт имеет свой характер и специфику. Даже я понимаю это. И поэтому публика и ее реакция – тоже разная, хотя всегда очень бурная и радостная».

Подобная оценка весьма важна для устроителей фестиваля, которые действительно прилагают немало фантазии и усилий, чтобы максимально разнообразить программу, учитывая специфику каждого из дуэтов. На открытии фестиваля публику покорил дуэт Томаса Энко и Дана Тепфера, который носил название «Прежде всего друзья». И хотя все сочинения в их концерте были сплошной импровизацией, назвать этот дуэт джазовым просто невозможно. Это было искусство совместного музицирования на уровне, я бы сказал, подкорковой интуиции, совершенно свободной, на самом высоком интеллектуальном и пианистическом уровне. С первого мгновения, когда кто-то из двоих задавал тему, второй подхватывал, развивая и совершенствуя ее. Поклонники альтернативного джаза, освобожденного от набивших оскомину джазовых квадратов, были бы в восторге, как и слушатели этого концерта.

Один из ведущих в мире фортепианных дуэтов – Яара Таль и Андреас Грётхойзен, выступающий на самых престижных концертных подмостках, был приглашен еще на первый фестиваль, три года назад. Пандемия нарушила все их планы, и пришлось отложить приезд на два года. «Этот фестиваль сразу заявил о себе и уровнем, и уникальностью», – говорит Яара Таль. – Мы тут же решили, что подготовим для него совершенно необычную программу, которую вряд ли будем часто повторять. Очень уж она большая и сложная. Мы назвали ее “Interstellar” – “Межзвездная”. Это приношения и дань восхищения одних композиторов другим: Йозефа Райнбергера – Моцарту, Сен-Санса – Бетховену и современного немецкого композитора Рейнхарда Фебеля – Иоганну Себастьяну Баху. Последнее, написанное по следам “Искусства фуги”, посвящено Фебелем нашему дуэту. Мы всегда ищем для наших программ не только красивую музыку, которой немало написано и переложено для фортепианного дуэта. Нам важна идея программы, ее идеология, если хотите. Здесь композиторы творили, вдохновленные музыкой своих великих коллег».

Яара и Андреас играют вместе уже более тридцати лет. Она – израильтянка, чешских корней, Андреас – немец и, как мне шепнули, внук офицера вермахта. Встретились в Высшей школе музыки в Мюнхене, полюбили друг друга, и каждый из них готовился к сольной карьере. К идее играть вместе оба отнеслись со скепсисом, но уже с первых выступлений стало понятно и им, и их слушателям, что за их дуэтом – большое будущее. На мой вопрос об этой специфике фортепианных дуэтов – муж и жена, братья и сестры, близнецы, мать и сын (как в случае участников этого фестиваля Анн Кеффелек и Гаспара Деана) – Яара Таль объясняет это необходимостью не только духовной, интеллектуальной и кровной близости между участниками, но нередко и образом жизни, привычками и несомненной интимностью. «Тем более, когда речь идет не только о двух роялях, где неизбежен и столь необходим диалог, взаимопонимание, а о дуэте на рояле в четыре руки, – подчеркивает Яара. – Ведь в этом случае только один нажимает на педаль, и это не просто синхронизация. Здесь нужно дышать, думать и чувствовать вместе».

С этим, безусловно, согласна и Людмила Берлинская, которая играет со своим мужем, пианистом и аранжировщиком Артуром Анселем. И она, и Артур играют и записывают также сольные программы. Однако фортепианный дуэт – это совершенно восхитительная форма музицирования, вершиной которого можно считать исполнение в четыре руки. Сейчас они обратились к творчеству легендарного американского дуэта российского происхождения, учеников Артура Шнабеля, Виктора Бабина и Виктории Вронской. «Оказалось, что за последние десятилетия искусство фортепианных дуэтов стало невероятно популярным среди слушателей. Вспомним, что и квартетное исполнение до середины XIX века было уделом домашнего музицирования. Именно Бетховен, назвав квартет высшей формой ансамбля, вывел его на концертные площадки. Сейчас то же самое происходит и с фортепианными дуэтами. Поэтому мы так бережно и неуклонно пестуем эту форму ансамбля. У нас прекрасная команда волонтеров, абсолютно преданных фестивалю. И кроме поддержки муниципалитета, у нас прекрасный спонсор, компания “Шигеру Кавай”, этот “Роллс-Ройс” фортепиано, предоставившая нам четыре прекрасных инструмента. К тому же нельзя забывать, что у нас большой опыт в организации фестивалей, ведь мы уже много лет проводим ежегодный фестиваль камерной музыки “Ключ от дверей” (La Clé des Portes) в долине Луары».

В программе вечера Людмилы и Артура прозвучал Второй Концерт Виктора Бабина в сопровождении Национального симфонического оркестра Иль-де-Франс под управлением Георга Кёхлера, отдавшего второе отделение Шестой «Патетической» симфонии Чайковского.

Закрывал фестиваль удивительный концерт с детской программой с участием приехавшей из Санкт-Петербурга талантливой художницы, мастера песочной анимации Екатерины Барсуковой, которая в сопровождении игры Людмилы  и Артура совершала чудеса на экране к вящему восторгу детской аудитории, до предела заполнившей зал театра. Должен отметить, что и их папы-мамы получали, судя по аплодисментам, не меньшее наслаждение. Кстати, по-русски неплохо говорил и еще один участник дуэтов, пианист, киноактер и композитор Гийом Фабр, учившийся в РАМ имени Гнесиных у профессора Татьяны Зеликман.

Но фестиваль не стал бы фестивальным событием, если бы у него не было так называемого «фринджа» – бахромы или обочины. Ею стали неизменные десятиминутные выступления фортепианных дуэтов молодых музыкантов перед каждой официальной фестивальной программой и лекции для широкой публики с участием пианистов, композиторов и музыкальных критиков. Были также некие музыкальные аперитивы в том или другом баре или ресторанчике вокруг театра, где за час до концерта посетители за бокалом вина или пива могли послушать легкую или джазовую музыку в исполнении молодых (и не очень) музыкантов на пианино в четыре руки. Должен отметить, что подобное времяпрепровождение весьма пробуждает аппетит, и не только музыкальный. К вящему удовольствию рестораны в Ранжисе в честь фестиваля специально открывают даже в воскресенье.

«Мы очень взволнованы, так как еще накануне не были уверены, что доедем до вас», – обратилась к публике Людмила. Дуэт буквально чудом успел уехать из Парижа в Амстердам за несколько часов до закрытия французских границ и оттуда прилететь в Москву. Беглецы из Парижа привезли с собой и «неизвестного Сен-­Санса» в виде «Героического каприса», а также опусы современников юбиляра, например, красотки Сесиль Шаминад, писавшей чудесные салонные миниатюры. В качестве образцов дуэт сыграл пьесы «Карнавальный вальс» и «Без цимбал».

ЕК Мила, ваш фестиваль все же состоится. Расскажите, как вам удалось сохранить его, когда вокруг все переносится на следующий год?

ЛБ Причин несколько. Во-первых, во Франции публика изголодалась по живым концертам. Билеты раскупают, причем больше покупают «пасс» (абонемент – Е.К.) на весь фестиваль, чем на отдельные концерты.

Во-вторых, для нас, музыкантов, очень важно играть – это как дышать. Как все приглашенные артисты рвутся в бой – не передать!

Во Франции большие фестивали практически все отменены, за исключением Roque d’Anthéron, да и там полностью переделана программа. Остались мелкие, но тоже далеко не все. Вопрос в первую очередь финансов. Мы тоже лишились нескольких спонсоров, но это нас не остановило.

ЕК Знаю, что первоначально планировалось пригласить Квартет имени Берлинского из России, Синодальный хор… Как теперь выглядит концепция программы?

ЛБ К сожалению, музыканты из России не смогут приехать. Название фестиваля – прежнее: «Валентин Берлинский. От д’Артаньяна до Дон Кихота». Это самый русский (по теме) из всех фестивалей в этом году во Франции, что очень заинтересовало журналистов. С программой пришлось подумать. Вместо Квартета имени Берлинского на открытии будут играть почти все русские музыканты, живущие в Европе и знавшие Валентина Александровича. Некоторые из них были его учениками. Например, Елена Яковлева, сейчас взявшая фамилию мужа – Frikha, играла в Quatuor Anton. Или просто друзья, как виолончелист Витаутас Сондецкис и скрипач Виктор Дерновский. Или внук Валентина Александровича – Дмитрий Берлинский.

Программа первого концерта – это сочинения, которые были в активном репертуаре отца: квинтет Шуберта с двумя виолончелями и трио Чайковского.  Забегая вперед, скажу: на каждом концерте, помимо музыки, будут читаться тексты из книги Берлинского, соединяя тем самым весь фестиваль. Каждый день носит название города, игравшего важную роль в его жизни: Иркутск – Москва – Париж – Олдборо – Санкт-Петербург.

Людмила Берлинская: Я «заражена» фестивальной бациллой

ЕК Название, наверное, несет в себе метафору, связанную с особенностями личности или судьбы вашего отца?

ЛБ Когда сформировался окончательный первый состав квартета (Дубинский – Александров – Шебалин – Берлинский), они стали называть себя мушкетерами и были «один – за всех, все – за одного». Папе досталась роль д’Артаньяна, самого беспокойного.

В 1990-е все обрушилось, поменялись не в первый раз музыканты в квартете, изменилась Россия, а Валентин Александрович продолжал верить в чудеса, продолжал ходить из дома в филармонию той же дорогой, продолжал любить Россию и не хотел видеть некоторые изменения, в том числе и в друзьях. Его называли Королем Лиром и Дон Кихотом

ЕК Изначально большую часть программы составляли сочинения для квартета – в честь юбиляра. Каковы теперь программы других дней?

ЛБ Из приглашенных квартетов не приедет только Квартет имени Берлинского, а наш «гвоздь» остается – это французский Quatuor Danel, воспитанный в традициях русской школы моим отцом, лауреат в том числе конкурса струнных квартетов в Москве, основанного Берлинским. Этот коллектив сделал блистательную карьеру, кстати, единственный, записавший и исполняющий все 17 квартетов Мечислава Вайнберга. А также замечательный молодой Quatuor Van Kuijk. В трех концертах прозвучат квартеты Бартока, Моцарта, Вайнберга, Шостаковича, его же октет и квинтет, а также квинтет Дворжака. Единственный концерт в церкви замка Тальси познакомит с программой-легендой Квартета Бородина: прозвучат два шедевра, два пятнадцатых (последних) квартета Бетховена и Шостаковича. Бородинцы играли эту программу при свечах, что сделаем и мы, а также Валентин Александрович просил публику не аплодировать в конце и разойтись в молчании. Так что мы воссоздадим в точности ту же модель, но с Квартетом Danel.

День, посвященный Ленинграду-Санкт-Петербургу, включит Седьмую фортепианную сонату Бориса Тищенко с колоколами и Виолончельную сонату Шостаковича, которую исполнят блестящий пианист Николя Стави, ранее записавший сонаты Тищенко, и виолончелист Дмитрий Берлинский.

В репертуаре Валентина Александровича было немного сонат, но среди них была также соната Рахманинова, которую я даже записала с папой. На фестивале ее исполнят вместе с сольными пьесами Рахманинова Артур Ансель и Дмитрий Берлинский.

ЕК Привлекательная сторона прошлых фестивалей – это театральная составляющая многих концертов. Вы что-то готовите в этот раз?

ЛБ Пожалуй, в этом году фестиваль менее театральный внешне, скорее наполненный историей, поэтому мы будем читать тексты, смотреть редкие видео вплоть до мультфильмов советской эпохи, кроме, может быть, последнего концерта. Выступит квартет в составе двух гитаристов, контрабаса и ударных, потрясающие музыканты, которые привезут нам настоящий спектакль с джазом-мануш Swingin’ Partout.

ЕК Тут тоже есть личная подоплека?

ЛБ Да. Когда я была совсем маленькой девочкой, папа привозил из-за границы виниловые пластинки с записями Эллы Фицджеральд, Оскара Питерсона и других, рассказывал мне о далекой Америке, и мы их слушали. Он очень любил джаз. А сам, совсем молодой, каждый раз будучи в Париже, наведывался в русский ресторан «Балалайка», где слушал цыган и познакомился со многими историческими личностями, белыми русскими первой волны эмиграции, с чьими детьми и внуками я дружу до сих пор.

ЕК Фестиваль сопровождает выставка. Что увидят ваши гости, и будет ли она «путешествовать» за вами, ведь фестиваль проходит на разных площадках?

ЛБ Это мировая премьера, первая выставка, посвященная Валентину Берлинскому и Квартету имени Бородина. Она откроется 18 июля в музее города Мер и продлится до 19 августа. Музей небольшой, бывший охотничий замок, с удобными залами. Среди экспонатов – афиши, программы, фото, письма и телеграммы Шостаковича, Хачатуряна, Вайнберга, Рихтера… Картины из личной коллекции отца, в том числе его портрет работы Анатолия Зверева, семейные реликвии, награды, в том числе и французский орден Почетного легиона, виниловые пластинки, диски, ноты, знаменитые дневники, которые Валентин Александрович вел с 1944 года до последнего сыгранного им концерта. В одном из залов будут показаны видео с концертов, из интервью, документальные фильмы. Куратор выставки – Мария Маталаева, внучка Валентина Александровича, написавшая о нем книгу. У Маши профессиональный опыт по проведению выставок. Вернисаж пройдет в день открытия фестиваля, 25 июля, в присутствии музыкантов, дипломатов, префекта региона, журналистов.

Конечно, мы на этом не остановимся. Такую выставку обязательно будем показывать и в других местах и постараемся привезти в первую очередь в Россию.

ЕК Вопрос, который невозможно сейчас не задать. Несколько месяцев вы провели без концертов, гастролей, ясных целей. Как удалось сохранить себя? И еще – наверное, это время стало проверкой и вашего супружеского и сценического союза с Артуром Анселем? А может, вы «не заметили» изоляции?

ЛБ До того момента, как на нас обрушился карантин, мы не знали, как справимся с тем количеством программ и концертов, которые на нас надвигались. Никогда еще у нас не было столько планов. В день начала карантина, 15 марта, мы должны были выступать в Парижской Филармонии – при полном аншлаге. Отмена концертов, по случайности, началась с нас. Ну, а потом посыпались отмены в Германии, Италии, Австрии, а главное – России. Поначалу мы испытали шок. Но довольно скоро решили, что надо это принять и жить дальше, тем более что есть много работы, домашней, на будущее. Приближается наш новый Piano-Piano Festival – первый во Франции фестиваль, посвященный двум роялям, который удалось сохранить, пусть и в урезанном варианте. О нем, надеюсь, расскажу подробнее в другой раз. Мы впервые почувствовали себя дома, научились лучше убираться, готовить, занялись спортом. Появились свежие идеи, старые трансформировались. Да, и нам было хорошо вместе, «проверку» карантином прошли.

ЕК Какие сейчас разрешены публичные мероприятия во Франции? Вам придется играть в масках?

ЛБ Небольшие мероприятия разрешены, открываются музеи, книжные магазины, блошиные рынки, парижские кафе-террасы. Играть, думаю, сможем без масок, если расстояние между нами и публикой позволит. Не во всех регионах одинаковая обстановка, где-то концертов нет. Но нашему фестивалю повезло, он оказался в «зеленой» зоне.

Программа концерта была весьма заманчивой. В первом отделении прозвучала изумительная транскрипция Михаила Плетнёва Сюиты из балета «Золушка» С. Прокофьева (впервые исполненная самим Плетнёвым в ансамбле с Мартой Аргерих в 2002 году), во втором – сочинения Дж. Гершвина и А. Цфасмана.

Перед нами многогранный самобытный и совершенно «незаигранный» музыкальный портрет Британии ХХ века в стилях от романтизма и импрессионизма до блюза и хард-рока. При этом «обманчивая холодность, юмор, отстраненность наряду с энергией – поистине британские черты, которые красной нитью проходят через весь альбом», – характеризуют свое детище пианисты.

Пожалуй, только «Хардангер» («Hardanger») Бакса выбивается из общей «британскости», представляя собой «норвежское» приношение Эдварду Григу, если не сказать, удачную стилизацию под музыку великого норвежца. И временами кажется, что звучат не два рояля, а именно хардингфеле – «скрипка из Хардангера» – настолько точно передается национальный скрипичный, чисто григовский, колорит.

Дуэт Берлинская–Ансель сложился в 2011 году и с тех пор заслуженно любим во всем мире. Пожалуй, их уже невозможно представить «разлученными», вне уникального ансамбля, звучащего как одно целое, демонстрирующего не просто «чувство локтя», но подлинное творческое единство. Если учесть, что и Людмила Берлинская, и Артур Ансель сами по себе обладают ярко выраженной исполнительской индивидуальностью, то такое полное растворение друг в друге во имя Музыки вызывает и удивление, и восхищение. Дуэт действительно поражает необычайной чистотой звучания, редкой даже для одного виртуоза. А тут ансамбль! Кстати, это качество особенно впечатляет в навеянной поэзией Уильяма Йетса «Счастливой долине» («Moy Mell») Бакса – «Ирландской музыкальной поэме» – с обилием мелкой «капельной» техники. Яркие пассажи «кельтской» мелодики звучат нежно и воздушно, и эта «воздушность» сохраняется даже в кульминации на fortissimo.

Ирландской мифологией навеян также «Отравленный фонтан». Звучание инструментов тягуче сочится анчаровым ядом. Образ получился настолько зримым и ярким, что кажется, будто не столько видишь, сколько пьешь сладкие отравленные струи…

Другой мир, другие гармонии – Интродукция и рондо alla burlesca и Элегическая мазурка (ор. 23 с посвящением памяти И. Я. Падеревского) Бенджамина Бриттена. Гимническое колокольное звучание, переходящее в острые ритмы, феерический танец, начисто лишенный какой-либо танцевальности, – возможности Его Величества Фортепиано представлены во всем своем блеске. И еще одна «антология» – абсолютно романтическая «Тема с вариациями для двух фортепиано» (ор. 139) Боуэна, которая в чем-то неуловимо напоминает «Мимолетности» Сергея Прокофьева. В ней мы находим весь спектр человеческих настроений – от спокойствия и созерцания до взволнованной «захлебывающейся» экспрессии, от всепоглощающей страсти до игривой шаловливости, от умиротворения до всепоглощающего ликующего торжества.

И наконец, мастерски отточенная импровизационность – так парадоксально следует охарактеризовать исполнение Берлинской и Анселем «Дивертисмента для двух фортепиано» Беннетта, сюиты из четырех пьес в джазовом духе.

Поистине, диск «“B” like Britain» никого не оставит равнодушным и явно добавит новых поклонников франко-российскому дуэту. И уж точно заставит нас «like Britain»!