«В отличие от коллег-дармштадтцев, в первую очередь от Булеза, Лигети не отказался от эмоциональности, что и подкупает публику, при всей неудобности письма: его музыка не имеет аналогов по сложности исполнения. Сейчас похожая фактура моделируется более простыми способами, у Лигети же – многоэтажность. Его творчество – лаборатория открытий», – говорит скрипач, композитор Артур Зобнин, директор Петербургского МолОт-ансамбля, с 2023 года – художественный руководитель фестиваля «Звуковые пути», существующего с 1989-го.

Основатель и бывший руководитель «Звуковых путей» композитор Александр Радвилович остался во главе одноименной творческой ассоциации, сохранил членство в художественном совете фестиваля и по-прежнему участвует в формировании программ. «В определенный момент я понял, что пора передавать руководство другим людям, потому что немножечко фестиваль стал “топтаться” на месте, на мой взгляд. Кроме того, нынешние условия, когда невозможно приглашать зарубежных исполнителей такого класса, как я всегда приглашал, ставили меня в абсолютно безвыходное положение. Я долго и кропотливо искал преемника и думаю, что не сделал ошибки», – сказал Радвилович.

Именно он составил уникальную программу «В круге Лигети», включившую в себя произведения Лютославского, Булеза, Ксенакиса в сочетании с мировыми премьерами оммажей Лигети: «повисающие» духовые в пьесе Артура Вабеля Ethereal Emanations сменялись жесткой рояльной ритмикой в Choreophony Артема Лаухина, «плавающая» виолончель и металлическая чаша в «Стазисе» Светланы Лавровой нисколько не противоречили засурдиненной трубе и тромбону в опусе Леонида Резетдинова «Д.Лигети. Этюд № 13». Ради музыкантов такого класса – флейтиста Георгия Долгова, кларнетиста Семёна Сердюкова, пианиста Николая Мажары, скрипача Михаила Крутика, виолончелистки Елены Григорьевой, трубача Ивана Лазукова, тромбониста Сергея Глущенко – действительно стоило ехать в Петербург.

Одно из новшеств фестиваля – последовавшие за концертами Лигети «мультимедийные истории – результат коллаборации разных искусств», как отметил Артур Зобнин. Также на фестивале была интенсивно представлена музыка молодых композиторов. «Конечно же, фестиваль стал другим. Но это и хорошо! Нельзя хранить традиции, сдувая пылинки с прошлого», – заявил Александр Радвилович, задавший 34 года назад вектор на исполнение в рамках «Звуковых путей» музыки второй половины XX века, и по сей день мало звучащей в России. По словам Артура Зобнина, придерживаться этого вектора принципиально важно и для новой команды фестиваля.

«В Европе нет насущной необходимости включать в фестивальные концерты музыку второй половины XX века, она и так звучит в классических оркестровых программах. В России пока иначе. Хотя стоит отдать должное Московской филармонии (где был фестиваль “Другое пространство”, а теперь есть абонемент “Другое пространство. Continuo”, наряду с другими абонементами новой музыки) и Санкт-Петербургской филармонии, в концертах которой звучит, в частности, музыка Лигети», – подчеркнул Зобнин, составивший редкостно цельную, эффектно нацеленную на слушателя, но не заигрывающую с ним программу концерта-открытия. Его блестяще провели Петербургский МолОт-ансамбль и специалист в области новой музыки, дирижер Федор Леднёв: текстовая бессмыслица, поведенческий абсурдизм и вокальная хулиганистость «Приключений» для трех голосов и семи инструменталистов (отчасти в том же исполнительском русле выдержаны и написанные позднее Récitations Жоржа Апергиса для голоса соло) соседствовали с глубиной и совершенством Камерного концерта, а шелест мельчайшей моторики Второго струнного квартета – со сбивчивой кантиленой Трио для скрипки, валторны и фортепиано (особенно отметим игру валторниста Кирилла Мирона) и «ренессансной» природой, на первый взгляд (или слух), издевательского «Венгерского рока» для клавесина.

«Лигети – композитор, сумевший увидеть то, что находилось, возможно, на поверхности, но не замечалось другими композиторами. У него был свой удивительный взгляд на микрополифонию, на технику блокированных клавиш (которую мы cлышим, в частности, в его этюдах). Он замечал интересность в, казалось бы, традиционном многоголосии, имевшем истоки в венгерской народной музыке. Для нас, композиторов других поколений, это пример того, как можно, не нарушая традицию, идти дальше», – сказал Александр Радвилович.

Фестиваль «Звуковые пути» в Санкт-Петербурге завершил пришедшуюся на 2023 год «космическую одиссею» Лигети. Начался юбилейный год, напомним, с масштабной конференции «Четыре времени Дьёрдя Лигети» (март, Московская консерватория), после которой «Студия новой музыки» сыграла посвященный Лигети монографический концерт. Далее, в апреле, в Московской филармонии состоялась российская премьера Реквиема Лигети (дирижировал Филипп Чижевский). В июне в ДК «Рассвет» концерт к столетию Лигети представил Московский ансамбль современной музыки. Санкт-Петербургская филармония включила сочинения Лигети в абонемент «Классика. Новое».

Событийно – триумф. Но не стоит обманываться: в российской концертной жизни, филармонической, консерваторской, Лигети по-прежнему изыск (хоть и в обличье классика, столетие которого позади). В новый, 2024-й, мы вступаем с елками, джазом и Чайковским. Во всяком случае, такое меню нам предлагают главные залы Москвы и Санкт-Петербурга.

3 декабря в Санкт-Петербурге на Втором фестивале искусств «Время Стравинского» исполнят мировую премьеру композиции «Петрополис» для оркестра, хора и электроники. Олег Гудачёв (ОГ) рассказал Владимиру Жалнину (ВЖ) о новой партитуре.

ВЖ «Петрополис» – так называлась твоя инсталляция, которую можно было услышать в октябре в Петропавловской крепости. Как инсталляция превратилась в полноформатную оркестровую пьесу?

ОГ Художественный руководитель фестиваля «Время Стравинского» и МолОт-ансамбля Артур Зобнин побывал на выставке «Петрополис», посвященной 350-летнему юбилею Петра I, расслышал в моей инсталляции оркестровый потенциал и предложил мне адаптировать композицию для хора и симфонического оркестра. Я с радостью согласился, особенно когда узнал, что за дирижерским пультом будет Федор Леднёв, а партию хора исполнит петербургский коллектив Festino.

ВЖ Какую роль в акустической партитуре «Петрополиса» играет саундскейп?

ОГ Формообразующую. В инсталляции, созданной по инициативе фонда «Эрмитаж XXI век», моей главной задачей стало музыкальное путешествие – провести слушателя по акустическому маршруту европейских путешествий Петра I. Получилась цепь разнообразных саундскейпов и акусматических воображений. К примеру, начинается все с синтезированного звучания «кладки кирпичей». Это то ли начало строительства города, то ли бесконечно пересобираемые казематы. По сравнению с инсталляцией в симфонической версии будет любопытно услышать, как взаимодействуют саундскейп, хор и оркестровое звучание.

ВЖ Обращался ли ты к каким-то документальным источникам, чтобы воссоздать саунд Петровской эпохи?

ОГ Кураторы выставки организовали для меня лекции и встречи с сотрудниками Петропавловской крепости, историками и специалистами по Петровской эпохе. Все они сформулировали очень точные рекомендации по книгам о Российской империи конца XVII – первой четверти XVIII века, чтобы максимально глубоко погрузиться в материал. Помимо этого, я пересмотрел множество фильмов, изучая, как представляли и воображали звучание Петровской эпохи другие композиторы и саунд-дизайнеры. К примеру, погрузился в дилогию «Юность Петра» и «В начале славных дел» с музыкой Владимира Мартынова, фильм «Царевич Алексей» с музыкой Андрея Петрова. На саунд «Петрополиса» также повлияла экскурсия в Петропавловский собор. На самом верху, куда не добираются туристы, находятся часовой механизм и куранты, чуть ниже – колокола и карильон. Все эти объекты можно расслышать в моей музыке.

ВЖ Мировая премьера новой версии «Петрополиса» пройдет в зале Екатерининского собрания. Есть ли какие-то стереофонические особенности исполнения твоей партитуры?

ОГ Возможны разные градации реализации акусматики. Во время звучания инсталляции на Петровской аллее Лиза Савина, куратор выставки в Петропавловской крепости, организовала шикарные акустические условия: возможности 16-канального воспроизведения, система пространственного микширования Meyer Sound и лучшие акустические системы, которые идеально подходят к уличной ситуации воспроизведения звука. Сейчас инсталляция звучит в стереоварианте в Инженерном доме Петропавловки (к слову, выставка продлится до конца января 2023-го), и этот вариант звучания тоже хорошо вписывается в пространство – музыка не перетягивает внимание на себя, а создает необходимую атмосферу. Отсюда и более скромное акустическое воплощение. Работая над пьесой, я стремился к универсальности. Писал с расчетом на то, что предполагаются кардинально разные условия звучания новой партитуры. В зале Екатерининского собрания должен быть квадрофонический звук – в этом зале совсем недавно исполняли мой акусматический балет «Черный сад», звучало отлично.

ВЖ «Петрополис» сыграют в одном концерте вместе с Requiem canticles Игоря Стравинского, одним из самых «архитектурных» опусов позднего периода. Важна ли симметрия в композиции твоей новой пьесы?

ОГ У меня кардинально другая история. В Реквиеме Стравинского четкая симметричная номерная структура с центром в пятой части, с прелюдией и постлюдией по краям. В «Петрополисе», конечно, тоже можно условно очертить границы разделов, однако архитектонической симметрии в их чередовании нет. Я старался создать непрерывную текучую форму без четких границ и переходов. В одном только вступлении, к примеру, морфируют несколько самых разных «музык». После наступает продолжительный карильонно-хоровой раздел, перетекающий в разреженное звучание звукового пейзажа Амстердама. Именно туда царь Петр прибыл для изучения кораблестроения, так что «Петрополис» – воображаемый звуковой слепок Петровской эпохи.

ВЖ Недавно ты во второй раз стал победителем программы творческих заказов Союза композиторов России «Ноты и квоты». В прошлом году в рамках этой творческой программы ты создал ансамблевую пьесу для коллектива KYMATIC. Расскажи, пожалуйста, о новом произведении?

ОГ Мне давно хотелось сочинить сольную пьесу для Арины Зверевой, потрясающей певицы и лидера ансамбля N’Caged. Рад, что благодаря программе Союза композиторов у меня появилась такая возможность. Специально для Арины я написал пьесу «Скажи мне я кто я из нас» на тексты Александра Введенского. В композиции будет не только голос, но и электроника. Летом вместе с Ариной мы обсуждали звучание, стилевые очертания и каким могло бы получиться это экспериментальное произведение. Сейчас я закончил предварительный вариант партитуры, мировая премьера прозвучит в 2023 году.

Понятие современности давно утратило определенность и не ограничивается ближайшим периодом времени: здесь звучит музыка с конца XX столетия и до сочиненной буквально по ходу фестиваля в рамках композиторских курсов. Диалогичность авангардных авторов разных поколений кураторы и участники reMusik.org отразили в насыщенной двухнедельной афише концертов, образовательных программ и научных обсуждений.

Вечер 1 июня был посвящен исключительно скрипичному репертуару. Сольную программу, выстроенную согласно общей логике фестиваля – несколько премьерных произведений и несколько ставших уже частью канона новой музыки для скрипки, – исполнил Артур Зобнин, композитор и лидер МолОт-ансамбля. Концерт прошел в Доме Радио – в этом году петербургская резиденция Теодора Курентзиса и коллектива musicAeterna служит одной из площадок reMusik.org.

Само пространство мраморного фойе на втором этаже всегда составляет часть впечатления, если не сказать опыта, концертов в здании на Итальянской: музыку играют в полутьме, а в воздухе рассеян приятный аромат ладана. Окутанный шлейфом мистического, этот зал неожиданно стал для меня лучшим обиталищем нового. Акустика позволяет услышать все тончайшие нюансы музыкального и внемузыкального текста – даже легкий вздох или касание струны, – а приглушенный свет провоцирует ощущение внутренней отчужденности, необходимое для концентрации внимания, особой чуткости слуха.

Начался концерт с самого деликатного – пьесы Жоржа Апергиса The Only Line. Несколько минут ритмически неустойчивого щебетания в высочайшей тесситуре Зобнин исполнил с азартом и весело. Говорят, мастерство певца можно определить по тому, как он поет на пианиссимо. Если и о мастерстве скрипача судить по тому, как он управляется с самыми тихими звуками, то у Зобнина это получилось безукоризненно – как и плотное и напряженное глиссандо в Mikka «S» Яниса Ксенакиса. Пьеса, сыгранная к 100-летию «композитора-технократа», известна чрезвычайной исполнительской сложностью: две линии глиссандо скользят одновременно по двум струнам, то сливаясь в «грязный» унисон, то расходясь так широко, что кажется, будто скрипачей на самом деле двое. Игра на пределе возможностей характерна для всего творчества Ксенакиса и вписана в его картину мира – в преодолении технических трудностей он видел путь духовного роста.

В сравнении с остальными номерами премьерные пьесы Mechanical Waves (2021) Габриэле Спампинато и la Verge Foudroyante (2022) Тринтона Пратера были сыграны осторожно, даже робко. Куда убедительнее прозвучала Kairos (2015) Араша Азади для скрипки и электроники – исполнять «партию» последней вышел сам автор. Иранский саунд-артист исследует пение жаворонка путем спектрального анализа звука (оммаж Оливье Мессиану и французским спектралистам 1970-х?), рефлексируя о древней персидской притче о глупце, который тщетно пытался поймать птицу. Пьеса усложнена цепью концептуальных идей, описанных в комментарии к партитуре – это и признание бесполезности символов, и манифест об освобождении сознания от оков навязанных смыслов («the pressure of meaning»). Венчало концерт размышление об античности Сергея Слонимского – «Монодия» с авторским подзаголовком «по прочтении Еврипида». Посвящение 90-летию иконы петербургской композиторской школы стало сердцем вечера и, пожалуй, самым волнующим событием. В своей интерпретации Зобнин обострил неуспокоенность музыки Слонимского, ее живой нерв, но без лишней сентиментальности – пьеса прозвучала пронзительно и сдержанно. Родилась неизбежная рифма с тревогой наступившего времени, и вернувшись из темноты Дома Радио в петербургскую белую ночь, я еще долго думала о древних сюжетах, о новой музыке, и об этом самом новом времени.