Небольшой тираж этой книги оправдан. Так уж вышло: одна из самых ярких групп «новой волны» 1970–1980‑х у нас была почти неизвестна в годы своего расцвета, зато в 2000‑х, в период после своего воссоединения, собирала полные залы больших московских клубов. Книга Дика Портера и Криса Нидса как раз в значительной степени адресована тем, кто посетил те концерты Blondie. А может быть, даже прочитал вышедшую в русском переводе пять лет назад автобиографию Дебби Харри «Сердце из стекла. Откровения солистки Blondie». По сути, нынешняя «откровенная история» (для коммерческого эффекта дополненная пояснением «пионеров панк-рока», которого нет в оригинальном англоязычном названии – Parallel Lines) – это детальный рассказ о группе, к панк-року действительно отношение имевшей, но имя себе сделавшей точно не на нем.

Одна из самых ярких рок-певиц XX века Дебби Харри и ее партнер Крис Стейн возвели Blondie в ранг одной из ключевых групп «новой волны», умудряясь каждым новым альбомом да и просто появлением в общественном поле доставлять массу удовольствия публике и эмоций критике. Книга плотно насыщена подробностями и прямой речью участников событий. Здесь – детали записи альбомов под руководством легендарного Майка Чепмена и менее известных Clic; непростые внутренние взаимоотношения в творческом коллективе и поучительные во все времена описания работы с лейблами и менеджментом; встречи с теми, кто создавал музыкальную и арт-историю эпохи, – Дэвидом Боуи, Игги Попом, Энди Уорхолом, Дэвидом Кроненбергом, Хансом Рудольфом Гигером; детали, касающиеся киношной и театральной деятельности неотразимой Дебби Харри и выпуска записей Джеффри Ли Пирса из The Gun Club на лейбле Криса Стейна. И все это на фоне неукротимого, криминального, одновременно отталкивающего и привлекательного богемного Нью-Йорка былых времен.

Это книга об истории выдающейся группы, но не только. Она, в первую очередь, исходя из личности несравненной Дебби Харри, о серьезном выборе между женским счастьем и беззаветным служением музыке, между тем, как найти силы вернуться после большого тайм-аута туда, где тебя не особо ждут, и вступить в большую игру на своих условиях, не идя на компромисс у новых жестких функционеров. Трудно сказать, чего в книге больше – информативного, поучающего или объясняющего, но тех, у кого хватит интереса и терпения на это глубокое и подробное погружение в непростой мир Blondie, ждет немало любопытного.

Кирилл Разумов. Дилан в СССР: люди, места, события / АСТ

Воспоминания о приключениях знаменитого поющего поэта «в стране большевиков» до недавнего времени ограничивались небольшим эпизодом, произошедшем в 1985 году. Тогда Боб Дилан посетил СССР в качестве гостя Фестиваля молодежи и студентов, встретился с поэтом Андреем Вознесенским, коротко и невнятно выступил на поэтическом мероприятии – и был таков. На деле все оказалось куда занимательнее. Мало того что приезд американца был сопряжен с кажущейся сейчас забавной бюрократической рутиной, еще и сам визит оказался чрезвычайно насыщенным и если и не вдохновил Дилана на следующий альбом Knocked Out Loaded 1986 года, то явно засел в его памяти надолго – как и у довольно изрядной группы граждан Москвы, Тбилиси (а если брать и следующий, тоже не слишком ранее изучавшийся визит, то и Питера).

В описываемые времена автор книги журналист Кирилл Разумов песни Дилана не слушал и, хотя любит музыку «дилановских» времен, в приключениях поэта в стране большевиков места ей почти не уделяет. Зацепившись за оказавшуюся извилистой ниточку визитов, автор понял, что интересные истории, связанные с ними, в саундтреке не нуждаются. Достаточно необычных приключений, ситуаций и воспоминаний очевидцев. Пути-дорожки и личные пересечения Боба Дилана с творческой интеллигенцией разных сословий спустя сорок лет выглядят занимательно: дача в Переделкине, музей Льва Толстого в Москве и хинкальная на рынке Тбилиси, поэты-шестидесятники, художник Зураб Церетели, фотограф Сергей Борисов, по-довлатовски «не состоявшиеся встречи» с лидерами главных групп-последователей Дилана – «Аквариума» и «Зоопарка». Завершает в меру авантюрное и увлекательное повествование важная глава о влиянии Боба Дилана на русскую рок-поэзию, что в целом и выглядит и объяснением, зачем затевалось столь детальное расследование, и придает книге почти академическую убедительность, которой у Дилана и так хоть отбавляй: на ежегодной «штатовской» конвенции, посвященной Бобу Дилану, аргументированно, устами очень взрослых «дилановедов» была доказана связь героя мероприятия с Достоевским, Фолкнером и Фростом. И Нобелевская премия по литературе здесь ни при чем – Боб Дилан за ней даже не явился.

Антон Орехъ. Владимир Высоцкий. У каждого он свой. Творческая жизнь и биография поэта / Звезды века / АСТ

Книг о главном поющем поэте и актере в истории отечественной культуры вышло несчетное количество. Воспоминания настоящих и вымышленных друзей, а также современников Высоцкого иссякли, и за дело взялись новые исследователи. Что вполне оправданно, закономерно, а в случае с этой книгой, так еще и очень достойно. Автор честно заявляет: вряд ли знатоки Высоцкого обнаружат в книге что-то новое, и адресует ее скорее тем, кто слышит имя поэта в первый раз. Тем не менее это не совсем так. Композиция книги продумана до мелочей. Это последовательно, спокойно и доверительно изложенная биография поэта, наряду с общеизвестными фактами снабженная немалым количеством деталей, которые пытливый автор нашел, проверил на прочность, изящно обрамил, надежно закрепил.

И детали эти, даже если где‑то ранее фигурировавшие, но оказавшиеся незамеченными, здесь, посреди плавной, по-особому интонационно доверительно выстроенной и рассказанной истории жизни Высоцкого, пронзительных писем, редких фото в изящной верстке, обретают совершенно новый смысл и даже звучание.

Книг о Высоцком много, но именно подобные издания сделают для популяризации его имени, коль скоро сейчас речь вообще заходит о том, что нужно напоминать его имя, гораздо больше, чем «высокотехнологично» поющий на сцене аватар или версии великих песен в исполнении современных артистов кино и эстрады. И может быть, в контексте выхода этой книги логично вспомнить строчки, наверное, главного преемника Владимира Высоцкого – поэта Александра Башлачева: «Нас забудут, да не скоро, а когда забудут, я опять вернусь».

Вцепились они в «Высоту»

Введение в тему

Станиславскому приписывают фразу-формулу, что-де театр как творческий организм живет двадцать лет (иногда срок годности варьируется до четверти века), а далее — инерция и никакой новизны. Мыслится, что подобный принцип применим к любому виду творчества или явлению, будь то французский импрессионизм, русский символизм Серебряного века, бразильский футбол 1950-1960-х или триумфальный старт советской космонавтики. Всемирные все имена: Моне, Дега и Писсаро, Блок, Цветаева и Мандельштам, Гарринча, Диди и Пеле, Юрий Гагарин, Терешкова и Леонов… А так ли значимы и широко известны нынешние художники, спортсмены (Овечкин не в счет), испытатели? Вряд ли. Хотя они тоже созидают-создают, а иные весьма успешны в достижении творческих и соревновательных вершин. Но пионеры-первопроходцы однажды уже случились, салют истории в их честь отгремел, и все — наступили будни…

Аналогичная картина и с рок-н-роллом. В середине 1950‑х произошло зарождение жанра, на 1960‑е пришлось его становление и бурное многовекторное развитие, в 1970‑х — канонизация. Все те же 20—25 лет. Боги и легендарные герои законно заняли свои места в пантеоне. И пусть впоследствии и появлялись яркие артисты, и, бывало, записывались отменные композиции и альбомы, классика рока уже состоялась. Жанр изначально сугубо развлекательный, прошедший, в том числе, и пору интеллектуального развития, рок-н-ролл к концу 1970‑х буквально на глазах стал мимикрировать — приспосабливаться к поп-индустрии. Уже сформировавшийся к тому времени шоу-бизнес «на полную» включил производственные мощности и наладил выпуск пусть и качественной, но в основном массовой продукции. А пятьдесят лет назад, в 1975‑м, в рок- и поп-музыке еще создавалось множество блистательных эксклюзивных работ, некоторые из которых стали поистине классическими.

Чарующий калейдоскоп

В 1975‑м, невероятно щедром на рок- и поп-альбомы году, по обе стороны Атлантики у разного рода групп и соло-артистов было выпущено в общей сложности более двухсот пластинок, которым можно было бы уделить повышенное внимание.

В Британии это Пол Маккартни & Wings, The Who и Jethro Tull, Deep Purple, Black Sabbath и Uriah Heep, Super Tramp, Род Стюарт и Рик Уэйкман, Roxy Music, Брайан Ино etc. В Штатах — Eagles, Aerosmith, Earth, Wind & Fire и Рэй Чарльз, Фрэнк Заппа и его The Mothers of Invention, Том Уэйтс и Джуди Коллинз, Джон Леннон и Джон Фогерти, Гарри Нилсон и Вилли Нельсон. Были также видные или просто интересные релизы у канадско-американской певицы Джони Митчелл — «одной из величайших авторов песен всех времен», у канадского же рок-героя Нила Янга, у шведского поп-квартета ABBA, у немецких электронщиков Tangerine Dream, у австралийских хард-рокеров AC/DC, у британо-американской группы Fleetwood Mac и много еще у кого. Многомиллионные тиражи пластинок и перечисленных, и не упомянутых здесь музыкантов раскупались влет, нарекались прорывными для артистов и судьбоносными для жанра, отмечались премиями-наградами и вносились в списки величайших записей.

Не претендуя на объективность, мы постарались отметить знаковые альбомы-75, необходимые для понимания, чем тогда был рок-н-ролл. И, дабы не пытаться объять необъятное, выбрали десять разностилевых, значительных лонг-плеев 1975 года, и не обязательно только хитовых: по пять от Америки и Британии.

Америка

Bee Gees. Main Course. Начнем с австралийско-британской поп-группы Bee Gees. В 1975‑м по совету гитариста Эрика Клэптона трое братьев Гибб со товарищи отправились в США, где записали свой тринадцатый альбом, получивший название Main Course (содержит игру слов: это и «гвоздь программы» эстрадного или циркового шоу, и «основное блюдо» праздничного застолья). Добротный, крепкий поп-альбом, сдобренный любовной лирикой и представивший новые для Bee Gees музыкальные направления: ритм-энд-блюз, фанк, соул, и — главное, впервые в творчестве ансамбля — диско. Пластинка отлично записана и спродюсирована (Ариф Мардин). Особо стоит выделить плотную ритм-секцию, в частности упругие басовые линии, и фальцет Барри Гибба, что впоследствии оказалось фирменным знаком Bee Gees. А стиль диско на годы вперед предопределил и звучание группы, и ее дальнейший коммерческий успех, и танцевальную поп-музыку в целом. Несколько композиций альбома стали успешными синглами, пьеса Jive Talkin` и вовсе возглавила американский чарт. А Main Course (лейбл RSO Records) поднялся до четырнадцатой строки в хит-параде альбомов США («золотой» статус) и возглавил канадский чарт (дважды «платиновый»).

Примечательно, что в 1977 году отечественная фирма «Мелодия» выпустила эту пластинку под названием «Вокально-инструментальный ансамбль “Би Джиз”». Для нашей страны того времени событие просто немыслимое…

Patti Smith. Horses. «Крестная мать панк-рока», как величают в Штатах эту поэтически ориентированную поющую артистку, Патти Смит со своей одноименной группой записала в 1975‑м первый альбом Horses («Лошади», а точнее, «Кони») (лейбл Arista Records). Саунд-продюсер — знаковый мультиинструменталист, сооснователь группы Velvet Underground Джон Кейл, что во многом определило сырое гаражное звучание пластинки. Большого коммерческого успеха альбом не имел — лишь 47-я строка в хит-параде США,— но, по мнению критиков, лонг-плей оказался одним из самых мощных дебютов в истории рока и чуть ли не определившим развитие панк-направления. В бескомпромиссной минималистичной музыке слышится нескрываемое влияние творчества The Doors и Velvet Underground. Выделяет пластинку и альтернативная лирика песен, и ряд посвящений: французскому поэту-символисту XIX века Артюру Рембо и ушедшим в иные миры рок-иконам Джиму Моррисону и Джими Хендриксу. Конверт альбома с фотографией еще очаровательной и одновременно жесткой Патти Смит признан наиболее стильным в истории панка. Неудивительно, что лонг-плей Horses сразу стал культовым и ныне занимает 44-ю позицию в списке пятисот величайших альбомов всех времен по версии журнала Rolling Stone.

Bruce Springsteen. Born to Run. Третий альбом американского сонграйтера-музыканта и его отменной группы E Street Band. Спродюсирован диск самим Спрингстином при участии Майка Аппеля и Джона Ландау, издан на лейбле Columbia Records. «Рожденный бежать» разошелся многомиллионным тиражом и стал международным хитом, войдя в чарты многих стран мира. Американский шоу-бизнес явно жаждал реванша за провороненное им «британское вторжение» 1960‑х — рекламная кампания альбома зашкаливала,— кто же не захочет вернуть себе потерянные ранее дензнаки…

В Штатах альбом Спрингстина достиг третьей строки хит-парада. Ныне в статусе нетленного произведения искусства он причислен чуть ли не к национальным святыням. Считается, что Born to Run сочетает в себе элементы поп- и фолк-рока, ритм-энд-блюза и т.н. «рока из глубинки» — хартленд-рока. Но на самом деле это не более чем богато аранжированная и качественно записанная американская поп-музыка. Тематически все песни посвящены человеческим историям, герои которых стремятся сбежать от непростой повседневности в лучшую жизнь. Конверт альбома, где Брюс опирается на плечо саксофониста своей группы, стал культовым, а сам Спрингстин причислен к небожителям — лейбл Columbia провозгласил его «будущим рок-н-ролла». Но это не так.

Born to Run стал визитной карточкой музыканта, вошел во все списки величайших альбомов и был включен Библиотекой Конгресса США в национальный реестр аудиозаписей с формулировкой «за культурную, историческую и эстетическую значимость».

На мой взгляд, сильно переоцененный альбом…

Paul Simon. Still Crazy After All This Years. Четвертый сольный альбом сонграйтера популярнейшего во всем мире в 1960‑е фолк-рок-дуэта Саймон — Гарфанкел. Продюсеры пластинки — Пол Саймон и Фил Рамон, лейбл Columbia Records.

Не напрягающая, симпатичная и ни к чему не обязывающая фоновая поп-музыка с элементами фолка. В ее настроении никакого творческого безумия и близко нет, и потому название «По-прежнему сумасшедший после стольких лет» выглядит скорее кокетством. Впрочем, как поет Саймон, он «…не дурак по части сочинения песен о любви» — четыре номера с альбома стали хит-синглами, а вещь 50 Ways to Leave Your Lover возглавила американский чарт. Альбом уверенно обосновался в топ-10 ряда европейских стран и Канады, добрался до вершины хит-парада в США.

По правде говоря, в данном обзоре лонг-плеев-75 этот диск можно было бы и вовсе не упоминать — мало ли выходило в ту пору пластинок с приятной поп-музыкой… Но есть интересное обстоятельство: Still Crazy After All This Years выиграл две премии «Грэмми» за 1975 год — в номинациях «Альбом года» и «Лучшее мужское вокальное поп-исполнение». Удивительно, но факт…

Bob Dylan. Blood on the Tracks. Невероятный автор, поэт, музыкант, художник, писатель — личность надмирного, космического масштаба — Боб Дилан. Он первым стал давать образование рок-н-роллу, благодаря этому потомку выходцев из Российской империи рок-музыка перестала быть только средством для вихляния бедрами. Его авторский Дилан-рок строится на неповторимых интонациях, неуловимых мелодиях и красивейшей густой многообразной поэзии. Я английский бы «выучил только за то, что на нем» пишет песни Боб Дилан…

После 1960‑х, в которых остались его самые успешные и влиятельные альбомы, Дилан усердно искал себя в новом времени. Окунался в философию и основы религии. Отправился обучаться живописи к Норману Рэйбину — младшему сыну Шолом-Алейхема. Тот призвал рок-звезду видеть и чувствовать мир иначе, нежели прежде,— «Рэйбин объединил мои разум, руку и глаз, позволив мне сознательно делать то, что я чувствовал неосознанно».

Тогда же Боб — сам (?) или с подачи наставника из России — открыл для себя Чехова. И в 1975 году вышел пятнадцатый дилановский альбом Blood on the Tracks (у нас принято переводить как «Кровь на рельсах»; Columbia Records, продюсер — сам Дилан). Поскольку в личной жизни музыканта был в то время сложный период — рушилась его первая семья,— критики и почитатели сочли альбом чрезвычайно личным. Сам Дилан годы спустя комментировал: «Я записал целый альбом по рассказам Чехова. Критики сочли его автобиографичным, и меня это устроило».

Альбом получился потрясающим, его песни завораживают и обволакивают — и через полвека он звучит так, словно записывался вчера. Вошел в десятку хит-парадов многих стран Европы. В Новой Зеландии, Канаде и США возглавил национальные чарты. Не сразу, но был признан одним из высочайших достижений музыканта — «…это самый зрелый и уверенный альбом Дилана» (но вообще-то это никакой не альбом — Книга Знаний). На сегодня в Штатах лонг-плей дважды «платиновый». Хотя «Грэмми» и не получал, в 2015 году был включен в Зал славы этой премии. Девятая строка в списке пятисот величайших альбомов всех времен (журнал Rolling Stone). Шедевр.

Продолжение следует

Извилистый путь этой американской группы из крохотного калифорнийского городка Эль-Серрито отмечен поистине искрометным творчеством. В течение трех лет, с 1968 по 1970 год, ансамбль шаг за шагом прочно обосновался на вершине мирового рока. В 1969-м, под занавес сотрудничества небожителей The Beatles, еще вчера локально известные Creedence и вовсе были признаны самой успешной группой года.

Такому фурору способствовали исключительные упорство и работоспособность музыкантов, искусно созданная собственноручная легенда и — главное — очевидный талант записывать феерические разножанровые хиты. Вкупе все это сделало Creedence любимцами миллионов людей, а в контексте мировой музыкальной культуры ярчайшее наследие группы оказалось бесценным.

***

Creedence Clearwater Revival (аббревиатурно — ССR), или просто «Криденс», как с неподдельной любовью называли этот бэнд у нас в стране. В оригинальный состав группы входили: основной автор песен, гитарист, лид-вокалист и саунд-продюсер Джон Фогерти; его старший на четыре года родной брат Том Фогерти — ритм-гитара и вокал; Дуг Клиффорд — ударные и Стью Кук — бас-гитара. В музыке ансамбля сочетаются самые разные стили: отвязный рок-н-ролл, черный блюз и белый кантри, строгий религиозно-гимновый госпел, психоделический рок, фолк и рокабилли, южный рок и зародившийся в дельте реки Миссисипи swamp blues. И это несмотря на то, что сами участники группы той дельты Миссисипи никогда в глаза не видели.

В 1969-м критики определяли стиль Creedence Clearwater Revival как swamp rock. «Swamp» в переводе с английского означает «болото». По мнению экспертов, «Криденс» исповедовали стиль «топкий рок» или «вязкий рок». На деле же все выглядит более рельефно: музыкально-жанровое разнотравье ансамбля виртуозно переплетали колоритнейший хриплый «на раз» узнаваемый вокал Джона Фогерти и его эксклюзивная манера игры на гитаре. Результатом явился настолько неподражаемый авторский почерк, что группа вписала в историю свой именной стиль — «Криденс».

В 1960–1970-х США жгли напалмом Вьетнам, а в самóй стране бушевали общественные страсти. Американскую рок-сцену расцвечивал психоделический (кислотный) рок с его многокилометровыми гитарными и клавишными эскападами и галлюциногенной лирикой. То был расцвет так называемой «эры хиппи». В отличие от героев того Праздника Непослушания, Creedence Clearwater Revival дерзко предложили публике упругий и компактный гитарный рок. Простые с виду вещи строились на четких ритмах, нехитрых аккордах и несложных риффах. За тематическую основу своих песен Джон Фогерти взял понятные ему стандарты американского песенного наследия. Искрящиеся мелодии опирались на лаконичные тексты, написанные разговорным языком. Никакой забубенности и многослойности — все доступно и узнаваемо…

Green River («Зеленая река»)

Отведи меня, туда, к прохладной воде,
Дай повспоминать все то, что я люблю,
Постоять у той коряги, где клюет сом…
Ночные хожденья по тропинке вдоль реки,
Босоногие девчонки танцуют в лунном свете…

Я слышу, как лягушка-бык зовет меня…
А что, моя «тарзанка»
Еще висит на дереве?
Люблю ногой пнуть воду –
Кыш отсюда, муха!
Ты к своей маме, стрекоза, лети, давай…
Пускаю плоский камешек —
Пускай же он поскачет по Зеленой по реке…
Класс!

Вряд ли Фогерти всерьез числит себя поэтом американского рока уровня признанных интеллектуалов Боба Дилана и Джима Моррисона из The Doors — акцент в своем творчестве Джон делал на музыку. Но лирика песен «Криденс» неизменно изобретательна и поэтична — а это ли не главное?..

Всегда имея при себе карандаш и блокнотик, Джон, как только посещала мысль, записывал строчки, идеи и возможные названия, поскольку справедливо считал, что придумать хорошее название — это уже половина песни. А потому вещи Фогерти были о том, что понятно обыкновенным людям: о расставании с родным домом — Long As I Can See the Light; о дурных знамениях или о потере близких — Bad Moon Rising и Graveyard Train; о шебутных уличных музыкантах — Down on the Corner; или о социальном неравенстве и вьетнамской вой­не — Fortunate Son и Run Through the Jungle…

Особняком стоит гитарное мастерство Джона Фогерти. С отрочества он с упорством осваивал инструмент, на слух «снимая» партии музыкальных кумиров Бо Диддли, Дуэйна Эдди, Чета Аткинса, Скотти Мура, Джеймса Бёртона и других выдающихся гитаристов.

Примечательно, что еще подростком Джон, средний из пятерых детей в семье, уговорил маму, чтобы она оформила на себя кредит, поскольку ему не было и четырнадцати, и за восемьдесят долларов — огромную по тем временам сумму (пятилетний подержанный автомобиль Ford Sunliner стоил триста долларов) — парень приобрел свою первую гитару и усилитель с колонкой. И позже полностью выплатил кредит, подрабатывая после школы почтальоном. Ну не поступок ли?!

Со временем лидер Creedence вырос в высококлассного мастера — в опубликованном в 2003 году списке «Сто величайших гитаристов всех времен» по версии журнала Rolling Stone сороковую строку занимает Джон Фогерти. И хотя вся группа сумела добиться слаженной ансамблевой игры, именно выразительные гитара и редкостный голос Джона в бóльшей степени создали неповторимость звучания песен Creedence.

На гитаре Джон никогда не пытался безудержно «пилить» и пулеметно сыпать мельчайшими нотами — ничего лишнего, играл только самое необходимое. Но его гитара, зачастую специально настроенная на тон ниже для утяжеления звука, в каждой композиции безупречна. В отдельных номерах Фогерти выверенно исполняет сдержанные партии на губной гармонике, и от этого еще ярче выглядят гитарные рисунки. Просто идеально звучат эти ликующие, пронизанные солнцем глиссандо (Up Around the Bend); густые, «крупномазковые» блюзовые риффы (Suzie Q); монотонно мерцающие арпеджио (Feelin’ Blue); не многонотные, но мелодичные инструментальные проигрыши (Lodi)… В двенадцатитактовом гитарном соло Tombstone Shadow в течение восьми тактов вообще играется одна лишь нота соль — и звучит она восхитительно. А эта летняя, валяющая дурака на лужайке заднего двора, «мяукающая» слайд-гитарная тема Looking Out My Back Door — пиршество! Слушаешь и точно знаешь: Creedence — это праздник, который всегда…

***

Началась группа в 1959-м в подвале дома семьи Фогерти, где тринадцатилетний Джон, осваивая гитару, музицировал с одноклассником Дугом Клиффордом — тот киями от детского бильярда упражнялся в игре на единственном барабане. Вскоре к ним примкнул закадычный друг Дуга, интеллигентного вида мальчик в очках Стью Кук, весьма резво игравший на пианино. В школе Дуг и Стью сидели за одной партой, а на свет появились в 1945 году с разницей в несколько часов — 24 и 25 апреля (Джон на месяц с вершком младше — он родился 28 мая). Все трое были фанатичными поклонниками блюза и рок-н-ролла. Свою группу они назвали The Blue Velvets. В репертуар входили инструментальные пьесы и стандарты музыкальных автоматов. Уже к концу года ребята играли на ярмарках и танцах, в том числе и в родной школе. Видимо, получалось у них бойко, поскольку небольшие студии стали приглашать ансамбль аккомпанировать на записях певцам — местным знаменитостям.

В 1961-м к группе в качестве основного вокалиста присое­динился старший брат Джона Том Фогерти (1941–1990) — он был опытным и даже популярным в тамошних краях музыкантом. И ансамбль стал именоваться Tommy Fogerty & The Blue Velvets. За три года ребята смогли на небольших лейблах выпустить три сингла с песнями братьев Фогерти — практически безуспешно.

В 1964-м музыкантам удалось подписать контракт с едва заметным местным лейблом Fantasy Records; они меняют название на The Visions. Вскоре бэнд уже именуется The Golliwogs. Под этой вывеской вплоть до ноября 1967-го у группы выходили с песнями Джона и Тома еще семь синглов, успеха также не снискавшие.

К середине 1960-х Джон стал полноправным лидером, основным автором и вокалистом. В 1967-м отслужившие обязательные полгода Джон и Дуг возвращаются из армии, и группа решается на последнюю отчаянную попытку добиться успеха.

Джон не вернулся на автомойку, где трудился до армии; Том уволился с перспективной должности на электроподстанции; интеллигентного вида парень в очках басист Стью Кук вопреки наставлениям семьи не стал поступать в университет на юридический факультет. Более того, Стью продал автомобиль, который родители подарили ему в день окончания колледжа, и на вырученные деньги он и Дуг Клиффорд сняли небольшой коттедж, ставший штаб-квартирой группы. И дни насквозь парни репетировали… А по вечерам, закусив удила, играли в клубах. Рок-н-ролл — это Служение…

В том же 1967-м звукозаписывающую компанию Fantasy Records приобрел малоизвестный тогда персонаж, впоследствии воротила американского шоу-бизнеса, музыкальный и кинопродюсер, обладатель трех премий «Оскар» Сол Зейнц. Высоко оценивая потенциал честолюбивых ребят, он предложил группе изменить многое, в первую очередь название. С настроением музыкантов это совпадало — они и сами давно об этом думали.

В духе названий групп той цветастой эпохи родилась конструкция из трех слов, не связанных друг с другом, но обладавших смыслом, фонетикой и позитивной энергией. И каждое слово стало частью некой жизнеутверждающей формулы.

Слово Creedence одобрили все. Так звали тогдашнюю подругу Тома Фогерти, к тому же этому слову созвучно the creed, что означает «кредо», «символ веры». Clearwater переводится как «чистая вода», что аллегорично понятиям «истина», «подлинное». А Revival — «возрождение», и это формулировало главную цель: после стольких малоуспешных лет группа нуждалась в перерождении. По словам Джона Фогерти, «…слово Revival было самой важной частью названия».

Зимой 1967–1968 годов одержимый квартет из пригорода Сан-Франциско обрел новое имя — миру явились ставшие вскоре легендами Creedence Clearwater Revival. И началась головокружительная Жизнь у группы, название которой в наших краях переводили как «Вера в истинное возрождение»…

С лейблом Fantasy Records был подписан новый контракт — как выяснится в недалеком будущем, кабальный, просто до нитки «раздевающий» музыкантов, мало что понимавших в ведении бизнеса. Но! В течение трех бурных лет, с 1968 по 1970 год, группа сделала множество записей. И тринадцать их синглов вошли в топ-10 в США и развернули к себе хит-парады всего мира. Тогда же ансамбль записал шесть невероятных — один другого краше — альбомов, все они обрели платиновый статус (более миллиона проданных копий).

В августе 1969-го Creedence выступили на историческом рок-фестивале в Вудстоке. А несколько ранее, после первых успехов группы, Джон выдал друзьям: «Вы как хотите, но я на автомойку возвращаться не собираюсь». И, очертя голову, принялся сочинять новые песни. Воодушевленный приключениями героев американской литературы — Гека Финна, Тома Сойера, Дядюшки Римуса, — неугомонный Джон Фогерти, истинный Марк Твен американского рока, в песнях второго криденсовского альбома Bayou Country создал легенду корневой группы с Юга (байю — рукава реки Миссисипи с островками соляного происхождения). Этому способствовало и нарочито смазанное произношение Джона «под южан», и приблюзованное звучание песен. Любопытно: пока музыкантов не стали приглашать на ТВ, многие в Штатах думали, что Creedence — чернокожие.

Увы, большой успех породил в группе и большие противоречия. Друзья утомились от доминирования Джона. Не ладились финансовые дела. Росла усталость. В 1971 году Creedence покинул Том Фогерти. Весной 1972-го вышел седьмой, с песнями всех троих участников группы, альбом. И хотя он и стал «золотым» (пятьсот тысяч проданных экземпляров), оказался самым неудачным в дискографии бэнда. Отношения вконец расстроились — это был финал. Осенью 1972 года Creedence объявили о роспуске.

В 1993-м группу ввели в символический Зал славы рок-н-ролла. Записи ансамбля популярны до сих пор — только в США продано более сорока пяти миллионов пластинок.

Creedence — истинная красота и классика рока. Это, по сути, авторская народная американская музыка середины — конца XX века. Энергия. Радость. Пример подлинного Служения и… убежище для души… Creedence — это Любовь с первого взгляда. И если тебе однажды повезло узнать эту Любовь, она с тобой навсегда…

Памяти Кирибеича, невероятного, никогда не унывающего друга моей счастливой юности…