Малер был сильно привязан к природе и нуждался в ней, даже когда был погружен в написание очередной симфонии — в хижине на берегу озера или в лесной глуши. Это необычно, трогательно, и это подкупает.

ЧЕХИЯ, КАЛИШТЕ

Мой маршрут начинается в Чешской Республике — вдали от пышной Праги, в тихом живописном местечке Калиште, что расположено на плато между реками Желивка и Сазава в семи километрах к северо-­западу от города Гумполец в Пельгржимовском районе края Височина. В настоящее время в Калиште проживает всего около четырехсот человек. Поселение это древнее, первое письменное упоминание о нем относится к 1318 году, к временам правления Иоганна Люксембургского. На гербе муниципалитета на зеленом фоне изображена серебряная лира с пятью золотыми струнами, обрамленная двумя колосьями по бокам и возвышающаяся над полосатой кромкой двух рек. Колосья, конечно, символизируют земледелие, а лира как геральдическая фигура отождествляется с искусством и вдохновением.

Калиште — место рождения Густава Малера. Здесь, 7 июля 1860 года, в семье Бернхарда Малера (1827–1889) и Марии Германн (1837–1889), дочери состоятельного торговца и мыловара, родился мальчик. Его родители были четвертый год в браке. Значительное приданое девушки позволило ее супругу купить в Калиште дом на пологом склоне, недалеко от церкви Святого Иоанна Крестителя, и основать собственное дело.

В 1937 году здание сильно пострадало от пожара. Его удалось полностью восстановить лишь к 1998 году силами фонда Musica Noster Amor. На открытие дома Малера были приглашены внучка композитора Марина Малер, певицы Магдалена Кожена, Габриэла Бенячкова и Дагмар Печкова, дирижер Йиржи Белоглавек, музыковеды Дональд Митчелл и Анри-­Луи де ла Гранж, один из самых активных популяризаторов вокального наследия Малера Томас Хэмпсон и многие другие. Спустя двенадцать лет после окончания реконструкции здесь, в обустроенном камерном концертном зале, рассчитанном на двести человек, прошла серия концертов, приуроченная к 150-летию Малера. В соседнем помещении признанные мастера делились опытом с молодыми музыкантами.

В Калиште снимался первый из двух эпизодов документального фильма о Малере. Инициатором проекта выступил дирижер Майкл Тилсон Томас. Бывший музыкальный руководитель Симфонического оркестра Сан-­Франциско проделал долгий путь из США в Чехию, чтобы заново открыть для себя музыку Малера и проследить его жизненный путь от рождения до премьеры Первой симфонии в 1888 году.

Еще недавно в доме №9 в Калиште можно было забронировать гостиничный номер, но в настоящее время эта опция недоступна. Зато туристы могут посетить ресторан, в исторических интерьерах которого нет ни намека на наш высокотехнологичный век. Если доехать до Гумпольца, то там, в Антропологическом музее имени Алеша Хрдлички (Muzeum dr. Aleše Hrdličky), можно ознакомиться с экспозицией, посвященной Малеру и оформленной художником Вацлавом Нойманом. Все экспонаты снабжены исчерпывающими подписями, но, к сожалению, исключительно на чешском языке.

Адрес: Kaliště 9, 394 51, Чехия
Как добраться: 95 км от Праги и 40 км от Йиглавы

ЧЕХИЯ, ЙИГЛАВА

Самым часто встречающимся населенным пунктом в поездках Бернхарда Малера была Йиглава — столица края Височина на юго-востоке страны, город, расположенный на берегах одноименной реки на границе Моравии и Богемии. Осенью 1860 года старший Малер перевез сюда свою семью. Они поселились на втором этаже старинного многоквартирного дома на Пирницер гассе, 265 (сегодня — Зноемская, 4). Во время реконструкции в начале XIX века он был надстроен еще одним этажом и получил сохранившийся до наших времен облик фасада с порталом в барочном стиле. На следующий год после переезда Берн­хард Малер открыл на цокольном этаже таверну. Дела его процветали, и в 1872 году Малерам удалось обзавестись недвижимостью по соседству (Зноемская, 6) — сюда семья перебралась после завершения ремонтных работ в середине 1873 года.

Бернхард Малер был невероятно предприимчивым, целеустремленным, амбициозным, но в то же время вспыльчивым и даже жестоким человеком. Об этом свидетельствуют многочисленные записи о предъявленных ему штрафах в Йиглавском суде. Мария Малер, тонкая, вследствие врожденного порока сердца физически слабая, была во всем полной противоположностью супругу. Между ними часто возникали конфликты, которые периодически перерастали в бурные ссоры. С 1858 по 1879 год у супругов родилось четырнадцать детей, однако шесть из них умерли в раннем возрасте. Потеря детей серьезно сказывалась на эмоциональном состоянии Марии Малер, к которой Густав испытывал огромную нежность. Его отношения с отцом, как можно догадаться, напротив, складывались тяжело и оставались напряженными.

В Йиглаве будущий композитор провел детство: здесь он посещал гимназию, библиотеку и синагогу, здесь же сделал первые шаги в профессии музыканта — с шести лет Густав обучался игре на фортепиано, в десять впервые выступил в публичном концерте — 11 ноября 1870 года Малер исполнил на школьном вечере парафраз Листа на «Свадебный марш» и «Танец эльфов» Мендельсона. К этому же периоду относятся и его первые композиторские опыты. В 1874 году после тяжелой болезни на тринадцатом году жизни умер младший брат Густава — Эрнст. Эта трагедия до глубины души потрясла юного музыканта, и он вместе с другом Йозефом Штайнером задумал написать оперу «Герцог Эрнст Швабский» в память о брате. Дочь Штайнера позднее рассказывала, что работа над произведением проходила во время каникул на ферме в Ронове в Богемии, в доме их родственников. Либретто и все эскизы партитуры были собраны компаньонами в коробку и оставлены на чердаке. Год спустя, когда оба вернулись в Ронов, коробка исчезла. Тетка Штайнера только пожала плечами и сказала, что сожгла бумаги, когда наводила порядок. Молодые люди были расстроены, но, по-видимому, больше не возвращались к замыслу этой оперы.

Нужно отметить, что население Йиглавы (на тот момент — порядка 69 тысяч жителей) — представители мелкой буржуазии, чиновничества — проводили досуг в театре, где помимо драматических спектаклей давали и оперу. Йиглава интенсивно развивалась — сообщение между ней и более крупными городами осуществлялось в том числе по железной дороге, что открывало много возможностей для осуществления коммерческой деятельности. Бернхард мечтал о том, что сын пойдет по его стопам, но, в конце концов, примирившись с судьбой, в 1875 году отвез Густава к преподавателю по фортепиано Юлиусу Эпштейну. Густав без труда поступил в Венскую консерваторию, и его связь с Йиглавой навсегда прервалась.

В XX веке бывшая собственность Малеров неоднократно переходила из рук в руки и, наконец, в 1958 году была возвращена городу. Оба дома попали в перечень важных исторических зданий. К столетию со дня рождения композитора, в 1960 году, на фасаде Зноемской, 4 была установлена мемориальная доска, выполненная скульптором Миланом Кноблохом. После поэтапной реставрации дома в период с 1993 по 2009 год открылось музейное пространство с постоянной экспозицией «Молодой Густав Малер и Йиглава», посвященной не только ранним годам композитора, но также сообществу чехов, немцев и евреев Височинского края.

К 150-летию Малера в черте старого города был разбит небольшой парк или, вернее сказать, сквер, центральным элементом которого стал памятник работы чешского автора Яна Кобласы. Бронзовая фигура Малера — худощавого, облаченного в длинный плащ, устремлена ввысь. Прямая как струна — в ней чувствуется концентрация колоссальной энергии. Малер, кажется, погружен в состояние глубокой сосредоточенности, схожее с трансом, и отреченно смотрит в вечность под всплески воды крошечного пруда с десятью струями, символизирующими десять симфоний. Лейтмотивом композиции парка является контраст между природой сельской местности и строгими формами архитектуры близлежащих домов и каменных элементов пространства: в южной части парка возвышаются руины городской крепостной стены, рядом — фундамент сожженной нацистами в 1939 году синагоги — сюда маленький Густав ходил со своими родителями.

На еврейском кладбище, что находится в полутора километрах к западу от центра Йиглавы, в непосредственной близости от больницы (остановка «Поликлиника»), похоронены Бернхард и Мария Малер, а также их умершие в младенчестве дети.

Адреса

Dům Gustava Mahlera. Znojemská 1089/4, 586 01 Jihlava

Německé gymnázium. Hluboká 109/1, 586 01 Jihlava

Park Gustava Mahlera. Benešova ulice, 586 01 Jihlava

Židovský Hřbitov Jihlava. Ulice Cvičiště, Jihlava

Как добраться

Расстояние от Праги до Йиглавы по автотрассе составляет 130 км; время в пути — порядка полутора часов. Поезд идет медленнее, и путешественник может добраться от железнодорожного вокзала до центра Йиглавы за два с половиной часа. Путь из Брно в Йиглаву будет короче.

АВСТРИЯ, ВЕНА

Удивительно, что в Вене память о Малере увековечена довольно фрагментарно, притом что именно с этим городом теснейшим образом связана его карьера. Впрочем, 1920–1940-е годы вряд ли можно назвать подходящим временем для того, чтобы воздать почести еврейскому композитору. Тем не менее в венском Доме музыки есть интерактивная комната, посвященная Малеру. К ее созданию приложил руку Питер Малер — правнучатый племянник великого симфониста. В отличие от индивидуально оформленных залов других венских гениев, чье творчество увековечено в стенах Дома музыки, комната Малера — это даже не совсем комната, в ее пространство помещены стволы деревьев. Это красивая, поэтичная имитация лесного массива, окружавшего хижину Малера в Майернигге, — звуки природы были для Малера не менее важны, чем сама музыка. К коре прикреплены фотографии, раскрывающие как публичную, так и частную сторону жизни директора Придворной оперы. Кстати, здесь же среди экспонатов можно увидеть его знаменитое прощальное письмо, в котором Малер объявляет о своем уходе из театра спустя десять лет, проведенных на руководящем посту. В этом качестве Малер попытался реализовать идею Вагнера о целостном произведении искусства, поэтому воспитывал своих певцов как поющих актеров, тем самым осуществив реформу в области оперного искусства. О заслугах Малера напоминает бюст работы Огюста Родена в фойе театра.

Еще несколько малеровских локаций в Вене. Первая — Реннвег, 5 в третьем округе Вены. Здесь, в шаговой доступности от сада Бельведер и Концертхауса, в период с 1898 по 1909 год Малер и его сестры Эмма и Юстина снимали просторную квартиру № 13 на четвертом этаже. Архитектором этого многоквартирного дома в югендстиле выступал Отто Вагнер. В своей холостяцкой жизни Малер занимал три большие комнаты и две поменьше. Когда сестры композитора вышли замуж и съехали, в квартире на Реннвег, 5 обосновалась Альма Шиндлер. Известно, что площадь помещения была солидной и имела прямоуголь­ную планировку; пять комнат окнами выходили на Штрогассе (спальня и кабинет Малера, столовая, гостиная и спальня Альмы). В дальней части квартиры находились детская, кухня, ванная и кладовая. Дверь, расположенная справа от главного входа, вела в лакейскую. Со стороны Ауэнбруггергассе, 2 на фасаде дома можно обнаружить мемориальную табличку, сообщающую связи этого дома с биографией Малера. Кстати, к нему в гости заглядывали Рихард Штраус и Арнольд Шёнберг.

Оказавшись рядом с Концертхаусом (Лотрингерштрассе, 20), стоит вспомнить, что 3 июня 1945 года, спустя два месяца после освобождения Вены и всего несколько недель после капитуляции немецкого вермахта, здесь была установлена мемориальная табличка в честь Малера. Она выполнена из высококачественного чугуна по проекту Йозефа Мюллера-­Вайдлера и представляет собой барельеф с изображением профиля композитора. Открытие этого памятного знака состоялось во время концерта Венского филармонического оркестра в Большом зале, на церемонии присутствовали актриса Мария Эйс и государственный секретарь Эрнст Фишер.

Помимо адреса Реннвег, 5 в списке локаций Малера есть еще очень интересный с точки зрения архитектуры дом на Бартенштайнгассе, 3, построенный в 1873–1874 годах по проекту Йозефа Худеца, Бернхарда Фройденберга и Морица Хинтрегера. Подобно многим образцам зодчества того времени, этот тяготел к подражательной манере эклектики. Характерной чертой модерна в архитектуре традиционно называют растительный орнамент и плавность линий, округлость форм, однако существует и более строгий геометрический модерн. Дом на Бартенштайнгассе, 3 трудно не назвать помпезным. Здесь и порталы с колоннами, и атланты на нижнем этаже ризалита, и мансардный этаж, и угловые фермы с пирамидальными стропилами крыши. Входы оформлены фризами. Композитор прожил тут с сестрой Юстиной всего год. Среди гостивших у Малера коллег отметился Бруно Вальтер.

Адреса

Rennweg 5, Vienna, Austria

Wiener Konzerthaus. Lothringerstraße 20, Vienna, Austria

Bartensteingasse 3, Vienna, Austria

Как добраться

Cамолетом с пересадкой, например, в Турции или Армении.

Широко известно, что с середины XIX столетия в Чехии, как и во многих других странах Восточной Европы, начался подъем национального самосознания и его отражение в различных видах искусства. Художники все больше черпали вдохновение из моравского фольклора и от исторических персонажей своей страны. На этом фоне творчество композиторов Бедржиха Сметаны, Антонина Дворжака и Йозефа Сука стало настоящей вершиной национального возрождения в чешской музыкальной культуре. Спустя почти полтора столетия Яна Бошкова воплотила подобную идею в рамках современного национального арфового искусства Чехии.

На диске представлены авторские транскрипции для арфы соло: три фрагмента из цикла «Моя родина» Сметаны («Вышеград», «Влтава», «Шарка»), Вторая часть Симфонии № 9 «Из Нового Света» Дворжака, его же Фортепианная сюита ля мажор, op. 98, а также фортепианная сюита «Летние впечатления», op. 22b  Сука.

Чешские арфисты и ранее обращались к великому наследию своих соотечественников. Так, Ян Трнечек осуществил транскрипцию для арфы соло двух частей из поэмы «Моя родина» – «Вышеград» и «Влтава», из которых вторая стала одним из самых знаменитых сочинений в концертном арфовом репертуаре. Однако версия Яны Бошковой не лишена оригинальности. Во-первых, она расширила масштаб произведений за счет включения полного авторского текста Сметаны, поскольку некоторые фрагменты Трнечеком были опущены. Во-вторых, ею восстановлена оригинальная тональность, а в-третьих, изменена каденция. Транскрипции же третьей части «Шарка» и Largo из Девятой симфонии А.Дворжака полностью принадлежат арфистке.

Яна Бошкова признается, что работа над арфовыми транскрипциями оркестровых сочинений далась непросто и заняла не один год, завершить ее удалось лишь во время наступившей пандемии. Яне, хорошо знающей специфику своего инструмента, приходилось порой сталкиваться с трудностями и подолгу детально обдумывать каждый такт. Несмотря на это, произведения чешских классиков нисколько не утратили, а, скорее, приобрели новую тембральную интерпретацию, свежесть оригинального прочтения и современное звучание хорошо знакомой музыки.

Два других опуса хоть и написаны в оригинале для фортепиано, имеют идентичную с арфой нотацию, но тем не менее представляли определенную сложность при переложении. Ведь не все фортепианные опусы столь легки и удобны для исполнения на арфе. В процессе работы приходилось адаптировать нотный текст и в некоторых случаях производить энгармоническую замену. Однако автору транскрипций удалось полностью сохранить оригинальный авторский текст, не утратив ни одной ноты.

По словам арфистки все представленные на диске транскрипции неоднократно изменялись в процессе работы, пока не обрели свой законченный вид.

Практика транскрипций и переложений уже давно укоренилась среди исполнителей на арфе. Но зачастую многие из них играют по фортепианным нотам, делая пометы. Мало кто обращается к серьезной и основательной работе по примеру Яны Бошковой. Благодаря ее транскрипциям сочинения чешских композиторов сегодня обретают новую жизнь и переживают новое национальное возрождение.