Сильная сторона этой версии Stabat Mater — продуманность трактовки. При любой возможности Яновский стремится оживить в целом неторопливую и меланхолическую музыку за счет либо чуть-чуть более подвижного темпа, либо более контрастной динамики. Это отчетливо проявляется прямо в начальном номере (Stabat Mater dolorosa), где он сдвигает течение музыкального времени в мажорных эпизодах. В то же время замедлены по сравнению с оригиналом темпы в Eja, Mater, где немного осаживается поступь con moto, и в части Virgo virginum praeclara, которой, напротив, это придает необходимую торжественность. Неожиданно свежо слушается знаменитый эпизод хора a cappella в заключительном номере Quando corpus morietur, где Яновский не замедляет темп, а продолжает в том же движении, что и предшествующая ему фуга; благодаря этому накал эмоций не рассеивается, а остается до конца. Большинство темповых решений дирижера логичны и служат на пользу авторскому замыслу.

Хор в целом показал себя на высоте, мгновенно меняя звучание с громового форте до пианиссимо, например, в Stabat Mater dolorosa. Приятно также слышать филирование на угасающих звуках — этот прием, которым достаточно редко владеют современные хоровые коллективы, был продемонстрирован не раз на протяжении сочинения. И особенно удались нежные хоральные эпизоды в номерах Quis est homo и Tui nati vulnerati — их хочется переслушивать снова и снова.

В меньшей степени можно похвалить выбор солистов. Возникает впечатление, что их пригласили благодаря их доступности (все они базируются в Германии или даже непосредственно в Дрездене), но не очень учитывали, как их голоса соотносятся со стилем Дворжака. Колеблющийся тенор-баритон Кристиана Эльснера, многолетнего исполнителя вагнеровского «Зигфрида», для духовной музыки совсем не годится. Сомнительно и включение баса Тарека Назми, у которого в его сольном номере Fac, ut ardeat cor meum наблюдались проблемы с интонацией. Лучше всех показалась сопрано Ханна Элизабет Мюллер, у которой большой опыт исполнения сакральных сочинений: приятно звучал ее дуэт с тенором (Fac, ut portem Christi mortem), где ее легкий, но стабильный тембр удачно подошел к просветленному настроению номера. Меццо Роксана Константинеску пела, максимально дифференцируя динамику: отметим ее попадание в пафосный квази-генделевский стиль в сольном номере Inflammatus et accensus.

Поэтому общее впечатление от записи остается двойственное. Очень удачны номера с хором или с квартетом солистов, но как только певцы остаются одни, стиль исполнения становится более оперным, что в Stabat Mater неуместно.