Валерий Брюсов

Один из «главных» поэтов Серебряного века и мэтр русского символизма Валерий Яковлевич Брюсов, ставший классиком еще при жизни, почти забыт в России – его творческое наследие полностью не издано, да и памятника ему нет. Однако русская литература ХХ века обязана Брюсову, вся деятельность которого сама как памятник «эпохе перемен»; значение ее велико по сей день, а масштаб и многогранность личности поражают и ставят его в один ряд с великими именами. Поэт и ученый в равной степени – Брюсова не зря называют человеком Возрождения. Что знает о нем обычный «культурный индивидуум», пока не откроет интернет? Хрестоматийные слова Горького о «самом культурном писателе на Руси» абсолютно справедливы. А известный российский поэт Кирилл Ковальджи сказал о Брюсове просто: «Не человек, а целое учреждение!»

Но что-то меняется. В 2020 году вышла книга о Брюсове в серии «ЖЗЛ». 2023-й – год 150-летнего юбилея поэта – отметился разными мероприятиями. Собственно, в его доме, музее Серебряного века в Москве, открылась новая большая выставка, как и в Ереване, в Государственном университете имени В.Я.Брюсова, где, кроме того, прошла презентация переиздания его армянской антологии. Брюсов – народный поэт Армении, за свою просветительскую работу почитаемый в ней больше, чем в России. А в сам день его рождения канал «Россия-Культура» выпустил юбилейную передачу.

Ну а что о Брюсове-поэте в московской афише?

В этом смысле «проводником» брюсовского поэтического слова стал Дом-музей Марины Цветаевой. В декабре здесь состоялось заседание «Клуба поэзии» по Брюсову, а 14 января – музыкально-литературный вечер «Приветствие». Последний был анонсирован как «уникальная авторская программа московского композитора Марины Чистовой к 150-летию со дня рождения и 100-летию с года смерти В.Я.Брюсова». В музыкальной части – два произведения: вокальный цикл «Четыре картины на стихи Валерия Брюсова» для голоса и фортепиано и вокально-инструментальный цикл «Три розы» для голоса, арфы, органа и фортепиано на стихи армянских поэтов в переводах В.Брюсова и В.Звягинцевой. В литературной – от музея вступительную речь произнесла Елена Ильина; об авторе, ее произведениях и армянских поэтах рассказала пианистка и писатель Татьяна Веретенникова. Собравшаяся публика оценила и идею, и ее воплощение. Жанр авторских музыкальных «приветствий» одному поэту (они же «приношения») – действительно редкость для академических композиторов.

Тема «Брюсов и музыка» мало исследована. Хотя есть мнение критики о «немузыкальности» брюсовской поэзии, но она прекрасно «звучит» в декламации. В то же время мысль и мистика, зримые образы и строгие ритмы его стихов вызывают музыкальный «ответ» композиторов. К слову, вокальных произведений написано достаточно, но мы почти не слышим их в концертах академической музыки. В семье Брюсова музыка была более чем значима, и сам поэт пробовал себя в сочинении. Космизм Брюсова роднит его со Скрябиным, на смерть которого он откликнулся стихами. Синтез искусств, сближение поэзии с музыкой – в самой атмосфере Серебряного века.

Неслучайно в этом смысле проведение программы в Музее Цветаевой: музыка в этом доме была всегда, а взаимоотношения двух поэтов очень интересны. Об этом живо и с юмором рассказала Елена Ильина, умело и мягко обходя «острые углы» истории.

Коротко о Марине Чистовой: она композитор, пианистка, прозаик и поэт, публикуется в издательствах Москвы и Санкт-Петербурга, лауреат различных конкурсов, член международного Союза композиторов, автор-исполнитель тематических программ, в частности «приношений» Анне Ахматовой. С искренним пиететом говорила о ней Веретенникова, отметив ее чуткое отношение к слову, умение создавать особенные музыкально-поэтические композиции, почти «мистерии». Это так, если иметь в виду театральность и цельность произведений, объединенных одной «сакральной» идеей, эмоциональное воздействие на слушателей. В тот вечер было реальное ощущение объемного сценического пространства и возвышенная атмосфера в зале.

Тому пример – вокальный цикл «Четыре картины» на стихи Брюсова разных лет («Детская», «Колыбельная», «Весна», «Приветствие») – «космический», по словам ведущей. В разнохарактерных «сценках» единого действа через детскую считалочку в «таинствах вечера и ночи» с земли до «развёрстых небес» разворачивалась совсем не детская картина жизни-смерти; неожиданно обыграно число «четыре» (символ «креста») – в номерах, жанрах, тональностях, временах. Не обремененные сложными ассоциациями, эти стихи Брюсова трактованы масштабно и по-новому. «Всем жизням привет!» – посыл поэта и композитора от мистики игры «Детской», страшных образов «Колыбельной», тонкой «джазовой» лирики «Весны» к экстатическому «Мефисто-вальсу» «Приветствия». Цикл, написанный в лучших традициях русской и европейской музыки, оставляет сильное впечатление. Органичны музыкальные цитаты, консонанс слова и вокальной интонации, равнозначны по сложности и выразительности партии голоса и рояля.

Дуэт Елены Золотовой (сопрано) и Марины Чистовой (фортепиано) был ярким и артистичным, продемонстрировал детальное и рельефное музицирование в ансамбле. Ничего похожего на «композиторскую» игру у автора, к счастью, нет. Пение по нотам немного мешало восприятию, но такое понимание вокалистом текста не часто можно услышать.

Цикл опубликован в московском издательстве «Композитор» к 130-летию поэта, исполнялся этим дуэтом не раз. И пока это единственный вокальный цикл композитора XXI века на стихи Брюсова.

Совершенно в другом духе сочинен вокально-инструментальный цикл «Три розы» («Золотая», «Сорванная», «Алмазная») для арфы, органа и фортепиано на стихи армянских поэтов в переводах Брюсова и Веры Звягинцевой. Он посвящен певице-аутентистке Марлене Мош, которая спела его в 2020 году с пианистом Александром Малкусом в Доме поэтов в Москве, что в Трехпрудном переулке (на месте того дома, где родилась Марина Цветаева). А в этом составе была объявлена премьера. Цикл можно назвать «армянским триптихом» – от Возрождения до ХХ века, но в обратном порядке (Ованес Шираз, Аветик Исаакян, Григор Нарекаци). Здесь также обозначена тема жизни-смерти: от земли («Золотая роза») до небес («Алмазная роза). Необычен ансамбль инструментов, где каждый показан соло, а общее их звучание в сочетании с голосом довольно изысканно имитирует оркестр. В вокальной партии – цитаты из Комитаса, но в целом стиль не нагружен фольклором. Музыка, вопреки «моде», очень мелодична, как и сама армянская поэтика. Лирический центр – минорная «Сорванная роза» – такая death poem, в ней акапельные вокализы обрамляют хоральную органную фактуру основной части. И, как триумфальной аркой, весь номер окружен гимническими «Золотой» и «Алмазной» розами (брюсовские «гимны сладостям земли»). Триединство цикла выдержано и тонально – мажорным трезвучием Es-g-B. Архитектоника композиции впечатляет!

Примечательно, что цикл «Три розы» – единственное в этом жанре произведение российского композитора на армянскую поэзию, и его исполнение было отмечено прессой Армении.

Молодые исполнители – лиричная и искренняя Кнарик Аракелян (сопрано), Ашхен Геворкян (арфа), Мария Насикан (орган) – вместе с автором Мариной Чистовой (фортепиано) выступили увлеченно и слаженно, и фрагмент финала был сыгран на бис. И хотя в этом органе не хватило низкого регистра, само наличие инструмента в музее, конечно, «бонус» для такой камерной площадки.

Разные по стилю, циклы отличаются тонкой работой с поэтическим оригиналом, естественным интонированием, стройностью замысла, синтезом брюсовского «страстного рационализма» и армянской непосредственности. А разнообразие форм и жанров, игра с фактурой, тембрами и символами совершенно в духе Серебряного века, который весь – некая игра! Считается, что он закончился со смертью Брюсова в 1924 году, и это еще один «юбилей»…

Вечер запомнился: хорошая тональная музыка (что для современных композиторов редкость!), вновь «зазвучавший» поэт, интересные рассказы, прекрасный Bechstein – и все это в красивом зале Дома-музея, который, кстати, предложил провести эту программу еще раз.

В заключение, приветствуя Поэта стихами, автор назвала его «Жрецом Слова» («быть может, все в жизни лишь средство для ярко-певучих стихов»). Но Брюсов всегда деятель и созидатель, человек «сжигающей жажды познания», открывший новые миры творчества. Ведь, как писала Марина Цветаева, «в его руках когда-то сверкал многогранный алмаз волшебства»!